— Насколько мне известно, за эти годы род Гуань в Чанани не добился успеха. Вы господствуете в Лунси, однако у вас нет передающегося из поколения в поколение классического учения1, и в конечном итоге вы не входите в число элиты. Люди в Чанани презирают вас, почтенный брат, точно так же, как вы презираете меня, выходца из Линнани.
Его противник уже дрожал от ярости, гневно вперив в него взор.
Янь Шан с улыбкой поклонился и завершил тему:
— …Как видите, не так уж важно, откуда человек родом, разницы почти нет.
На глазах у всех местный ученик проиграл в споре новичку и, разумеется, не желал с этим мириться. Его лицо то бледнело, то краснело, и когда он уже открыл рот, чтобы разразиться бранью, кто-то вошёл в двери учебного зала.
Голос юноши прозвучал холодно и равнодушно:
— О чём вы все спорите? Если не желаете учиться, идите деритесь снаружи. Не мешайте остальным.
Все обернулись и увидели входящего юного ланцзюнь с безупречными, словно снег, чертами лица. Их лица слегка изменились; люди злились, но не смели возразить и молча разошлись по своим местам.
Янь Шан же задумчиво провожал взглядом этого сияющего юношу, который безучастно проходил мимо.
Тем же вечером Янь Шан пригласил выпить вина того молодого ланцзюнь, который в самом начале помог им выйти из затруднительного положения и позже не примкнул к тем, кто пытался их унизить.
Он также позвал юного ланцзюнь, который пришёл последним, отчитал всех и тем самым косвенно выручил его.
Первый, услышав о вине, с весёлой усмешкой сразу согласился. Второй же поначалу и вовсе не обращал на них внимания, и только благодаря красноречию и дару убеждения Янь Шану удалось уговорить юношу.
Лю Вэньцзи, будучи земляком Янь Шана, разумеется, пошёл вместе с ними.
Янь Шан пригласил всех в Бэйли на «банкет знаменитых цветов». Говорили, что это самый дорогой банкет во всей Чанани, и лишь за накрытие стола требовалось триста вэнь. Услышав это, Лю Вэньцзи даже расстроился из-за такой траты, но Янь Шан и бровью не повёл.
Это заставило приглашённых молодого и юного ланцзюнь внимательнее взглянуть на Янь Шана.
Усевшись за стол и наливая себе вина, молодой ланцзюнь представился как Фэн Сяньюй. Он беспечно промолвил:
— Мой дед занимался торговлей, поэтому те люди тоже меня презирают. Янь Су-чэнь, то, как ты сегодня их отчитал, было просто великолепно.
Лю Вэньцзи знал, что Янь Шан не пьёт вина, поэтому по собственной инициативе заменил чарку перед ним на чай. Он повернулся к остальным:
— Не скрою от вас, я знаю Янь-эр-лан много лет, но впервые вижу, чтобы он с кем-то спорил. Наш Янь-эр-лан — настоящий бодхисаттва, сошедший на землю, у него совсем нет дурного нрава!
Янь Шан ответил:
— Позволять себя обижать — это глупость, а не отсутствие нрава.
Затем он обратился к юному ланцзюнь:
— Вижу, что вы, ланцзюнь, ещё совсем молоды, вам не стоит пить много вина.
Тот бросил на него мимолётный взгляд и ничего не сказал.
Фэн Сяньюй рассмеялся:
— Вы ведь не знакомы с ним? Его зовут Вэй Шу. Сегодня только благодаря ему те люди замолчали…
— Из рода Вэй города Лоян? — спросил Янь Шан.
Вэй Шу холодно посмотрел на него:
— А ты неплохо осведомлён о великих кланах. Но если ты ищешь выгоды, то ошибся. Я побочный сын, и семья Вэй не балует меня поддержкой.
Янь Шан спокойно произнёс:
— Если бы я дружил только ради выгоды, вы бы слишком недооценили меня.
Такое благородство духа.
Вэй Шу взглянул на него и замолчал.
После они ели и пили, болтая обо всём на свете. Вэй Шу почти не разговаривал, а Фэн Сяньюй, очевидно, много знал о делах Вэй Шу, потому что каждый раз, глядя на него, он как-то странно усмехался, что наводило Янь Шана на определённые мысли.
В середине трапезы Лю Вэньцзи вышел отлучиться, и Вэй Шу, не выдержав пристальных взглядов Фэн Сяньюя, отложил палочки:
— Я знаю, почему ты на меня пялишься. Не из-за того ли, что меня подозревают в намерении жениться на принцессе? Раз тебе это так противно, зачем тогда со мной общаться?
Фэн Сяньюй опешил, а затем громко запротестовал:
— Ты ошибаешься! Я тебе завидую! Я бы сам не прочь приглянуться какой-нибудь принцессе, чтобы моя карьера сразу пошла в гору…
Вэй Шу застыл, явно не ожидая от собеседника такого отсутствия высоких устремлений.
Янь Шан выступил посредником, разлил обоим чай и спросил:
— То, о чём говорит Цзюй Юань касательно женитьбы на принцессе, действительно один из путей получения чина. Только вот интересно, о какой принцессе идёт речь?
— О принцессе Даньян, — ответил Вэй Шу.
Янь Шан тут же выплюнул чай, который был у него во рту, и закашлялся так, что всё его лицо покраснело.
- Классическое учение (经学, jīng xué) — конфуцианская дисциплина, посвященная изучению и толкованию классических канонов. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
