Они яростно боролись, и Янь Шан никак не мог унять её гнев. В душе он был и тронут, и бессилен. Ему пришлось коротко вскрикнуть, притворившись, будто её рука задела рану, и отступить на два шага. Как и ожидалось, Му Ваньяо обернулась к нему и, увидев его состояние, с тревогой спросила:
— Я задела твою рану? Давай я нанесу лекарство.
Янь Шан, воспользовавшись случаем, схватил её за запястье и взмолился:
— Дянься, не нужно никого бить.
Му Ваньяо на мгновение замолчала.
Подняв на него взгляд, она тихо проговорила:
— Ты вечно такой: скорее сам потерпишь убыток, но никого не обидишь.
Янь Шан замер на миг и улыбнулся:
— Разве это плохо?
Му Ваньяо задумалась и сказала:
— В этом нет ничего плохого. Я не боюсь, что ты доставишь мне хлопот.
Но, поразмыслив еще немного, она прошептала:
— Однако мне больно за тебя. Ты всегда в одиночку проглатываешь все обиды, никого не виня… Как же тяжело тебе живется. Неужели в этом мире нет ни одного человека, с которым ты мог бы ослабить бдительность, отдохнуть и не заставлять себя вечно соблюдать все правила приличия?
Янь Шан поднял глаза и пристально посмотрел на неё.
Му Ваньяо тихо продолжила:
— Я хочу, чтобы ты не так сильно уставал, хочу, чтобы у тебя были моменты настоящего отдыха. У меня такой тяжелый нрав, к чему тебе еще и передо мной сдерживаться? Разве нельзя вести себя так, как хочется? У меня всё равно характер не изменится, так что ты… правда мог бы иногда выплеснуть гнев на меня.
Он ошеломленно смотрел на неё, видел, как она подняла голову и легонько поцеловала его в губы, нежно прошептав:
— Янь Шан, позволь себе немного лишнего.
Она развернулась, чтобы взять лекарство, но Янь Шан крепко перехватил её за запястье.
Му Ваньяо оглянулась.
Янь Шан опустил взгляд и очень серьезно спросил:
— То, что ты сейчас сделала… ты заигрывала со мной или это было искренне?
Му Ваньяо озорно подмигнула и кокетливо произнесла:
— А ты угадай.
Он отпустил её руку и смотрел, как она уходит за снадобьем. А его сердце совершенно не могло найти ответа. С горькой улыбкой Янь Шан сел и, глядя на её тонкую спину, пока она возилась у письменного стола, медленно закрыл лицо рукавом.
Му Ваньяо снова устроилась в объятиях Янь Шана и, опустив голову, принялась сосредоточенно наносить мазь.
Оба молчали.
Янь Шан смотрел на неё сверху вниз сложным взглядом, всё еще обдумывая её слова о том, что он может позволить себе лишнего. Му Ваньяо же, боясь причинить ему боль, действовала с предельной осторожностью. Золотое сияние заката проникало сквозь маленькое окошко над их головами и разливалось по земле в трёх цунях перед ними.
Всё вокруг подернулось золотистой дымкой.
Закончив с лечением, Му Ваньяо наконец успокоилась и мысленно наказала себе не забывать следить за ранами Янь Шана в ближайшие дни. У неё была плохая память, но об этом забывать никак нельзя.
Управившись с делами, Му Ваньяо отставила флакон с лекарством, и только тогда у неё появилось настроение обратить внимание на другое. Она посмотрела на него сверху вниз и вдруг удивленно воскликнула:
— Ой, у тебя появились мышцы на животе?
Янь Шан застыл.
Договорив, Му Ваньяо тут же протянула руки:
— Я хочу потрогать.
Янь Шан перехватил её запястья, умоляя не проказничать, но Му Ваньяо и не думала останавливаться. Она вовсю развлекалась, касаясь его живота, отчего дыхание Янь Шана сбилось, он всем телом прислонился к двери и запрокинул голову. Его лицо залил румянец, выступил пот, и он, стиснув зубы, выдавил:
— Перестань… От этого мне кажется, будто я служу тебе лишь своей красотой1.
Му Ваньяо усмехнулась:
— Какой ты зашоренный.
Спустя долгое время Янь Шан выглядел так, будто его только что вытащили из воды. Тяжело дыша, он с оттенком жалобы спросил:
— Тебе что, правда нравятся крепкие мужчины? Нравятся могучие и доблестные ланцзюни?..
Му Ваньяо, сдерживая смех, принялась его утешать:
— Каким бы ни был второй старший брат Янь, ты мне любым нравишься. Мне по душе именно такой второй старший брат Янь, достаточно и малых мускулов… Если их будет слишком много, боюсь, меня поколотят.
Янь Шан бросил на неё сердитый взгляд:
— Опять ты за своё.
Му Ваньяо серьезно ответила:
— Вовсе нет, я правда смотрю только на тебя. Но если ты хочешь заняться боевыми искусствами, то можешь обратиться к третьему господину Яну. Он мастерски владеет ушу, и с твоими способностями ты наверняка сможешь убедить его с радостью обучить тебя, чтобы ты обрел отличную фигуру.
Янь Шан внезапно замолк.
Му Ваньяо всё еще ничего не замечала.
Она услышала его тихий голос:
— …Неужели у тебя с третьим господином Яном и правда такие хорошие отношения?
Му Ваньяо небрежно бросила:
— Мы ведь выросли вместе.
Янь Шан промолчал.
На душе у него было скверно, хотелось потребовать от неё заверений, но в то же время он чувствовал, что его досада смехотворна. Её рука всё еще беспорядочно двигалась по его животу, совершенно не заботясь о том, как мучительно ему было это терпеть. Раздражение в сердце заставило Янь Шана стать резче; он схватил её за руку, твердо намереваясь прекратить это:
— Хватит.
Он понизил голос:
— В конце концов, это место, где я работаю. Я не хочу так.
Му Ваньяо подняла голову и заметила, что он, кажется, расстроен. Она удивилась: ведь только что всё было хорошо, почему же он вдруг приуныл?
- Служить кому-либо лишь своей красотой (以色侍人, yǐ sè shì rén) — фразеологизм, означающий положение, при котором человек ценится лишь за внешность, а не за личные качества или таланты. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
