Линь Чжися и Цзян Юйбай сидели за одной партой уже целую неделю.
За эту неделю они узнали друг друга гораздо лучше.
Раньше, когда Цзян Юйбай учился в начальной школе в Сингапуре, во всём классе никто не мог с ним сравниться. Теперь же он вернулся на родину и стал совсем другим человеком. Каждое утро ему даже не хотелось вставать с постели, настолько он боялся идти в школу.
Так дальше продолжаться не могло!
Чтобы восстановить самооценку, Цзян Юйбай официально счёл Линь Чжися своим соперником. Он также обратился к отцу и матери с просьбой:
— Я хочу учить физику.
В этот момент вся семья ужинала.
Столовую окружали шесть огромных окон в пол. За окном бескрайние ночные сумерки окутали весь газон, а внутри ярко сияла люстра. Цзян Юйбай поднял стеклянный стакан, и холодная вода в нём заискрилась в лучах ослепительного света.
Цзян Юйбай сделал глоток холодной воды и повторил:
— Я хочу учить физику.
Мать отложила палочки для еды и спросила его:
— С чего это ты вдруг так решил?
Матери Цзян Юйбай было почти сорок лет, но она превосходно выглядела. На её лице не было ни морщинки; она была утончённой и изящной, а её живой взгляд притягивал внимание так, что невозможно было угадать её возраст. Она была очень красива и говорила весьма нежным тоном:
— Ты же ещё совсем маленький, Цзян Юйбай. У тебя и так много уроков, учиться будет слишком тяжело.
— Не тяжело, — Цзян Юйбай взял чашку с рисом и торжественно заявил: — Мне нравится физика.
— Вот как? — спокойно переспросил отец.
Цзян Юйбай кивнул:
— Да.
Отец спросил его:
— Каждую неделю ты не только ходишь в школу, но и занимаешься дома боевыми искусствами, игрой на фортепиано, английским и французским. Разве ты со всем этим справишься?
Этот вопрос поставил Цзян Юйбай в тупик.
Отец продолжил:
— Мы с твоей матерью хотим, чтобы у тебя было счастливое детство. Если тебе действительно интересна физика, мы, разумеется, готовы развивать этот интерес. Но раньше ты никогда об этом не упоминал и не говорил с нами о физике, а сегодня вдруг ни с того ни с сего решил её учить. В чём дело?
Отец только что вернулся из компании и всё ещё был в рубашке и костюме. Когда он говорил с Цзян Юйбаем, выражение его лица оставалось неизменным, но во взгляде, которым он изучал сына, читалось любопытство.
Цзян Юйбай уловил глубокий смысл слов отца. Казалось, родители не хотели, чтобы он ступил на научный путь изучения физики.
— Я ещё подумаю, — сказал он.
Отец поднял руку и слегка похлопал Цзян Юйбая по плечу:
— Математика — это концептуальное выражение физической реальности. Если хочешь учить физику, лучше займись математикой. Ты мой единственный сын, и когда вырастешь, ты обязательно унаследуешь моё…
Мать кашлянула, и отец поправился:
— Разумеется, я не хочу на тебя давить.
Цзян Юйбай уткнулся в чашку с рисом.
Он невольно задумался: «А как относятся к Линь Чжися её отец и мать? Поддерживают ли они её, что бы она ни делала и что бы ни изучала?»
Чтобы разрешить эти сомнения, на следующий день после школы Цзян Юйбай отправил водителю сообщение: «Я иду с одноклассником в магазин канцтоваров. Пожалуйста, подожди меня у входа в школу полчаса».
Водитель ответил: «Хорошо, Сяо Цзян-директор».
*
Спустя неделю после начала семестра Цзян Юйбай завёл друга. Этого друга звали Дин Янь.
Дин Янь с детства занимался тхэквондо, а Цзян Юйбай часто практиковал боевые искусства. Они подрались на школьной спортплощадке, споря о том, что сильнее — китайские боевые искусства или корейское тхэквондо. У мальчишек странная дружба: после драки они прониклись взаимным уважением, обсудили трудности тренировок, поняли друг друга и стали хорошими друзьями.
Цзян Юйбай рассказал Дин Яню о своём плане:
— Я собираюсь проследить за Линь Чжися.
Дин Янь опешил:
— Что?
Цзян Юйбай подробно объяснил:
— Линь Чжися говорила, что её дом совсем рядом со школой. Давай проследим за ней вместе, до её дома идти минут пятнадцать.
— Она… с ней лучше не связываться. До твоего перевода никто не хотел сидеть с ней за одной партой, — предупредил Дин Янь.
Пять часов вечера, тени удлинились. Близились сумерки, тёмно-красное зарево разлилось по небу, в классе остались только дежурные. Тёплый свет заходящего солнца проникал сквозь окно, оставляя на столах и стульях следы, похожие на золотую пыль. Линь Чжися расставила парты, подмела пол, попрощалась со старостой по труду и, накинув рюкзак, вышла из класса.
Она не оглядывалась.
Цзян Юйбай потащил за собой Дин Яня, строго следуя «плану слежки».
— Если она заметит, — предостерёг Дин Янь, — тебе конец.
Но Цзян Юйбай ответил:
— Если она меня прибьёт, у неё не останется соседа по парте.
Дин Янь покачал головой:
— Нет, ты ошибаешься, она не дерётся. Однако те, кто её обидел…
Цзян Юйбай шёпотом спросил:
— И что будет, если обидеть Линь Чжися?
Дин Янь не знал, как об этом сказать.
Поколебавшись мгновение, Дин Янь произнёс:
— Тем, кто обижает Линь Чжися, начинает жутко не везти. Например, тот Чжоу Буфэн, что сидит перед тобой, — он очень любит воровать чужие вещи. Крал ручки, деньги. У Линь Чжися он тоже кое-что украл… А потом на уроке физкультуры его искусал рой ос. Чжоу Буфэн говорил нам, что Линь Чжися — странная.
Цзян Юйбай холодно усмехнулся:
— И ты веришь словам вора?
Дин Янь тут же выпалил:
— Я… я не верю.
Цзян Юйбай без стеснения съязвил:
— Ты что, боишься Линь Чжися? Ты же парень, и боишься девчонку…
Дин Янь крепко вцепился обеими руками в лямки рюкзака:
— Кто её боится? Ни капли не боюсь!
Цзян Юйбай быстро побежал вперёд:
— За мной!
Дин Яню ничего не оставалось. Он мог только следовать по пятам за Цзян Юйбаем, чтобы вместе разузнать о домашней обстановке Линь Чжися. Он также рассказал Цзян Юйбаю, что видел мать Линь Чжися на школьном родительском собрании:
— Мать Линь Чжися довольно симпатичная.
Цзян Юйбай невзначай бросил:
— Линь Чжися тоже очень красивая.
Едва произнеся это, он густо покраснел.
Он просто не мог простить себе такой оплошности перед одноклассником.
Линь Чжися была его соперницей, как он мог обращать внимание на её внешность? Разве его целью не было превзойти её интеллект, чтобы она чётко уяснила: над каждой высокой горой всегда возвышается другая?
Цзян Юйбай взял себя в руки и снова сосредоточил взгляд на спине Линь Чжися.
Линь Чжися вдруг остановилась и оглянулась. Она увидела, как Цзян Юйбай и Дин Янь стремительно спрятались за фонарным столбом, и не совсем поняла, что они делают.
«Они что, следят за мной?» — предположила Линь Чжися.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
