Цзи Тунчжоу отреагировал весьма холодно и веско:
— Су-шицзе слишком хвалит меня, это лишь случайное стечение обстоятельств.
Су Вань задумчиво посмотрела на него. Случайное стечение обстоятельств? Если бы благодаря простому совпадению можно было обрести огонь Сюаньхуа, то бесчисленное множество заклинателей с огненным духовным корнем просыпались бы от смеха во сне. Различия в характерах людей определяют и свойства их духовных корней. К примеру, те, кто обладают корнем воды, зачастую осмотрительны, а обладатели корня дерева — оживлённы и открыты. Однако характеры бесконечно разнообразны, и даже у заклинателей с одинаковыми свойствами корня найдётся бессчётное множество отличий.
Люди с огненным духовным корнем в большинстве своём пылки, подобно пламени, а огонь Сюаньхуа является предельным воплощением такой натуры. Именно поэтому о нём ходят как добрые, так и дурные вести. Этот ван-е вовсе не был так безразличен, как казалось на первый взгляд, и это лишь добавляло опасности.
Если она не ошиблась, его взгляд на Лифэй в корне отличался от того, как он смотрел на остальных. К тому же, хотя все они явно были давними друзьями, атмосфера после их встречи оставалась пугающе ледяной. Су Вань оглянулась на Лэй Сююаня. Тот и в обычное время был не особо разговорчив, но сегодня от него исходило какое-то особенное ощущение.
Желая помочь Лифэй выбраться из неловкого молчания и одновременно стремясь увидеть легендарный огонь Сюаньхуа, она вновь улыбнулась:
— Хотя по старшинству я считаюсь шицзе, мой уровень совершенствования намного уступает твоему, Цзи-шиди. Если ты не побрезгуешь, не пожелаешь ли наставить меня и провести дружеский поединок?
Слова прозвучали крайне вежливо: «наставить и провести поединок» подразумевало просьбу о поучении. Цзи Тунчжоу не мог отказать и, шагнув вперёд, сложил руки в приветствии:
— Не смею. В таком случае, прошу простить мою дерзость. Су-шицзе, прошу наставлений.
Он вышел из беседки и бесстрастно замер посреди двора. Стоило ему поднять руку, как вокруг его тела возник слой призрачного пламени. Хотя все узнали это базовое бессмертное искусство, огонь, окруживший его, был чёрным как смоль и выглядел по-настоящему пугающе. После того как Лифэй выплавила магическое сокровище, её восприятие духовной энергии стало острее, чем прежде: в этом чёрном пламени чувствовалось нечто зловещее, почти безумное, внушающее невольный трепет.
— Поразительно! — похвалила Су Вань.
Она ещё не преодолела третий барьер и могла атаковать лишь огненными лотосами и огненными драконами. Прежде яркое и жаркое пламя перед лицом безмолвного чёрного огня казалось бледным и жалким. Не выказав и тени робости, Су Вань сжала в ладони огненный лотос и щелчком пальцев отправила его в полёт прямо к Цзи Тунчжоу.
Цзи Тунчжоу не стал уклоняться. Он лишь протянул руку и мягко поймал его. Алый, как кровь, цветок завис над его ладонью, стремительно прокрутился десяток раз и вдруг окрасился в чёрный цвет. Лицо Су Вань слегка изменилось. Увидев, как он щелчком посылает чёрный лотос обратно, она не посмела к нему прикоснуться и поспешно отпрянула. Огненный цветок полетел в сторону родового храма — если бы он врезался в него, все здание было бы уничтожено в одно мгновение!
В следующее мгновение перед храмом внезапно выросла стена иссиня-чёрного пламени. Лотос влетел в неё и слился с ней, не выпустив наружу ни единого язычка огня. Су Вань мгновенно поняла, насколько велика пропасть между ними — о поединке не могло быть и речи. Она решительно признала поражение и, сложив руки, с улыбкой произнесла:
— У Цзи-шиди превосходный уровень совершенствования, я добровольно признаю поражение.
Цзи Тунчжоу уже собирался ответить, как вдруг с ограды храма раздался мягкий, полный смеха голос:
— Почему вы перестали? Я как раз увлеклась зрелищем!
Все вздрогнули. С их нынешним уровнем мастерства они давно стали чувствительны к колебаниям духовной энергии, однако никто не заметил внезапного появления гунян на стене. Лифэй подняла голову и увидела сидящую на ограде девушку, окутанную зелёным туманом. Этот туман то сгущался, то рассеивался, клубясь так, словно обладал собственной душой. Несмотря на близость, Лифэй по-прежнему не могла уловить от неё ни крупицы духовной энергии.
— Гэлинь! — Лифэй одновременно испугалась и обрадовалась. Она действительно пришла! Но что это за зелёный туман?
Клубы тумана поредели, и за ними показалось очаровательное, нежное, как цветок лотоса, лицо. Это и впрямь была Байли Гэлинь. Она смеялась, прищурив глаза, и затараторила:
— Ты узнала меня с первого взгляда! А я-то хотела вас напугать! Лифэй! Лэй Сююань! Цзи Тунчжоу! Ой! А это… цзюньчжу? А это кто?..
Говоря это, она легко спрыгнула со стены и вихрем подлетела к остальным. Лишь когда она оказалась рядом, стало ясно, что зелёное марево — вовсе не туман, а рой крошечных демонических существ. Ланья-цзюньчжу тут же изменилась в лице и поспешно отступила на два шага. Цзи Тунчжоу поддержал её за локоть:
— Не бойся, это всего лишь юйяошу1.
С приходом Байли Гэлинь застывшая атмосфера мгновенно наполнилась шумом. Она говорила, смеялась и жестикулировала одновременно:
— Этих маленьких демонов вырастила я. Они могут блокировать духовную энергию, так что для скрытности подходят идеально. Забавно, правда? Цзи Тунчжоу, зачем ты притащил цзюньчжу? Ой! Неужели вы с цзюньчжу, так же как Лифэй с Лэй Сююанем, стали спутниками на пути? Точно-точно, а эта гунян кто?
Цзи Тунчжоу нахмурился:
— Что именно ты хочешь спросить? Говори по порядку!
Байли Гэлинь сверкнула на него глазами:
— Какой грозный! Тогда сначала спрошу тебя: зачем ты привёл цзюньчжу? — С этими словами она улыбнулась Ланья-цзюньчжу в знак приветствия.
Ланья недовольно отвернулась. Как она смеет разговаривать с ван-е в таком непочтительном тоне!
Цзи Тунчжоу проявил нетерпение:
— Разве нельзя? А вот ты, целый год не подавала вестей, чем занималась?
Видя, что Байли Гэлинь игнорирует его вопросы, Лифэй тоже заговорила:
— Гэлинь, почему от тебя не было вестей весь год? Ты знаешь, что Чанъюэ места себе не находила от беспокойства? Если бы ты не пришла на эту встречу, мы собирались все вместе отправиться на Восточное море искать тебя.
Байли Гэлинь широко ухмыльнулась:
— Об этом долго рассказывать, как-нибудь потом. Почему это вы пришли первыми? Я думала, что цзецзе с Е Е будут здесь раньше всех. Как странно. Кстати, твоё внезапное письмо о том, что вы с Лэй Сююанем стали спутниками на пути, меня не на шутку напугало! Эй ты, Лэй Сююань! Какая же тебе привалила собачья удача? О, и всё-таки, что это за гунян? Скорее представь нас!
У Цзи Тунчжоу от её тараторства разболелась голова, и он, взмахнув рукавом, прямиком ушёл в беседку. Су Вань едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться. Наконец-то она увидела легендарную очаровательную ученицу Морской фракции! Характер Байли Гэлинь пришёлся ей по вкусу, она оказалась в точности такой, какой Су Вань её и представляла.
Она тут же нашла общий язык с Байли Гэлинь, и от их сдвоенного щебета даже Лифэй стало не по себе. Ей долго не удавалось вставить ни слова, хотя она хотела о многом расспросить подругу.
Заметив, что Лэй Сююань поймал одного из её маленьких демонов и с интересом вертит в руках, Байли Гэлинь поспешно воскликнула:
— Не раздави! У тебя такие тяжёлые руки! Я с трудом их выращивала!
С этими словами она поспешно отозвала заклинание, и демонические существа мгновенно превратились в бумажный талисман, который она спрятала в рукав. Лэй Сююань мельком взглянул на неё, и его взор на мгновение задержался на цепочке, которая неожиданно появилась на её шее. Это была подвеска в виде девятиглавой птицы — древнего и таинственного вида, совершенно не в её привычном стиле.
Байли Гэлинь незаметно засунула подвеску за ворот и подняла глаза к небу. Уже близились сумерки. Она потянулась и громко объявила:
— Я так устала, пока добиралась сюда, давайте найдём постоялый двор и отдохнём! Похоже, цзецзе с Е Е в этот раз точно опоздают, потом заставим их платить за ужин.
То, что они могли опоздать, было действительно редкостью. Раньше в академии, что бы их шестёрка ни планировала сделать вместе, Е Е и Байли Чанъюэ всегда приходили первыми.
Без Е Е, который обычно сглаживал углы и осаживал Байли Гэлинь, та всю дорогу до единственного в городе постоялого двора без умолку трещала с Су Вань. Шум стоял до небес. Лишь оказавшись на месте, она на мгновение затихла. Глядя на красные длинные фонари, свисающие с карниза, она тихо рассмеялась:
— Семь лет прошло… Мы ведь тоже жили здесь, когда только прошли второй отбор.
Никто не ответил ей на этот вопрос. Байли Гэлинь заметила, что атмосфера между остальными стала какой-то странной, и, немного поразмыслив, кое-что поняла. Она тут же сменила тему:
— Тогда сегодня я буду спать вместе с Су-цзецзе. Лифэй, раз уж вы с Лэй Сююанем стали спутниками на пути самосовершенствования, супруги в мире заклинателей, живите в одной комнате!
Лифэй, видя, что та тащит за собой Су Вань и собирается уходить, поспешно окликнула её:
— Погоди, мне нужно кое-что тебе сказать.
Но Байли Гэлинь и не думала оставаться. Увлекая за собой Су Вань, она уже зашла в гостевую комнату и закрыла дверь, откуда донёсся её звонкий смех:
— Сегодня мне больше интересна Су-цзецзе! Лифэй, а ты поболтай со своим ненаглядным Сююанем!
«Ну и скользкая же она», — подумала Лифэй. Нахмурившись, она простояла какое-то время и была вынуждена тоже уйти в свою комнату.
Цзи Тунчжоу опустил полог кровати и уже собирался переодеться ко сну, как вдруг в дверь тихо постучали дважды. Он помедлил мгновение и медленно отворил дверь. Вместе с дуновением ветра донёсся изысканный тонкий аромат. Перед ним в парадном наряде почтительно стояла Ланья-цзюньчжу. Очевидно, она тщательно наряжалась: волосы со лба были полностью убраны наверх, открывая белоснежный округлый лоб. При виде этого его сердце внезапно ёкнуло.
Он вспомнил Цзян Лифэй из своих видений.
— Ван-е, — произнесла она, изо всех сил стараясь скрыть смущение. Девушка грациозно поклонилась и добавила тихим, нежным голосом: — Не выпадет ли Ланье честь выпить чаю и полюбоваться луной вместе с ван-е?
Цзи Тунчжоу смотрел на неё глубоким взглядом, храня молчание. Под этим непонятным взором Ланья невольно опустила голову, и даже её шея покраснела.
— Ван-е? — видя, что он медлит с ответом, она была вынуждена шёпотом переспросить.
Цзи Тунчжоу вдруг глубоко вздохнул. Прислонившись к дверному косяку, он протянул руку и тронул украшение, свисавшее у неё на лбу. Жемчужина тут же мелко задрожала.
— В следующий раз не делай такую причёску, — его голос звучал ровно и холодно.
Ланья невольно опешила. Что это значит? Неужели в её облике что-то не так? Но ведь это классическая придворная причёска царства Юэ!
Цзи Тунчжоу не смотрел на неё. Его взгляд застыл в пустоте, а голос казался далёким:
— Того, чего ты желаешь, я сейчас дать тебе не могу. Но если тебе нужно лишь плотское утешение, то входи.
Лицо Ланьи мгновенно стало мертвенно-бледным. Она никогда не знала подобного унижения. И даже если оскорбил её высокопоставленный Ин-ван, она не могла этого вынести. Дрожащим голосом она произнесла:
— Ван-е, Ланья вовсе не низкая женщина, я лишь хотела искренностью ответить на искренность. Если вы не питаете ко мне чувств, пусть будет так, но к чему оскорблять меня?
Цзи Тунчжоу безучастно ответил:
— Прошу прощения. Поэтому и ты в будущем не говори таких красивых слов, я не люблю их слушать.
Красивые слова? Что он имел в виду? Ланья на мгновение оцепенела. Она говорила ему так много приятного, что в суматохе и не могла вспомнить чего-то особенного. С самого детства она привыкла обращаться к нему с покорностью и лестью, ни в чём не смея перечить. Но чего он хотел на самом деле? Почему он никогда не улыбался ей по-настоящему? Она совершенно не понимала, к чему стремится сердце этого ван-е.
— Видела ли ты когда-нибудь, какой бывает взгляд у женщины, если в её сердце действительно живёт любимый человек? — Цзи Тунчжоу приподнял её за подбородок и, склонившись, пристально посмотрел ей в глаза.
Он видел такой взгляд — пронзительный до глубины души, захватывающий дух, исполненный безраздельной преданности. В своих снах он был удостоен этого взора, но, очнувшись, воочию видел, как этот человек с той же нежностью смотрит на другого.
Стоило увидеть это лишь раз, чтобы понять: когда по-настоящему любишь кого-то, в глазах рождается именно такая самозабвенная сосредоточенность.
— Ступай.
Цзи Тунчжоу мягко отстранил её и закрыл дверь.
- Юйяошу (驭妖术, yùyāoshù) — искусство подчинения демонических существ и управления ими Морской фракции. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
