— Почему тебе нельзя съесть вот этот? — Сан Чжи указала на тот, что они купили.
— Нельзя, — ответил Дуань Цзясюй.
Сан Чжи постаралась сдержаться:
— Ты же всё равно не любишь сладкое.
— Теперь люблю.
Сан Чжи взорвалась, и слова, которые она долго сдерживала, наконец вырвались наружу:
— Почему ты такой мелочный! Я же не прошу чего-то запредельного, ты должен за мной хоть немного поухаживать!
Мгновенная тишина.
Осознав, что только что ляпнула, Сан Чжи тут же начала неловко оправдываться:
— Я имела в виду, что ты должен за мной поухаживать, чтобы я поняла, есть ли у меня к тебе ответные чувства.
Дуань Цзясюй откашлялся, явно сдерживая смех:
— Всё в порядке.
Боясь не на шутку её разозлить, Дуань Цзясюй вовремя остановился и не стал больше её дразнить:
— Если чувств нет, значит, я буду ухаживать ещё усерднее.
Дуань Цзясюй протянул руку и ущипнул её за щёку, мягко проговорив:
— Положу его тебе в коробочку, вернёшься и разделишь с подругами. Если понравится, буду готовить тебе его каждый день.
–
Сан Чжи вернулась в общежитие с вещами.
Ван Жолань ещё не было, а Юй Синь стояла рядом с Нин Вэй и вовсю сплетничала. Увидев её, Нин Вэй с улыбкой помахала рукой:
— Сан-Сан, как свидание? Весело было?
Сан Чжи положила пакет на стол и серьёзно спросила:
— Сегодня есть комендантский час?
— Конечно, — ответила Юй Синь. — В двенадцать.
— А сейчас сколько? — спросила Сан Чжи.
— Только десять, а что такое?
Сан Чжи открыла шкаф:
— Хочу выйти на пробежку.
— … — Нин Вэй была в замешательстве. — Тебе не холодно?
— Я просто немного… — Сан Чжи посмотрела на них. — Немного взволнована.
— Да уж, на «немного» это совсем не похоже, — вставила Юй Синь.
Сан Чжи коснулась лица, пытаясь успокоиться, и вдруг ни с того ни с сего глупо заулыбалась:
— Я весь вечер сдерживала смех, мне кажется, у меня уже лицо сводит.
Нин Вэй рассмеялась вместе с ней и предположила:
— Он тебе признался?
— Наверное, можно и так сказать, — ответила Сан Чжи. — Сказал, что собирается за мной ухаживать.
Нин Вэй полюбопытствовала:
— И как долго ты планируешь позволять ему это делать?
Сан Чжи моргнула, не зная ответа:
— А сколько обычно полагается?
— Мы с моим парнем встречались где-то месяц, прежде чем я согласилась, — сказала Нин Вэй. — Но я даже немного жалею, что так быстро сдалась. Мужчины лучше всего относятся к тебе именно тогда, когда добиваются.
— Оу, — Сан Чжи почесала затылок. — Тогда сколько будет в самый раз?
— Смотри сама, — ответила Юй Синь. — Когда почувствуешь, что пора, тогда и сможешь согласиться.
— По-моему, уже сейчас в самый раз…
Сан Чжи вдруг приуныла и вздохнула:
— Но я немного переживаю, что это лишь мимолётный порыв. Может, у него просто давно не было девушки, а тут рядом внезапно оказалась я, вполне подходящая по возрасту, вот он и решил, что я ему нравлюсь.
— Но мне кажется, учитывая ваши отношения, если он решился сказать тебе такое, то наверняка всё серьёзно обдумал, разве нет? — заметила Нин Вэй.
Сан Чжи замерла, всерьёз задумалась и снова улыбнулась.
— И то верно.
Она угостила соседок тортом, вернулась на своё место и открыла пакет от Дуань Цзясюя. Внутри лежал портативный компактный фотоаппарат чёрного цвета в ретро-стиле.
Сан Чжи включила его и попробовала сделать снимок.
Затем она зашла в галерею, чтобы проверить результат, и машинально пролистнула вправо.
Оказалось, там были и другие фото.
Это были селфи Дуань Цзясюя.
Снимок был сделан очень близко.
В типично мужской манере он запечатлел себя крупным планом так, что были отчётливо видны все черты лица. На фото он выглядел так, будто только что вышел из душа: волосы наполовину мокрые, его глаза-персики сияли, а губы казались влажными.
Он смотрел прямо в объектив, а в его улыбке читалось что-то дерзкое.
В следующий миг телефон Сан Чжи зазвонил.
Человек на другом конце, будто подгадав время, прислал ей два сообщения в WeChat.
Гэгэ №2: «Главный подарок — это фото внутри».
Гэгэ №2: «Не забудь поставить на обои».
Сан Чжи: «…»
Сан Чжи холодно ответила: «Нет».
Затем она зашла в профиль Дуань Цзясюя, сменила его имя обратно на «Дуань Цзясюй», и уголки её губ поползли вверх. Она снова перечитала его сообщение и, с трудом подавляя желание радостно запрыгать, немного подумала и переименовала его в «Ухажёр».
Внезапно телефон завибрировал.
Сан Чжи вышла из чата и заглянула в уведомления.
Сан Янь перевёл ей две тысячи юаней, добавив сообщение: «Купи себе что-нибудь».
Сан Чжи приняла деньги. Вспомнив о сегодняшних событиях, она ощутила необъяснимое гнетущее чувство, словно перед бурей в горах. Поколебавшись, она решила начать издалека и написала: «Гэгэ, кажется, я скоро начну с кем-то встречаться».
Гэгэ: «?»
Гэгэ: «Ты в университет пошла учиться или на свидания ходить?»
Сан Чжи: «А разве встречаться в университете — это не нормально?»
Гэгэ: «Делай что хочешь, только будь осторожна, не дай себя обмануть».
Сан Чжи: «О».
После недолгой паузы Сан Чжи добавила: «Он немного старше».
Гэгэ: «Ну, уж точно не старше меня».
Сан Чжи: «…»
На этот раз Сан Янь прислал голосовое сообщение, и тон его был весьма недовольным:
— Неужели и правда старше? Мелкая, где ты вообще такого нашла?
Сан Чжи не решилась сказать правду и соврала: «Он учится в магистратуре в нашем университете».
Сан Янь: — Учись давай как следует, козявка, а она в любовь играть вздумала. И ещё: запомни, он не может быть старше меня ни на один день. Я не вынесу, если мужик старше меня будет звать меня гэгэ.
Сан Чжи возмутилась: «Вечно тебе всё не так».
Сан Чжи: «Тебе что, если тебя будут звать гэгэ, это плохо?»
Гэгэ: «Ты помнишь Дуань Цзясюя?»
Тем временем Дуань Цзясюй вышел из ванной.
Вытирая волосы полотенцем, он достал из холодильника бутылку ледяной воды и заодно проверил телефон. Оказалось, Сан Янь прислал ему несколько сообщений.
Дуань Цзясюй вскинул брови и открыл чат.
Сан Янь: «У моей сестры, похоже, кто-то появился».
Сан Янь: «Она там одна, присмотри за ней».
Сан Янь: «Следи, чтобы её никто не обманул».
Дуань Цзясюй издал долгий смешок, и в его взгляде не было ни тени раскаяния. Он открутил крышку, не спеша отхлебнул воды, а затем ответил: «Идёт».
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
