Шутки в сторону, одна лишь армия Чун Хоуху в десять раз превышала силы Цзичжоу. И хотя Су Ху славился своей отвагой, ему было суждено потерпеть сокрушительное поражение, подобное обрушению горы.
Если бы Су Ху смог победить, он, Чжэн Лунь, тут же, на месте, сгрыз бы этот деревянный стол!
[Окружив Цзичжоу, Чун Хоуху вывел войска на бой. Су Ху принял вызов, поставив своего сына Су Цюаньчжуна прикрывать тылы. Выскочив вперед на коне, он схватился с Чун Хоуху и едва заметным преимуществом одержал верх. Чун Хоуху отступил, боевой дух его войска пошатнулся, и он временно прекратил штурм.
Под покровом ночи Су Ху повел воинов Цзичжоу в атаку на вражеский лагерь.
Чун Хоуху, имея численное превосходство, возгордился и потерял бдительность. Армия Су Ху ворвалась в лагерь. Войско Чун Хоуху осталось без предводителей и в беспорядке разбежалось, а воины Цзичжоу преследовали и истребляли их повсюду. Армия Чун Хоуху потерпела полный разгром и отступила на сотню ли.]
Чжэн Лунь: …
Ну и ладно.
Вернувшись в свой шатер после битвы, Чжэн Лунь указал пальцем на деревянный стол, превратив его в блюдо с плодами, и принялся неспешно их пробовать.
Раз уж даже такие побеждают, то зачем Чун Хоуху вообще зваться одним из четырех великих хоу? Лучше бы сразу руки на себя наложил!
Ну и дела!
— Почему глава школы так разгневан?
Чистый, звонкий голос раздался прямо над ухом. Чжэн Лунь вздрогнул всем телом, завертел головой по сторонам, но так и не смог определить, откуда исходит звук.
Ли Чангэн негромко рассмеялся, и его бумажный даос проявился в углу шатра.
Обращение «глава школы» было тщательно продумано. Хотя Чжэн Лунь и переродился, благодаря снисходительности Дифу его воспоминания не стерлись. Более того, он сохранил прежние узы, став учеником Дуэ, и до недавнего времени вращался в кругах бессмертных Куньлуня.
Если не называть его главой школы, Чжэн Луню пришлось бы звать Ли Чангэна наставником, что было бы несколько неловко.
Увидев фигуру Ли Чангэна, Чжэн Лунь поспешно вскочил. Сначала он небрежным жестом воздвиг барьер, чтобы посторонние ничего не увидели, а затем сразу же отвесил Ли Чангэну глубокий поклон.
— Приветствую господина Синцзюня.
Ли Чангэн сложил руки в ответном поклоне и с улыбкой произнес:
— Главе школы ни к чему лишние церемонии. Я просто проходил мимо и решил заглянуть, проведать тебя.
Чжэн Лунь не стал скромничать и приглашающим жестом указал на место:
— Присаживайся, Синцзюнь. Мы давно не виделись, нужно как следует побеседовать.
— Благое дело, — согласился Ли Чангэн. Они сели друг напротив друга. Заметив парящее рядом с Чжэн Лунем блюдо с плодами, Ли Чангэн, не глядя, взял виноградину и отправил её в рот.
Это была лишь мелкая деталь, подчеркивающая близость их отношений.
Однако, когда виноградина оказалась во рту, Ли Чангэн надкусил её и с сомнением посмотрел на Чжэн Луня. Он хотел было что-то сказать, но смолчал и молча проглотил плод…
— И когда же у главы школы появились такие пристрастия? Кхе, кхе-кхе.
— Ха-ха-ха! Просто от нечего делать решил попробовать, всего лишь эксперимент!
Чжэн Лунь расхохотался, махнул рукой и, напустив туману, невозмутимо перевел тему.
— Куда ты путь держишь, Синцзюнь, раз оказался в этих краях?
— На самом деле, меня привлекли идущие здесь сражения, — Ли Чангэн пристально посмотрел на собеседника и серьезно спросил: — Почему глава школы оказался втянут в эту мирскую войну?
— Эх… — тяжело вздохнул Чжэн Лунь. Ему как раз некому было излить душу. Он взял виноградину, отправил её в рот и, с полным ртом древесной стружки, принялся рассказывать о своих недавних злоключениях.
Ли Чангэн слушал, слегка нахмурившись.
Неужели это и правда совпадение?
— Помнишь ли ты, глава, какая мысль возникла у тебя в сердце, когда ты решил остаться в Цзичжоу?
— Мысль? — Чжэн Лунь старательно припомнил. — Да ничего особенного. Просто показалось, что место хорошее, и у меня с ним есть некая связь. Подумал, почему бы не подождать здесь и не посмотреть, как будет развиваться Великая катастрофа.
Ли Чангэн невольно погрузился в раздумья.
Он сам не вмешивался в судьбу главы после его перерождения, так что речь не шла о принудительном сведении нитей Небесным Дао.
Судя по словам Чжэн Луня, он и сам не чувствовал, что им манипулируют. Все побуждения шли из сердца, и поступал он по своей воле.
Совпадение?
Не совсем. Скорее, это можно назвать участью существ Хунхуана.
Обороты Великой катастрофы увлекают за собой судьбы живых существ, действуя подобно весеннему дождю, что бесшумно питает всё сущее1, — так все элементы расставляются по местам, складываясь в сценарий Небесного Дао.
Именно в этом кроется истинная мощь Небесного Дао.
Ли Чангэн некоторое время размышлял, сидя напротив Чжэн Луня, но вскоре принял обычный вид и завел непринужденную беседу о событиях в Цзичжоу.
Ли Чангэн, разумеется, знал, что вскоре на помощь Чун Хоуху придет бессмертный из учения Цзе. Его звали Чун Хэйху, он был родным младшим братом Чун Хоуху. В свое время его тайно забрал к себе бессмертный учения Цзе, и лишь в последние пару лет он вернулся в Наньшаньбучжоу на службу, овладев некоторыми магическими искусствами.
Если Чжэн Лунь не вмешается, Чун Хэйху легко одержит победу, что в итоге приведет к отправке Дацзи во дворец.
Глядя на своего бывшего главу, который от скуки грызет дерево… скорее всего, тот не захочет в это вмешиваться.
Когда Чжэн Лунь доел всё блюдо «плодов», Ли Чангэн поднялся, чтобы попрощаться. Он наказал Чжэн Луню в этой катастрофе прежде всего заботиться о собственной безопасности, а в критический момент громко выкрикнуть имя ученика учения Человека.
Чжэн Лунь, конечно же, пообещал всё исполнить. Проводив Ли Чангэна, он отвернулся и с трудом подавил позыв к рвоте.
Подумаешь, всего лишь какой-то деревянный стол.
«Этот Чун Хоуху — настоящий никчемышь! Из-за него я так оплошал, чуть не опозорился перед Чаншоу!»
И тут Чжэн Лунь, стиснув зубы, решился на отчаянный шаг!
На этот раз ставкой будет умывальный таз!
Цзичжоу продержится еще как минимум три раунда! А если нет, то он этот медный таз прямо здесь, на месте, сгрызет в труху!
[Цзичжоу праздновало победу, боевой дух войск окреп, другие правители были воодушевлены. Однако Чун Хоуху быстро оправился и пошел в новую атаку, а на помощь ему подоспел младший брат Чун Хэйху.
Су Ху, опасаясь слухов о силе Чун Хэйху, решил держать оборону в стенах города, ожидая подмоги от других хоу.
Его сын, Су Цюаньчжун, настоял на вылазке. После спора с отцом он тайно вывел войска из города для боя и был схвачен Чун Хэйху.
Чун Хоуху использовал старшего сына Су Цюаньчжуна для шантажа. Свирепость Чун Хэйху не знала границ, и Су Ху, впав в полное отчаяние, отправился с мечом во внутренние покои, желая убить жену и дочь, а затем покончить с собой, чтобы предстать перед миром с чистой совестью.
Однако его дочь Дацзи была столь прекрасна, что у Су Ху не поднялась рука. Чувствуя, как мрак сгущается в душе, он был вынужден тайно просить помощи у Сибо-хоу Цзи Чана и в итоге поднести дочь Дисиню.]
Одной ночью в лагере свиты, сопровождающей невесту из Цзичжоу, некий генерал обнимал медный таз. Слюни едва не брызнули из глаз, когда он молча начал раздирать медь на узкие полоски.
Если не держать слово перед самим собой, то как можно называть свое сердце Дао твердым!
Скрывавшийся под землей бумажный даос Ли Чангэна, созерцая эту сцену, невольно погрузился в глубокие раздумья.
Неужели слог «Хэн» из техники Двух Ци внутри отверстий2 именно так и закаляется?
Нешуточное дело, поистине поразительно.
— Цзецзе, ты правда не собираешься вмешаться?
На острове Саньсяньдао, в месте, окутанном облаками и туманом.
В конце галереи Цюнсяо сидела на каменной скамье и задавала этот вопрос.
Рядом Юньсяо, обратив взор к морю облаков и туманному озеру, негромко ответила:
— Изначально нет никаких причин для беспокойства, зачем же тревожить себя? Мэймэй Линъэ всё предельно ясно объяснила: Хэнъэ-сяньцзы искала его по срочному делу.
Цюнсяо хмыкнула:
— Сомневаюсь, что он посмеет о чем-то помыслить! Но если ты, цзецзе, не обозначишь свою позицию, он может решить, что это проверка. Не лучше ли воспользоваться случаем и поднять шум, чтобы предостеречь тех, кто зарится на красоту зятя!
Юньсяо беспомощно улыбнулась и вернулась к каменному столу.
Бисяо, неся нефритовый поднос, прилетела на облаке издалека. На подносе стояло свежесваренное чудесное вино.
Юньсяо мягко промолвила:
— Когда мы были у Тайцин-лаоши, то видели, что происходит в мире людей. Он тоже оказался в это вовлечен, и сейчас ему, должно быть, не до покоя. Пламя наследия людей теперь, кажется, передано и ему, и эта ноша наверняка неимоверно тяжела.
— Люди… ладно, — Цюнсяо покачала головой. — Я всё никак не пойму, о чем они думают. Они и правда сильны: пережили те трудные времена в глубокой древности и в один миг стали главными героями Неба и Земли.
Сбоку послышался смех Бисяо:
— Отчего вы ведете такие серьезные речи?
— Не будем об этом, — сказала Юньсяо. — Мы, три сестры, давно так не собирались. Сегодня будем пить вино и веселиться, но не до беспамятства. Пусть это поможет вам развеять скуку от того, что нельзя покидать остров.
Цюнсяо тут же прищурилась и хихикнула:
— И кто же это хочет развеять скуку от того, что нельзя выходить, а, цзецзе~?
Юньсяо метнула на неё строгий взгляд, и Цюнсяо, втянув голову в плечи, послушно уткнулась в свою чашу.
— Эх…
Юньсяо поднесла к губам нефритовую чашу, медленно смачивая их, и невольно задумалась о чем-то своем.
Однако не было выпито и половины чаши, а задушевный разговор еще даже не начался, как туман за пределами острова Саньсяньдао забурлил. Знакомая аура проникла на остров и поспешно устремилась к ним. Брови гостя сдвинулись, образовав глубокую складку в форме иероглифа «чуань».
Юньсяо поставила кубок с вином, поднялась навстречу и вместе с двумя мэймэй поприветствовала старшего брата.
Пришедшим был не кто иной, как Чжао Гунмин.
- Жунь-у си-у-шэн (润物细无声, rùn wù xì wú shēng) — «бесшумно увлажнять и питать всё сущее». Цитата из стихотворения Ду Фу, описывающая благодатный дождь, но здесь используемая как метафора незаметного влияния Небесного Дао. ↩︎
- Цяо-чжун эр-ци (窍中二气, qiào zhōng èr qì) — «два потока Ци внутри телесных отверстий». Уникальная магическая способность Чжэн Луня, позволяющая ему выпускать из носа ослепляющий свет и оглушающий звук. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
