Юйчжу же была самой старшей из незамужних девушек, однако, судя по всему, вовсе не собиралась устраивать личную жизнь.
Всего несколько дней назад, когда Цзяфу пришла к старой госпоже, она слышала, как та спросила Юйчжу, нет ли у нее каких-нибудь планов.
Юйчжу тогда слегка покраснела, быстро взглянула на Цзяфу и покачала головой:
— Нет. Я по-прежнему хочу всю жизнь служить старой госпоже.
Госпожа Пэй с улыбкой вздохнула:
— Я не знаю, когда именно покину этот мир. Ты служишь мне столько лет, и мне нехорошо дальше задерживать тебя рядом с собой.
Цзяфу вспомнила, как несколько дней назад Юйчжу возвращалась вместе с ними из храма Белого журавля. В тот день она была необычайно молчалива, а в выражении ее лица сквозила печаль.
Вероятно, судьба той даоски напомнила ей о событиях собственного детства.
Цзяфу подумывала о том, что, если Юйчжу тоже испытывает чувства к ее брату, можно было бы набраться смелости и поговорить со старой госпожой.
Мать всегда хорошо относилась к Юйчжу и наверняка одобрила бы этот брак. А если бы еще вмешалась госпожа Пэй, то бабушке, вероятно, было бы трудно отказаться.
Если бы брат женился на Юйчжу, Цзяфу могла бы наконец спокойно относиться ко всему, что происходило бы в доме и за его пределами.
Но Юйчжу всю дорогу разговаривала только с госпожой Мэн и самой Цзяфу, ни разу даже не посмотрев на Чжэнь Яотина. Она выглядела совершенно безразличной.
Если у нее не было чувств, а брат лишь в одиночку питал надежды, ничего бы не вышло. Цзяфу не могла первой заговорить об этом, чтобы Юйчжу не почувствовала себя вынужденной согласиться.
Всё это было из-за прежнего легкомыслия брата: он оставил о себе плохое впечатление.
Цзяфу пришлось отказаться от этой мысли.
Вскоре весь дом Пэй начал готовиться к свадьбе Пэй Сючжи.
Поскольку он женился повторно, а его будущая жена Чжоу Цзяоэ уже была однажды обручена, но затем помолвка была расторгнута якобы из-за несовпадения знаков рождения, девушка провела дома два года.
Теперь обе семьи хотели как можно скорее устроить свадьбу. Все церемонии прошли гладко, и вскоре Пэй Сючжи женился.
Старая госпожа Пэй проявляла к этому браку особое внимание. Несмотря на слабое здоровье, она не только часто лично спрашивала о приготовлениях, но и выделила крупную сумму денег на свадебные расходы внука.
После своего проступка Пэй Сючжи лишился не только наследственного титула, но и прежней должности военного чиновника. Теперь он был простым человеком без должности.
Когда он собрался жениться, Пэй Юань испросил для него у императора особую милость по наследству: Пэй Сючжи приняли в лагерь младших военных чинов и назначили чиновником из числа сопровождающих всадников, имевшим право носить меч.
Лагерь подчинялся одному из пяти военных лагерей столичной армии. Хотя эта должность не могла сравниться с титулом гуна, попасть туда могли лишь сыновья и родственники заслуженных семей гунов, хоу и бо.
Если человек обладал способностями, то после одного-двух лет хорошей службы он быстро мог выдвинуться. Мест там всегда не хватало, и многие молодые люди из знатных домов хотели попасть туда, но не могли.
Хотя Пэй Сючжи женился во второй раз и не удостоился свадьбы по императорскому указу, само торжество ничем не уступало первой свадьбе Пэй Юаня.
В дом Пэй прибыло множество гостей. Одни приехали ради Пэй Юаня, другие были связаны с семьей императрицы Чжоу.
Праздник продолжался весь день — с утра до вечера.
Госпожа Синь хлопотала повсюду. Ее лицо, обычно редко озарявшееся улыбкой, сияло от радости, а смех раздавался во всех уголках дома.
На следующее утро Цзяфу увидела свою новую родственницу — Чжоу Цзяоэ.
Та была немного старше Цзяфу, ей было около восемнадцати или девятнадцати лет. Ее внешность соответствовала имени: она была довольно хороша собой, тщательно одета, а тонкие губы говорили о том, что она умела вести разговор.
Пэй Сючжи стоял рядом с ней и тоже улыбался. Но почему-то его улыбка казалась натянутой, взгляд беспокойно блуждал, а когда он ненадолго остановился на лице Цзяфу, в нем мелькнули уныние и стыд.
Цзяфу тогда не придала этому значения.
Но несколько дней спустя мамушка Лю рассказала ей одну новость.
В брачную ночь Пэй Сючжи и Чжоу Цзяоэ сначала всё было хорошо. Но вскоре дежурившие снаружи услышали, будто внутри супруги о чем-то спорят.
Затем всё стихло.
В следующие несколько ночей также не происходило ничего необычного.
Но прошлой ночью, около полуночи, Пэй Сючжи и Чжоу Цзяоэ внезапно снова начали ссориться.
Поначалу они говорили очень тихо, но постепенно голоса стали громче, и снаружи удалось расслышать несколько фраз.
Пэй Сючжи ругал жену, называя ее бесстыдной и нарушающей супружескую добродетель. Чжоу Цзяоэ в ответ разбила множество вещей.
Пэй Сючжи в ярости вышел из спальни и отправился в кабинет.
Чжоу Цзяоэ не переставала плакать. Слуги поспешно разбудили госпожу Синь.
Та быстро пришла, утешила новую невестку, а затем лично отправилась в кабинет и заставила сына вернуться в спальню.
После этого госпожа Синь вызвала служанок и мамушек, прислуживавших в их дворе, и строго велела никому не рассказывать о произошедшем.
Но шум был слишком сильным — его слышали даже за пределами двора.
Мамушка Лю любила вмешиваться в чужие дела. За несколько месяцев после того, как она вместе с Цзяфу вошла в дом Пэй, она уже успела найти нескольких полезных женщин.
От одной из них мамушка и услышала новости, после чего сразу пришла рассказать всё Цзяфу.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
