Ма Шаньшань стала чистой, ей явно стало намного комфортнее, брови постепенно разгладились, а лицо во сне стало безмятежным.
Лян Чэнь же сидела у её кровати и долго не выходила.
Зная, что Сунь Биньюй и Лу Цзин оба находятся в гостиной, она совершенно не хотела выходить.
Двое за дверью тоже всё это время не стучали.
В доме было четыре человека, не так уж мало, но он казался пустым.
Сунь Биньюй раздражённо мерил шагами пол, наконец, взъерошил волосы и сказал:
— Я пойду прогуляюсь недолго, а ты сам иди и поговори с ней!
После ухода Сунь Биньюя в гостиной остался один Лу Цзин.
Он подошёл к двери гостевой комнаты и постучал.
Внутри не было никакой реакции.
Безумное чувство вины и самобичевание, подобно снежной лавине, взорвались в сердце Лу Цзина, и он в порыве чувств прямо распахнул дверь.
В чистой комнате Лян Чэнь сидела спиной к нему, и её силуэт выглядел настолько одиноким, что Лу Цзину захотелось отвесить себе пощёчину.
Дверь открылась со щелчком, довольно шумно, но Лян Чэнь так и не обернулась.
Она лишь опустила голову ещё ниже.
Лу Цзин сжимал дверную ручку так, что побелели костяшки пальцев, но не мог вымолвить ни слова.
Лян Чэнь знала, что он стоит в дверях, но не оборачивалась, чтобы посмотреть на него.
Спустя долгое время в гостиной послышались шаги, и вслед за тем Лу Лаотайтай сказала:
— Лу Цзин, ужин готов, иди кушать.
Сунь Биньюй открыл дверь Лу Лаотайтай; в этот момент он стоял в прихожей, чувствуя себя несколько неловко.
Лу Лаотайтай лишь почувствовала, что атмосфера какая-то не такая, посмотрела пару раз на Сяо Суня и сказала:
— Сяо Сунь, ты ведь тоже ещё не ел? Пойдём поедим вместе, и друзей своих позови.
В это время Лян Чэнь встала, её взгляд прошёл мимо Лу Цзина, она посмотрела на стоящую снаружи Лу Лаотайтай и сказала:
— Не нужно, спасибо, бабушка, у меня ещё есть дела, я пойду домой.
С этими словами она направилась к выходу.
Лу Цзин разом схватил её:
— Прости.
Между бровей Лян Чэнь пробежала едва заметная дрожь, в груди стало тесно, ей хотелось только одного — уйти отсюда.
— Я пойду, а ты иди ешь.
Она вырвала руку из хватки Лу Цзина, взяла сумку и пошла к выходу.
Сунь Биньюй замер с полуоткрытым ртом, его взгляд метался между Лу Цзином и Лян Чэнь, наконец, он указал на Ма Шаньшань и спросил:
— Ты уже уходишь?
Лян Чэнь кивнула:
— Её вырвало, всё лишнее вышло, теперь всё в порядке. Сейчас она крепко спит, завтра утром проснётся — и всё будет хорошо. У меня завтра репетиция, нужно уйти рано утром, так что я пойду.
Сунь Биньюю нечего было сказать, он медленно сделал пару шагов:
— Тогда я провожу тебя вниз.
— Не нужно, — Лян Чэнь похлопала его по руке. — Пожалуйста, присмотри за Шаньшань, если что-то случится — позвони мне.
Сделав пару шагов, Лян Чэнь снова обернулась и сказала:
— Когда она проснётся, у неё может быть плохое настроение. Ради того, что она моя подруга, будь к ней терпимее, хорошо?
— Конечно, — сказал Сунь Биньюй. — Пустяки.
Сунь Биньюй оглянулся на Лу Цзина и, опустив голову, понизил голос:
— Ты и вправду уходишь?
Лян Чэнь больше ничего не сказала и вышла.
Лу Цзин бросился было вдогонку, но когда он пробегал мимо Сунь Биньюя, тот его схватил.
У Лу Цзина было много сил, его глаза покраснели, он попытался с силой оттолкнуть Сунь Биньюя.
Сунь Биньюй про себя выругался: «Ну и силища у этого паршивца», а затем потащил его внутрь.
— Отпусти меня! — сказал Лу Цзин.
— Какой смысл сейчас бежать за ней? — Сунь Биньюй одним рывком толкнул его на диван. — Вместо того чтобы тратить на это время, лучше как следует поразмысли над своим поведением.
Лу Цзин перевёл дух на диване и тут же снова встал, чтобы выйти.
К сожалению, в глазах Сунь Биньюя он сейчас выглядел как впавший в неистовство щенок, совершенно не представляющий угрозы.
— Послушай меня, — Сунь Биньюй снова схватил его. — Что бы ты сейчас ни сказал, это не поможет. Хорошенько всё обдумай, признай вину, будь искренним в своих извинениях — это будет полезнее всего.
Лу Лаотайтай всё ещё стояла снаружи, не понимая ситуации:
— Что здесь происходит?
В комнате воцарилась удивительная тишина, Сунь Биньюй, казалось, мог слышать сердцебиение Лу Цзина.
Что ж, не удержать.
И верно, в следующую секунду Лу Цзин со всех ног бросился вон.
Лян Чэнь былa крайне возмущенa.
Oна вела машину всё быстрее и быстрее, добравшись до дома всего за тридцать минут.
Войдя в дом, она сразу переоделась и пошла в душ. Она долго отмокала в ванне и, только когда почувствовала, что во всём теле не осталось сил, медленно выбралась из неё, высушила волосы и взглянула на телефон.
Более двадцати пропущенных вызовов и бесчисленное количество непрочитанных сообщений в WeChat.
Некоторые из них были рабочими сообщениями; она открыла их, мельком просмотрела, коротко ответила, а затем, отключив звук, легла в постель.
Лян Чэнь думала, что пролежит без сна всю ночь, но при мысли о завтрашнем объёме работы ей пришлось заставить себя уснуть.
Возможно, самовнушение подействовало, и Лян Чэнь спала в эту ночь неплохо. Когда она снова открыла глаза, солнечный свет пробивался сквозь густой туман, изо всех сил изливаясь на всё сущее и понемногу пробуждая этот мир.
Лян Чэнь посмотрела на телефон: после десяти часов Лу Цзин больше не звонил ей и не присылал сообщений.
Она встала, умылась, нанесла простой макияж и тут же получила звонок от водителя.
Лао Лю уже ждал её внизу.
Сегодня Лян Чэнь должна была ехать в репетиционный зал; она заранее договорилась с сотрудниками своей команды. У Сяо Юй сегодня был выходной, поэтому её сопровождала только Юань Кэкэ.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
