К тому же, этот довольно сомнительный «Гвоздь с семью стрелами1»…
«По правде говоря, не стоит ли мне всё же кое-что подстроить, чтобы Старик Чжао заранее прикончил даоса Лу Я?»
Едва эта мысль возникла в голове, Ли Чаншоу потер подбородок и тут же отбросил её.
Если бы он действительно так поступил, а Старик Чжао не сумел убить даоса Лу Я, а вместо этого навлек бы на себя его вражду и кармические путы, то разве это не соответствовало бы в точности предначертанной судьбе Чжао Гунмина?
Ради безопасности сейчас ему не следовало слишком вмешиваться в дела Освящения божеств.
Ли Чаншоу долго размышлял над этим вопросом, и теперь у него начали появляться кое-какие соображения.
Чтобы спасти жизнь Старику Чжао, ни в коем случае нельзя вмешиваться слишком сильно или слишком рано. Нужно дождаться, пока Старик Чжао дойдет до своего великого бедствия, предписанного судьбой, и лишь в момент его занесения в Список божеств слегка изменить способ «восхождения на небеса».
В этом деле было множество тонкостей.
Если погибнуть в бою и отправить лишь частицу изначального духа в Список божеств, то в будущем станешь марионеткой Небесного Дао: любой приказ Юйди будет исполняться Небесного Дао принудительно.
Но если попасть в Список божеств во плоти, то это будет похоже на службу Ли Чаншоу в Небесном чертоге — можно уйти, когда захочется, имея базовое «право выбора».
Конечно, хуже всего приходилось тем, кто погибал, но так и не попадал в Список божеств — это была совершенно напрасная смерть.
Самый надежный момент для спасения Старика Чжао — это время перед тем, как он должен будет встретить свое бедствие в период Великого Освящения божеств.
Только так можно было свести кармические последствия к минимуму, лишь слегка изменив «форму» восхождения Старика Чжао на небеса…
«В настоящее время мое положение в Небесном чертоге еще не вполне упрочилось, так что лучше спокойно исполнять обязанности Бога морей, а об остальном подумать позже».
Ли Чаншоу тихо вздохнул, похоронил эти мысли в глубине души и полностью сосредоточился на своей текущей «основной работе».
Защищать союзного маршала Житяня!
…
Далее, куда бы ни направлялось воплощение Юйди, воплощение Ли Чаншоу следовало за ним по пятам.
Как-никак, это было золотое тело добродетели, причем отделенное от основного…
Задень его или ударь — и в воздухе разольется золотая пыль божественных заслуг!
Ли Чаншоу до смерти хотелось обсудить это с Юйди: он помогает роду драконов вознестись в Небесный чертоге и не просит ничего взамен, лишь бы Его Величество Юйди помог ему изготовить такое же золотое тело добродетели на заказ!
Мечтать не вредно, раскатал губу на персики.
Союзные войска Небесного чертога и рода драконов перешли в наступление. Демоны Западного моря предприняли лишь символическую попытку контратаковать, после чего бросились врассыпную.
Однако все пути к бегству из мира Великого Первозданного хаоса уже были полностью перекрыты. Куда бы они ни метались, они лишь заставляли небесных воинов и полководцев тратить больше времени на погоню.
Говоря официальным языком Небесного чертога — эта битва была яростной, обе стороны сражались не на жизнь, а на смерть так, что небо и земля потемнели, а в морских водах ликовали дары моря.
Вскоре воплощение Юйди, сражавшееся в самой гуще битвы с мечом в руках, резко обернулось и посмотрело на старого небожителя, который неизменно держался в пределах трех чжанов от него…
— Дорогой подданный Чангэн, ты… это! — передал мысленно воплощение Юйди.
— Ваше Величество, Вы продолжайте рубить, не беспокойтесь о ничтожном божестве, — с улыбкой кивнул Ли Чаншоу и передал в ответ: — Я присмотрю за Вами, чтобы тот даос не вернулся и не нанес удар в спину.
— Дорогой подданный, не стоит беспокоиться… а, впрочем, ладно, — передал мысленно воплощение Юйди.
Глядя на стоящего перед ним добродушного улыбающегося старца, Юйди никак не мог напустить на себя величественный вид Владыки Небес. Он развернулся и продолжил вести войска в бой.
Ли Чаншоу немного подумал, достал из рукава двух бумажных даосов и подбросил их в воздух. Те превратились в двух здоровяков в серебряных доспехах, которые пристроились слева и справа от Юйди. Один с мечом, другой с копьем, они яростно сражались с врагами, охраняя воплощение Юйди.
Они обеспечили полный комплекс услуг «няньки» в бою!
В ходе сражения Ли Чаншоу также приметил нескольких перспективных небесных полководцев.
Например, это был его собственный второй глава учения Ао И, который молча вел за собой отряд воинов рода драконов, вгрызаясь в самую гущу врага и сражая сильнейших великих демонов; его истинный облик Лазурного дракона непрестанно мелькал среди волн.
А также маршал «Небесный боб» Бянь Чжуан, влюблявшийся в каждую встречную, на сей раз также получил должность Сяо Цзяна и вел в атаку две тысячи небесных воинов.
Неожиданно в разгаре битвы Бянь Чжуан проявил недюжинную мужскую доблесть, а его девятизубые грабли оказались грозным оружием.
Ли Чаншоу не знал, владеет ли Бянь Чжуан особыми техниками для подводного боя, но в воде тот двигался даже проворнее, чем на суше. Под ударами его девятизубых граблей почти никто не мог устоять, за исключением разве что самых древних демонов!
Ли Чаншоу втайне взял это на заметку, чтобы позже доложить Его Величеству Юйди. Таланты нужно использовать с умом, а Небесному чертогу сейчас их как раз не хватало.
Однако в конце концов Ли Чаншоу обнаружил, что все эти записи оказались совершенно бесполезными.
Спустя полдня сражения в Западном море начали стихать. Небесные воины и войска рода драконов объединились, после чего прочесали глубины моря с юга на север.
Воплощение Юйди, наконец вдоволь наигравшись в великого полководца, вернулось в ставку командования. Ли Чаншоу при этом вздохнул с облегчением. Нужно было придумать, как сделать так, чтобы Юйди впредь не выкидывал подобных фокусов с «личным участием в походе»…
Это войско патрулировало четыре моря в течение полумесяца; глубинных демонов истребляли или брали в плен, а заодно было подавлено несколько очагов мятежа среди морских племен.
Род драконов проникался всё большим доверием к Небесному чертогу, и старейшины драконов смотрели на небесных воинов и полководцев с явной приязнью.
Дунму-гун провозгласил: — Ныне демоны глубоководья изгнаны, в четырех морях воцарились мир и покой!
Всего за шестнадцать дней «первое применение войск Небесного чертога» с шумом подошло к концу.
Едва Дунму-гун закончил говорить, как в пространстве между небом и землей явились полосы золотого света. Небесный Дао ниспослал божественные заслуги, которые пролились золотым дождем на войска Небесного чертога и рода драконов!
Небесные воины, утомленные сражениями, почувствовали прилив бодрости, стоило золотым каплям коснуться их тел. Воины рода драконов — бессмертные цзяо, воины-креветки и крабы-солдаты — попав под этот мелкий дождь, тоже пришли в неописуемое волнение.
Ниспосланные Небесным Дао заслуги распределялись, во-первых, согласно вкладу в этот поход, а во-вторых — согласно рангу божественной должности.
Со стороны драконов больше всего заслуг получил Ао И. В него вошел столб золотого света, и его уровень культивации снова немного подрос.
Остальные старейшины и мастера рода драконов получили по десятку с лишним золотых «перьев». Их личная кармическая скверна немного очистилась, и каждый в той или иной степени выказывал волнение.
Хоть заслуг было немного, они дарили надежду.
Один из старейшин рода драконов громко воскликнул: — Небесный Дао отозвался и ниспослал заслуги! Наш род драконов наконец-то снова признан Небесным Дао!
На поле боя лишь Хуа Житянь и Ли Чаншоу остались в стороне от этого золотого сияния.
Его Величеству Юйди такая малость была ни к чему, да и Небесный Дао не стал бы ниспосылать ему заслуги отдельно за такое дело.
А что касается Ли Чаншоу…
На пик Сяоцюн с неба обрушился столб золотого света. Игнорируя защитный массив школы Дусяньмэнь, он ударил прямо в макушку Ли Чаншоу.
Хоть то золотое сияние мелькнуло быстро и исчезло в мгновение ока, оно все равно привлекло немало внимания.
К счастью, глава школы Цзи Ую вовремя вылетел из Зала Дусяньдянь и, зависнув над пиком Сяоцюн под прицелом множества бессмертных взоров, пробормотал себе под нос:
— Недурно. Установленный мною здесь массив золотого сияния наконец-то дал результат.
Таким образом он помог Ли Чаншоу скрыть правду.
Цзи Ую ничего не оставалось. В подобной ситуации было очевидно, что это Великий наставник Сюаньду подкидывает заслуги Сяо Чаншоу.
Эх… обладать такой мощной поддержкой — вот оно, истинное счастье.
Тем временем на пути обратно в Небесный чертог главнокомандующий Хуа Житянь намеренно замедлил ход своего облака, пригласив Бога морей отстать на несколько шагов от остальных.
— Дорогой подданный Чангэн, этот Лу Я — сплошная морока. Я вижу, что его удача велика, и, должно быть, подкреплена провидением возрождения рода демонов. Боюсь, в будущем он станет весьма хлопотным противником. Не лучше ли нам сейчас всё обсудить и придумать надежный план, чтобы как можно скорее его…
Маршал Житянь слегка взмахнул рукой, и в его глазах проступила жажда убийства.
Ли Чаншоу моргнул, а затем понял, откуда взялось это желание убить.
Хм, наследный принц павшей династии.
- Динтоу Цицзянь Шу (钉头七箭书, dīngtóu qījiàn shū) — проклятие «Гвоздь с семью стрелами», мистическое даосское искусство, способное поразить душу и изначальный дух цели на расстоянии. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
