Глава 274. Приправы — вот истинная романтика для мужчины!
Раньше ему не с чем было сравнивать. Ли Чаншоу знал, что Ню-тоу и Ма-мянь обладают огромной силой, но и представить не мог, что они…
Настолько сильны.
Неужели восьмирукие сюло в мире Юмин1 совсем не имеют веса?
Как только Ню-тоу и Ма-мянь вступили в бой, один из восьмируких сюло был вбит глубоко под землю, а трое остальных вмиг растеряли свой облик хладнокровных богов смерти.
Ли Чаншоу не решался делать окончательные выводы о том, сильны ли сюло, но они точно не были слабыми.
Однако мастера племени У были по-настоящему свирепы!
Если культиватор Пути Первозданного Духа обладает великой силой, это проявляется в его давлении или рифме Дао; мощь же адептов закалки тела обычно скрыта в их плоти, лишь создавая впечатление очень крепкого и могучего воина.
В этот момент Ли Чаншоу внешне оставался совершенно спокоен, но в глубине души его переполняли чувства.
Если подумать о тех временах, когда шесть святых еще не явились, а племена У и Демонов вели яростные войны, каким же ослепительным был тот древний мир!
Впрочем, к нему самому это не имело никакого отношения.
Услышав от Ню-тоу и Ма-мяня приветствие, Ли Чаншоу почувствовал некоторую неловкость. Хотя он и эти двое мастеров племени У числились в «штате Небесного Дао», они пока принадлежали к разным ведомствам.
Ли Чаншоу с улыбкой произнес:
— Благодарю двух собратьев по Дао за то, что пришли на помощь! Я как раз беспокоился, что эти сюло могут навредить смертным в городе. К счастью, вы вмешались!
Это не были пустые слова вежливости; он от всего сердца благодарил этих двух внезапно свалившихся с неба мастеров в масках.
Но в ушах Ню-тоу и Ма-мяня эти слова прозвучали иначе…
Двое мужчин-У обернулись, окинули взглядом небо, заполненное бессмертным воинством вокруг храма Морского бога, затем посмотрели на группу воплощений в обликах старых бессмертных перед собой…
Этот Морской бог просто-напросто заботился об их репутации.
Ню-тоу и Ма-мянь переглянулись, обмениваясь мгновенными взглядами сквозь прорези масок.
По обычаям племени У, уважение добывается только в бою.
Ню-тоу сложил руки в приветствии:
— Морской бог, погоди немного, мы сейчас разделаемся с этими остатками сюло! Му-у!
Ма-мянь тоже добавил:
— Обычно они прячутся в Кровавом море, и нам не выпадает случая их поймать! И-го-го!
— Прошу вас, действуйте! Только не дайте этим сюло навредить невинным!
— Чжун2!
Двое У дружно ответили, резко развернулись, и в их глазах вспыхнула жажда крови. Две струи кровавой ауры взметнулись вверх, подобно сигнальным огням, и само небо изменилось в цвете!
Трое восьмируких сюло, едва завидев, что Ню-тоу и Ма-мянь собираются взяться за дело всерьез, приняли решение мгновенно — стратегическое отступление!
Один восьмирукий сюло развернулся и бросился прочь из храма Морского бога, а двое других прыгнули прямо в трещины в земле!
Раздались «му-у» и «и-го-го», Ню-тоу и Ма-мянь оставили после себя лишь остаточные изображения и мгновенно исчезли!
А под ногами воплощения Ли Чаншоу каменные ступени в мгновение ока превратились в порошок, хотя это затронуло лишь участок размером около десяти чжанов…
Поразительный контроль силы.
Восхищение восхищением, но и Ли Чаншоу не медлил. Взмахнув метёлкой-фучэнь, он ударил во всю мощь!
Под землей более десятка бумажных даосов устремились к массиву перемещения Неба и Земли на дне расщелины, преграждая врагам путь к спасению.
В воздухе мириады солдат из бессмертных бобов дали залп, и каждый «горохострел» разом сплюнул вперед!
Восемнадцать бумажных даосов в облике старых бессмертных взмыли в небо. На земле возникли вихри, унося ввысь потоки бесцветного и безвкусного ядовитого порошка.
Духовные силы Ли Чаншоу были напряжены до предела!
Если бы это происходило во времена расцвета клана сюло, они были бы олицетворением битв до последнего вздоха и верности принципу «идти напролом», занимая первые строчки в рейтингах самых упрямых рас древности.
Но позже их предок пал, вожди погибли, принцесса сбежала, Кровавое море высохло, а круг перерождений был установлен…
То, как они сейчас в панике разбегались, до боли напоминало саму жизнь.
Вот только спастись удалось едва ли одному-двоим из десяти…
Массированный огонь солдат из бессмертных бобов оказался слишком сокрушительным для четырехруких и двуруких сюло.
В этот миг Ли Чаншоу внезапно услышал несколько глухих ударов. Земля перед главным залом храма Морского бога сильно задрожала, покрываясь десятками трещин, отчего окрестные дома и ограды рухнули.
Среди летящих камней и пыли мелькнули тени кулаков и ног, и четверо могучих восьмируких сюло были выбиты высоко в небо!
«Восхождение быка преисподней»! «Метеорный удар земного коня»!
В телах этих четверых подброшенных сюло пульсировала невероятная мощь; но вся эта сила была направлена строго вверх. Очевидно, Ню-тоу и Ма-мянь усвоили наставление Ли Чаншоу «не вредить смертным» и контролировали удары в вертикальной плоскости.
Следом две тени промелькнули над землей и мгновенно оказались на высоте ста чжанов, вновь преграждая путь этим четверым.
Стальные кулаки Ню-тоу, летящие ноги Ма-мяня.
Казалось, два мастера племени У наносили удары легко и непринужденно, но они породили целое облако теней, сопровождаемое ритмичными выкриками «му-у» и «и-го-го».
На самом деле четыре восьмируких сюло не были совсем уж беспомощными…
Поначалу каждый из них испустил мощную ауру, пытаясь отбиться, но разница в скорости и силе их приемов по сравнению с Ню-тоу и Ма-мянем была слишком очевидна!
А разве боевое искусство племени У могло быть просто пустым звуком?
Стоило уступить хоть шаг, и шанса отыграться уже не будет!
В мгновение ока двое мастеров племени У нанесли бесчисленное количество ударов. Пространство непрестанно содрогалось, облака в вышине рассеивались, а тела четырех восьмируких сюло дюйм за дюймом разрывались на части…
С неба донесся голос Ню-тоу:
— Морской бог-дажэнь! Вам они нужны живыми или мертвыми?
— Друзья, зло нужно искоренять полностью!
— Что это значит?..
Ли Чаншоу ответил:
— Уничтожьте их!
— Будет сделано!
Ню-тоу с громким смехом согласился, и они вместе с Ма-мянем возникли в небе по обе стороны от врагов.
Затем Ню-тоу топнул ногой, Ма-мянь перевернулся, и оба У рванулись вперед. Их движения казались медленными, но на деле были стремительны, а удары кулаков и ног — сокрушительны!
Вскоре в небе распылился кровавый дождь — двое мастеров племени У быстро разорвали четырех восьмируких сюло в клочья…
Зрелище было довольно жестоким.
Бумажные человечки тут же принялись за работу, быстро собирая воедино куски плоти и останки прочих сюло.
Ню-тоу и Ма-мянь не сидели сложа руки. Они бросились ввысь и, подобно тиграм, ворвавшимся в овечье стадо, принялись быстро расправляться с сюло, окруженными солдатами из бессмертных бобов, а заодно разбили шестнадцать вихрей.
Ли Чаншоу, задрав голову, смотрел на эти две фигуры…
Если и искать лучших мастеров закалки тела, то только среди генералов У в преисподней!
Через некоторое время Ню-тоу и Ма-мянь спрыгнули вниз. На их одежде не было ни капли крови, руки и ноги остались невредимы. Они весело скалились, глядя на Ли Чаншоу.
Ли Чаншоу с улыбкой сказал:
— Прошу вас немного посидеть в зале. Я сначала разберусь с этими останками, улажу все дела, а затем приму вас как подобает.
Ню-тоу поспешно ответил:
— Занимайтесь делами, занимайтесь!
После этого Ню-тоу и Ма-мянь послушно направились к переднему залу. Однако не успели они сделать и пары шагов, как раздался жалобный скрип. Главный зал храма Морского бога покачнулся, словно пьяница, продержался несколько мгновений и с грохотом рухнул!
Облако пыли ударило в лицо, заставив Ню-тоу и Ма-мяня буквально окаменеть.
— Ню, что делать? Фундамент этого зала, кажется, мы только что случайно повредили.
— Тсс! Потише! Разве в таком можно признаваться, ты же вовек не расплатишься!
Ли Чаншоу поспешил вмешаться:
— Этот зал давно обветшал, его и так собирались перестраивать. Ничего страшного, ничего страшного. Прошу вас, подождите здесь.
К счастью, задние покои остались целы — должно быть, их защитила Карта Великого Предела.
Ли Чаншоу немедленно принялся устранять последствия боя. Одновременно он задействовал восемь воплощений, чтобы увести мириады солдат из бессмертных бобов к Южному морю на помощь защитникам из рода драконов.
В то же время он приказал четырем бумажным даосам встать перед горой трупов. Те вскинули руки, извергая потоки истинного пламени Самадхи, и начали стандартную процедуру утилизации останков.
Пока пылало пламя, с десяток бусин для захвата душ быстро вращались в воздухе. Бумажные даосы достали колотушки, колокольчики для призыва душ и деревянные рыбы и под их мерный стук принялись нараспев читать каноны.
Поскольку отношения с Западным учением становились всё более напряженными, Ли Чаншоу заменил мантру возрождения на заклинание успокоения души Высшей Чистоты.
В конечном счете, всё это служило одной цели — избавиться от остатков душ.
Для Ли Чаншоу эта сцена была привычным пустяком, но Ню-тоу и Ма-мянь наблюдали за происходящим с нескрываемым интересом.
- Юмин (幽冥, yōumíng) — «призрачный мир», обитель теней и загробное царство в китайской мифологии. ↩︎
- Чжун (中, zhòng) — «пойдёт», «ладно», диалектное выражение согласия, характерное для провинции Хэнань. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
