Янь Шан немного разволновался. Он всегда говорил медленно, она же, словно хлопушки-паочжу, трещала без умолку, так что он не успевал за ней.
— Я и не говорил, что не возьму отгул… Завтра же пойду и попрошу, хорошо?
Му Ваньяо лишь раздраженно фыркнула, видя его беспомощный вид:
— Хе.
Она больше не обращала на него внимания, распоряжаясь, чтобы служанки переносили постель и одежду.
Она обернулась и увидела, что Янь Шан пристально смотрит на неё своими темными и чистыми глазами. Она приподняла бровь и с улыбкой произнесла:
— Пусть второй молодой господин Янь прилежно занимается делами, бэньгун не станет мешать.
— Ты куда? — спросил Янь Шан.
Му Ваньяо надменно ответила:
— Моя резиденция принцессы так велика, неужели я не найду другую комнату для сна?
Янь Шан опешил:
— Ты… хочешь спать отдельно?
— Я подумала: на тебя нельзя положиться. Ты по ночам не спишь, и я, глядя на тебя, только сильнее злюсь. Боюсь, проснусь как-нибудь ночью, увижу, что ты лежишь с открытыми глазами, и не сдержусь, полосну тебя ножом… Ради безопасности нам лучше разойтись.
— Ступай и занимайся своими делами, будь верным чиновником. А я пойду любоваться цветами и веселиться, буду заурядной принцессой. Мы уже так долго вместе, что при взгляде друг на друга обоим становится тошно1, так что твоя неприязнь ко мне — дело обычное. Расстаться будет к лучшему.
— Я буду чаще смотреть на красивых ланцзюней этого мира, чтобы глаза радовались. И ты при случае поищи себе женщин, расширь кругозор… Впрочем, второй молодой господин Янь так занят, что на женщин у него точно нет времени. Если возникнет нужда, просто найди меня.
Она обернулась и лукаво улыбнулась ему:
— Как тебе будет угодно.
Янь Шан стоял в оцепенении.
Он увидел, что она уходит, и только тогда осознал, что она не шутит — она действительно намерена спать в разных комнатах.
Невзирая на то, что с промокших штанин стекала вода, Янь Шан набросил верхнее платье и поспешил за ней. Он вышел из комнаты в полном замешательстве, то и дело спрашивая встречных, куда направилась принцесса.
Резиденция принцессы была огромной. Янь Шан, будучи в неподобающем виде, вынужден был заботиться об облике, поэтому отстал на несколько шагов. Му Ваньяо он не нашел, зато у самого выхода столкнулся с Янь Сяочжоу, которая как раз искала его.
— Второй старший брат, мне нужно кое-что тебе сказать! — воскликнула Янь Сяочжоу.
Янь Шан, вглядываясь в ночную тьму, торопливо ответил сестре:
— Поговорим завтра…
— Но завтра будет уже поздно! — возразила Янь Сяочжоу. — Второй старший брат, я запланировала отъезд из Чанъаня на завтра, уже и повозку с лошадьми нашла. Если не скажу сейчас, ты и не узнаешь, что я уехала.
Янь Шан замер от неожиданности.
Он растерянно посмотрел на неё:
— Куда ты собралась? Вернуться в Линнань к отцу? Что случилось? Неужели я… я пренебрегал тобой, и тебе стало неуютно жить в Чанъане?
Янь Сяочжоу, видя, что он готов во всём винить себя, и зная, что второй старший брат снова начнет заниматься самобичеванием и страдать, поспешно перебила его:
— Нет-нет-нет, я хочу поехать в Цзяньнань… найти третьего господина Ян.
Янь Шан был поражен.
Придя в себя, он медленно спросил:
— Твоя невестка… Яо-Яо знает об этом?
— Я говорила с невесткой, — с улыбкой ответила Янь Сяочжоу. — Выслушав меня, она не стала возражать.
Янь Шан вздрогнул, осознав, что Му Ваньяо сделала это намеренно. Ему ничего не оставалось, кроме как увести сестру в комнату и выяснить, что же у неё на уме.
Что же до принцессы… Это была их первая столь серьезная размолвка после свадьбы. Не имея опыта в таких делах, он мог лишь делать шаг и смотреть, что будет дальше. Он еще не знал, что слова Му Ваньяо о желании смотреть на красивых ланцзюней не были простой шуткой.
В некотором роде Му Ваньяо умела наслаждаться жизнью куда лучше него.
Тем временем новый император, только что закончивший беседу с Янь Шан, пребывал в прекрасном расположении духа. Вернувшись во дворец, он предавался раздумьям.
Лю Вэньцзи, заметив, что новый император никак не может забыть о втором молодом господине Янь, про себя усмехнулся и нарочно завел разговор:
— Бися, кажется, следовало бы повысить второго молодого господина Янь в должности.
Новый император кивнул:
— Разумеется. Если я хочу, чтобы он исполнял поручения, то само собой…
Лю Вэньцзи изобразил удивление:
— Кажется, сяньди оставил указ, согласно которому Янь Сучэнь должен стать чжунтаном. Я не совсем уверен, но этот указ хранится в Храме предков.
Новый император замер.
Его лицо помрачнело:
— Ты хочешь сказать, что сяньди всё подготовил заранее, и Янь-эр передо мной просто кривлялся? Он знал, что станет чжунтаном, поэтому мои слова о повышении его ничуть не тронули?
— Он, как и те старые сановники, водит меня за нос, словно обезьяну?
Лю Вэньцзи улыбнулся:
— Этого мне неведомо. Просто второй молодой господин Янь столь одарен, что и сяньди, и Бися очень ценят его и любят.
— Мне лишь кажется… если человека любят абсолютно все, то такой прозорливости и уму можно только позавидовать.
Император погрузился в раздумья, и его пыл по отношению к второму молодому господину Янь заметно поостыл.
- Смотреть друг на друга и обоим становится тошно (相看两生厌, xiāng kàn liǎng shēng yàn) — выражение, описывающее взаимную неприязнь или скуку, возникшую от долгого совместного пребывания. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
