Чжун Чжанжун смотрел на новый официальный документ на столе. Он оглядывал его снова и снова, пытаясь найти подвох, но ни в слоге, ни в оформлении он, будучи военным, не мог найти изъяна.
Притвориться, что не понял? Тоже невозможно: тайфу, заботясь о них, военных, писал предельно прямо и доходчиво.
— Лян Цян, хоу авангардных войск и сын главного советника войск левого крыла Лян Цзи, должен прибыть в столичное военное ведомство для получения приказов, — процедил Чжун Чжанжун сквозь зубы.
Там было вписано даже имя отца, так что теперь, даже если он найдёт в авангардных войсках другого человека по имени Лян Цян, это не поможет.
— Да по какому праву этот Дэн И… — Чжун Чжанжун схватил документ, собираясь его разорвать.
Заместители поспешили его остановить:
— Генерал, здесь стоит большая императорская печать, это равносильно императорскому указу, нельзя проявлять неуважение.
Верно, тайфу управляет делами государства, и в нынешней Великой Ся слово тайфу — закон. Чжун Чжанжун в гневе хлопнул бумагой по столу.
— Генерал, не горячитесь, сяоцзе наверняка знает об этом, — начал утешать его один из заместителей. — У сяоцзе с тайфу довольно неплохие отношения. Сяоцзе ведь сама говорила, что всё получилось лишь благодаря помощи тайфу.
— И то верно, быть может, сяоцзе просто ещё не успела написать нам письмо, — добавил другой. — Возможно, это и есть воля сяоцзе.
С тех пор как Чу Чжао стала императрицей, тайфу во всём поддерживал её и даже потакал ей. Помимо совместного с императором участия в государственных делах и подавления инцидента с Чжуншань-ваном, Чжун Чжанжун знал больше других: в тот год, когда сяоцзе, защищая маленького Дянься, с боем прорывалась в императорский дворец, Дэн И охранял дворцовые ворота и поначалу не собирался их открывать, но сяоцзе убедила его.
К тому же ещё раньше, когда сяоцзе покидала столицу, именно Дэн И вернул её обратно.
Сяоцзе и Дэн И познакомились давно, и дружба между ними была не поверхностной. По идее, ему следовало бы успокоиться, но разве можно по-настоящему доверять тому, кто занимает столь высокий пост при дворе?
— Генерал, мы слишком много надумали, — сказал один из заместителей. — Мы помним лишь о том, что у рода Лян терки с родом Чу, но ведь род Се враждует с родом Лян ещё сильнее. Дэн-тайфу, разумеется, не хочет, чтобы влияние рода Се в армии росло, вот и указал намеренно на отпрыска семьи Лян.
Присутствующие в зале внезапно всё осознали. Если думать в этом ключе, то всё вставало на свои места.
«Вот оно что», — выражение лица Чжун Чжанжуна немного смягчилось.
— Напротив, это даже к лучшему, — усмехнулся заместитель. — Не нужно ничего переигрывать, поступим так, как договаривались раньше.
— К лучшему? — все посмотрели на него.
Заместитель улыбнулся:
— Тайфу велит отправить Лян Цяна, а официальный документ из столицы позволяет нам решать самим. Значит, пусть едут и Се Яньлай, и Лян Цян. Тогда это нас уже не коснётся, это станет делом родов Се и Лян.
Пусть себе враждуют.
— Блестяще! — все в зале рассмеялись. Чжун Чжанжун тоже кивнул: тогда сяоцзе сможет сидеть на горе и наблюдать за схваткой тигров.
Он бросил взгляд на документ на столе.
Однако морщины на его лбу не разгладились. Помолчав немного, он поднял голову и распорядился:
— Позовите командира Се.
Се Яньлай вошёл в зал, принеся с собой порыв ветра.
— Генерал Чжун, мы в Лочэне… — раздражённо начал он.
Не дав ему договорить, Чжун Чжанжун перебил:
— Да-да, я знаю, ваш Лочэн очень далеко и там полно дел, а я заставляю тебя мотаться туда-сюда, просто чтобы поиздеваться.
Се Яньлай подцепил длинной ногой стул, придвинул его к себе и лениво сел:
— Раз генерал это понимает, то я не стану об этом поминать. Только выдели нам ещё сотню боевых коней.
— Сотню коней? — холодно усмехнулся Чжун Чжанжун. — Чтобы ты каждый день на них катался? — Заметив, что Се Яньлай собирается возразить, он постучал по столу: — Хватит болтать попусту, у меня к тебе дело касательно поездки в столицу.
При этих словах на губах Се Яньлая промелькнула насмешка. В следующий миг он опустил глаза, рассматривая свои пальцы, и произнёс:
— Разве вопрос с поездкой в столицу ещё не решён? О чём тут говорить?
Да, решён, но Чжун Чжанжун, казалось, о чём-то задумался и не ответил сразу. Поколебавшись, он спросил:
— Что твоя семья планирует для тебя?
— Семья? — Се Яньлай взглянул на него. — В каком смысле?
С тех пор как он прибыл в пограничные войска, он не возвращался назад. Род Се ничего на это не сказал, лишь прислал десяток с лишним слуг, чтобы те заботились о его повседневных нуждах.
Чжун Чжанжун был настороже и разведал, что эти слуги были тщательно подобраны — они были сведущи и в науках, и в воинском искусстве. Однажды Се Яньлай попал в окружение, и от него не было вестей; тогда эти слуги вместе с солдатами отправились на поиски, попали в засаду и втроём умудрились убить два десятка силианских лазутчиков.
Род Се прислал этих людей явно не для того, чтобы просто присматривать за бытом. Они должны были помогать ему совершать подвиги, строить карьеру и составлять планы.
Чжун Чжанжун не стал прогонять слуг рода Се, предпочитая смотреть на это сквозь пальцы, — лишь бы их планы были направлены на ратную службу.
— Насчёт этой поездки в столицу, — он пристально посмотрел на Се Яньлая. — Что говорят у тебя дома?
— Какое отношение поездка в столицу имеет к моему дому? — лениво отозвался Се Яньлай.
Чжун Чжанжун нетерпеливо хлопнул по столу:
— Не прикидывайся дураком! Неужели твоя семья упустит возможность устроить всё в твою пользу при таком удачном случае?
Се Яньлай рассмеялся ещё сильнее:
— Так это, по-вашему, удачный случай?
— Конечно! — холодно бросил Чжун Чжанжун. — Увидеть императора, получить аудиенцию, вознаграждение за заслуги, чины и титулы… Хороший это случай или плохой — решать твоей семье.
Се Яньлай с полуулыбкой ответил:
— Тогда я не знаю. Из дома ничего не передавали. Моя семья не вмешивается в то, что я здесь делаю.
— Не вмешивается? — Чжун Чжанжун опешил. — Тебе не говорили, что ты должен отправиться в столицу?
— Я здесь по императорскому указу, и вернусь я тоже только по императорскому указу, — Се Яньлай начал терять терпение. — Генерал Чжун, хватит через слово приплетать мою семью.
Он вскинул брови и с издёвкой добавил:
— Неужели генерала так заботят чужие семьи? Вы что, и дела свои ведёте, оглядываясь на других?
Договорив, он заметил, что Чжун Чжанжун не стал ругаться в ответ, как обычно. Он даже не разозлился, у него был совершенно рассеянный вид.
— Эй, — ворчливо окликнул он его.
Чжун Чжанжун спохватился и взглянул на него:
— Ничего. Можешь возвращаться в Лочэн.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
