— Пришел Сяо-шицзы… — Линь-момо вошла в комнату, неся на руках Мо Баобао.
На редкость удачно, Мо Баобао в это время не спал. Е Ли встала, чтобы забрать ребенка. Глядя на его маленькое, уже округлившееся и посветлевшее личико, она чувствовала безмерную нежность. Обернувшись, она поднесла его к Сяньшэн Цинъюаню и с улыбкой сказала.
— Вайцзуфу, посмотрите на Мо Баобао.
У Сяньшэн Цинъюаня уже было пятеро внуков, так что держать детей ему было не в новинку. Он протянул руки, взял ребенка и, внимательно осмотрев его, перевел взгляд на Е Ли и Мо Сюяо.
— Этот ребенок, пожалуй, больше похож на Ли-эр.
Мо Сюяо с улыбкой кивнул, хотя в душе был с этим совершенно не согласен. Все, кто видел Мо Сяобао1, говорили по-разному, те, кто был близок с Мо Сюяо, утверждали, что он его копия, а те, кто был ближе к Е Ли, находили сходство с ней. Впрочем, Мо Сюяо было все равно, на кого похож этот малец. Е Ли с улыбкой взглянула на мужа, она прекрасно понимала, о чем он думает, но не стала разоблачать его мысли.
Остальные, видя ребенка на руках у Сяньшэн Цинъюаня, не решались просить подержать его, но то и дело бросали взгляды в их сторону. Даже Сюй Хунъюй, который обычно сидел неподвижно и чинно, подался вперед, чтобы лучше разглядеть малыша в руках Сяньшэна Цинъюаня. Чувствуя на себе столько пылких взоров, Сяньшэн Цинъюань со смехом передал Мо Баобао сидящему рядом Сюй Хунъюйю.
— Посмотри, какой славный мальчик.
Как только ребенок оказался в руках Сюй Хунъюйя, остальные отбросили церемонии. Сюй Цинъянь тут же притащил Сюй Цинбай. Хотя они уже видели ребенка, Мо Сяобао с каждым днем становился все краше, его облик менялся постоянно, и на него невозможно было насмотреться. Сюй Цинчэнь тоже поднялся и встал за спиной отца, чтобы взглянуть на Мо Баобао. Наконец Да-фужэнь Сюй подала голос.
— Вы окружили ребенка такой толпой, разве ему может быть удобно? Лаое тоже не умеет толком держать детей, лучше дайте его мне.
Так малыш перекочевал из рук Сюй Хунъюйя к Да-фужэнь Сюй, а затем его окружили Эр-фужэнь Сюй и Цинь Чжэн.
Мо Сяобао переходил из рук в руки и при этом даже не плакал. Да-фужэнь Сюй, пораженная этим, воскликнула.
— Какой послушный ребенок. В свое время наш Цинцзе был самым спокойным, но даже он не вел себя так смирно.
У стоящего в стороне Мо Сюяо слегка дернулся уголок рта. Он с пренебрежением уставился на этот красный сверток в руках Да-фужэнь Сюй. Послушный? А, кто же тогда этот сорванец, который каждую ночь надрывается от плача, требуя, чтобы А Ли взяла его на руки?
Сюй Хунъюй с улыбкой спросил.
— Как назвали ребенка?
— Мо Сяобао! — первым выпалил Сюй Цинъянь.
Сюй Хунъюй замер, его губы дрогнули. Что это за имя такое?
Е Ли, поджав губы, улыбнулась.
— Мы еще не успели дать ему имя. Хотели дождаться приезда вайцзуфу, чтобы он даровал его, а пока зовем по детскому прозвищу.
Не могла же она признаться вайцзуфу и цзюцзю, что его отец подбирал имя по принципу «чем позорнее оно будет звучать, когда сын вырастет, тем лучше»?
Сяньшэн Цинъюань слегка удивился, но это его явно порадовало. Подумав немного, он опустил голову и произнес.
— Раз так, пусть зовется… Юйчэнь2, как считаете?
Юй несло в себе смысл «управлять, командовать», а чэнь означало «император». Все присутствующие были людьми высокообразованными, и подобное имя заставило их вздрогнуть.
Сюй Цинбай, слегка нахмурившись, в нерешительности спросил.
— Вайцзуфу, это имя… не слишком ли оно?..
Сяньшэн Цинъюань спокойно улыбнулся.
— Это всего лишь имя. Старик считает, что оно подходит этому ребенку.
Мо Сюяо равнодушно усмехнулся и кивнул.
— Сяньшэн Цинъюань прав, это просто имя. Разве сын Бэньвана не заслуживает хорошего имени?
Все промолчали. Разве дело было только в красоте? Пожалуй, даже сыну императора никто не осмелился бы дать такое имя. Сюй Цинбай с сомнением посмотрел на невозмутимого деда. Тот был великим ученым своего времени и не мог не знать значения этих слов, как не мог не знать о запретах. Но, раз отец, Да-гэ и Дин-ван не возражали, значит, у всех были свои соображения. Тогда он тоже улыбнулся.
— Это я, ваш внук, зря тревожился.
Увидев, что возражений больше нет, Да-фужэнь Сюй с нежностью посмотрела на малыша в своих руках.
— Маленькое сокровище, отныне твое имя Мо Юйчэнь. Сяо Юйчэнь…
Мо Сюяо искоса глянул на младенца.
— Фужэнь Сюй, не стоит церемониться. Зовите его просто Мо Сяобао.
Мо Сюяо не жалел сил, чтобы подорвать репутацию сына, стремясь закрепить за ним это прозвище до того, как Мо Сяобао научится говорить. Да-фужэнь Сюй растерялась, глядя на младенца, который смотрел на нее своими круглыми глазками, и улыбнулась.
— Сяобао… что ж, и впрямь маленькое сокровище.
Стоявшая рядом Е Ли в бессилии закрыла лицо рукой: «Сяобао, мама виновата перед тобой…»
Когда женщины и ребенок ушли отдыхать, в зале воцарилась тишина. Сяньшэн Цинъюань повернулся к сидящим рядом Мо Сюяо и Е Ли и, с проблеском облегчения в глазах, спросил.
— Ванъе, вы действительно приняли окончательное решение?
Все вздрогнули и разом посмотрели на Мо Сюяо. Уголки его губ слегка изогнулись в холодной, резкой усмешке.
— Разве у Бэньвана остался выбор? Еще десять с лишним лет назад императорская семья сама сделала выбор за род Дин-вана.
Присутствующие невольно замолчали. Власть легко вскружила голову. Когда-то Тайцзу-сяньхуан и Динго-ванъе Мо Ланьюнь клялись, что их потомки вовеки останутся братьями и будут вместе владеть землями Великого Чу, и, возможно, те чувства не были ложью. Однако, прошло не так много поколений, и два дома оказались на грани смертельной схватки. Поступки и методы императорской семьи действительно заставляли сердца леденеть. Сюй Хунъюй посмотрел на Мо Сюяо.
— Каковы теперь планы Ванъе?
Мо Сюяо спокойно ответил.
— Планы, разумеется, есть, но действовать нужно не спеша.
Сюй Хунъюй кивнул.
— Хорошо, что Ванъе сохраняет спокойствие.
В нынешнем положении Мо Сюяо больше всего опасались его нетерпения. Немногие смогли бы сдержаться, узнав о кровавой вражде за гибель отца и брата, а также о напрасной жертве стольких воинов армии Мо. Однако, Северо-запад по сравнению с Срединными равнинами и Цзяннанем был краем глухим и бедным. Если Дин-ван проявит чрезмерную поспешность, и Мо Цзинци решится на крайние меры, в итоге проиграют обе стороны, и победа достанется кому-то третьему. Мо Сюяо понимал, что имеет в виду Сюй Хунъюй, и небрежно улыбнулся.
— Столько лет прошло, разве Бэньван не сможет подождать еще немного? Сяньшэн Хунъюй может быть спокоен. В будущем многие дела на Северо-западе лягут на ваши плечи и Сяньшэна Хунъяня.
Этими словами он фактически вверял им огромную ответственность. Сюй Хунъюй едва заметно кивнул.
— Это наш долг.
Е Ли тут же сказала.
— Ли-эр подготовила неподалеку от особняка по дому для каждого из двух цзюцзю. Времени было мало, поэтому многое еще не обустроено. Прошу цзюцзю и братьев не обижаться и пока пожить в особняке Дин-вана.
Изначально Е Ли думала оставить всех в Особняке Дин-вана, ведь места там было предостаточно. Однако оба цзюцзю, люди почтенные, и у каждого своя семья. Двоюродные братья, кроме пятого диди, уже достигли брачного возраста. Хоть жизнь в особняке и не стеснила бы их, Е Ли опасалась, что они могут чувствовать себя не в своей тарелке. Сюй Хунъюй кивнул.
— Ли-эр, ты была очень внимательна.
Е Ли улыбнулась и с надеждой посмотрела на Сяньшэн Цинъюаня.
— Вайцзуфу, может быть, вы останетесь жить в особняке Дин-вана? Так Ли-эр и Ванъе смогут в любое время обратиться к вам за советом.
— Глупости, — Сяньшэн Цинъюань взглянул на нее и негромко пожурил. — Где это видано, чтобы вайцзуфу постоянно жил в доме внучки? Что подумают люди? Решат, что твои цзюцзю не соблюдают сыновний долг. К тому же, особняк, который ты подготовила, наверняка совсем рядом, так что сможешь навещать деда, когда захочешь. И… я привык к сельской тишине, слишком шумные места мне не по душе.
Е Ли знала, что Сяньшэн Цинъюань не согласится, поэтому, ничуть не расстроившись, с улыбкой ответила.
— Ли-эр и впрямь разболталась, вайцзуфу и цзюцзю, не сердитесь. В пяти ли от города, в горах, есть усадьба, и виды там неплохие. Ванъе купил ее несколько дней назад специально, чтобы мы могли выразить свое почтение вайцзуфу. Пожалуйста, не отказывайтесь.
Взгляд Сяньшэн Цинъюаня смягчился и он спокойно произнес.
— Я знаю, что ты заботлива. Не стану отказываться. Как раз со временем снова открою академию.
При мысли об Академии Лишань, обратившейся в пепел, Сяньшэн Цинъюань не мог не испытывать печали. И, хотя все древние книги удалось спасти, сама Академия Лишань была местом древним и полным особого смысла.
Е Ли кивнула.
— Вайцзуфу, не волнуйтесь, Академия Лишань обязательно откроется вновь. И станет даже лучше, чем прежде.
Сяньшэн Цинъюань кивнул.
— Ятоу говорит верно.
_________________________________
-
Сяобао 小 (xiǎo) 包 (bāo) — это уменьшительно-ласкательное имя, которое дословно состоит из иероглифов «маленький» (小) и «свёрток / узелок» (包), и в целом звучит как «Маленький свёрточек» или «Крошечный узелок», используется как домашнее ласковое прозвище. примерно как в русском «Малыш», «Кроха» ↩︎ - Юйчэнь (御宸, yùchén): «юй» (御) означает «управлять, императорский», «чэнь» (宸) — «трон, покои императора». ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
