— Заместитель главы учения, сегодняшнее дело — лишь недоразумение, возвращайтесь на гору Куньлунь и отдохните.
Жаньдэн в этот миг уже осознал свое положение. Сохраняя видимое спокойствие, он молча убрал разложенные подле него сокровища. Он не стал спрашивать, куда делась его пагода и почему запасы ценных материалов поубавились больше чем наполовину, а просто развернулся и полетел к горе Куньлунь.
— Заместитель главы учения Жаньдэн!
Ли Чаншоу внезапно громко окликнул его. Взяв из рук Кун Сюань ту самую ослабленную линейку Цянькунь, он с помощью бессмертной силы направил ее вслед улетающему.
— Вы обронили свою линейку!
Жаньдэн непроизвольно сжал кулаки, но лишь обернулся и с улыбкой произнес:
— Благодарю.
Сказав это, Жаньдэн забрал линейку Цянькунь и вместе с Бессмертным Старцем Южного Полюса направился во дворец Юйсюй.
Жаньдэн и Бессмертный Старец Южного Полюса еще не успели улететь далеко, как шепот Ли Чаншоу эхом разнесся между небом и землей…
— Эх, если говорить о подобной выдержке, мне всё же далеко до старших мастеров.
Жаньдэн прижал руку к груди. Право слово, он едва не сплюнул кровь.
Когда белый журавль, несущий Бессмертного Старца Южного Полюса, скрылся за горизонтом вместе с Жаньдэном, Ли Чаншоу посмотрел на расположенную внизу бессмертную школу учения Чжань. Создав облако, он вместе с Чжао Гунмином и Кун Сюань спустился вниз…
Бессмертные из школы Даовэй сейчас совершенно не смели шевелиться. С горечью они осознали, что Бог Воды теперь волен отдавать им любые приказы.
Даовэй-цзы из дворца Юйсюй сам вышел навстречу, на его лице застыла искренняя, но немного испуганная улыбка.
…
Ли Чаншоу не стал притеснять школу Даовэй и не стал силой вмешиваться в войну царства Хунлинь. Удача Хунлинь рассыпалась в прах, основы государственного жребия больше не существовало.
Всё, что мог сделать Ли Чаншоу, — это велеть школе Даовэй с этого момента сдерживать те два племени. Он приказал им не творить лишних бесчинств, не убивать тех, кто сдался, и сохранить жизнь потомкам правителя Хунлинь.
Кроме того, школа Даовэй сама предложила уступить Школе Вознесения к Бессмертию одно из подвластных им мест для подношений в царстве на Срединном континенте. Ли Чаншоу, выступая под личиной Бога Воды Небесного двора, лишь велел им самим обсудить это со Школой Вознесения к Бессмертию. Пока между двумя сторонами не возникал конфликт, он не собирался вмешиваться.
Уладив это дело на глазах у сотен бессмертных из двух школ, Ли Чаншоу приглашающим жестом указал Кун Сюань на землю и вместе с ней начал спускаться.
В этот момент следовало различать «Бога Воды» и «истинное тело».
Истинное тело, всё это время охранявшее Юцинь Сюанья, отвесило поклон своему бумажному даосу и Кун Сюань, после чего отступило в сторону.
Юцинь Сюанья, получив от Ли Чаншоу наставление через звукопередачу, поднялась и, опираясь на тяжелый меч, поклонилась Богу Воды.
— Ученица Школы Вознесения к Бессмертию и принцесса царства Хунлинь Юцинь Сюанья приветствует Бога Воды! Сегодня царство Хунлинь постигла эта беда, и я не знаю, как поступить дальше. Прошу Бога Воды помочь мне!
— Дать Небесному двору повод вмешаться в мирские дела.
Бог Воды мягко произнес:
— Я видел, как ты, не страшась смерти, шла вперед, чтобы спасти своих близких. Небесному двору как раз не хватает таких талантов. Не желаешь ли ты позже поступить на службу Небесному двору?
Юцинь Сюанья явно опешила.
Ли Чаншоу не давал ей указаний по этому вопросу через звукопередачу, но ответ был заготовлен заранее.
«Что бы ни спросил Бог Воды позже, отвечай, что должна вернуться в школу и просить дозволения наставника».
— Сюанья должна вернуться в школу и просить дозволения наставника!
— Хорошо.
Бог Воды с улыбкой кивнул, доведя до конца несколько слоев своих замыслов относительно Юцинь Сюанья. Затем он знаком велел ей отойти и направился к старшей невестке Юцинь Сюанья.
Именно она была ключевой фигурой этой ночи.
Ли Чаншоу мягко спросил:
— Я — истинный бог Небесного двора, могу ли я почувствовать дитя в твоем чреве?
— Угу, — молодая женщина, опустив голову, поспешно поднялась.
Ли Чаншоу закрыл глаза и направил правую руку на живот женщины. В узорах на его ладони проступил слабый золотистый свет.
Это был он.
Ли Чаншоу застыл в раздумьях, в его душе всплывали различные озарения. Словно некое незримое руководство указывало ему путь.
Мгновение спустя Ли Чаншоу открыл глаза, посмотрел в небо и громко провозгласил:
— Я — Бог Воды Небесного двора! По велению Небесного императора и Ванму, вместе с Дунму-гуном я временно ведаю делами Небесного двора! Небесное Дао, внемли моей просьбе!
Грохот —
С края неба приплыло золотое облако и медленно закружилось над царством Хунлинь. Содержащаяся в нем плотная сила Небесного Дао заставила культиваторов почувствовать себя неуютно.
Ли Чаншоу посмотрел на молодую женщину и стоящую рядом мать Сюанья, мягко произнося:
— Сегодня, по просьбе Сюанья, я дарую вам возможность. Я наделяю дитя в твоем чреве Небесным велением1, он и его потомки поведут племя твоего царства Хунлинь, чтобы основать новое государство, которое станет еще более процветающим, чем прежнее. Но есть три священных договора, которые вы должны соблюдать.
Договор первый: любой правитель нового царства должен умереть своей смертью в положенный срок. Если же он нарушит Небесное веление, душа его развеется, и он не сможет войти в круг перерождений!
Договор второй: новое царство должно почитать Небесного императора, совершать жертвоприношения Небу и Земле, чтить предков и соблюдать ритуалы.
Договор третий: государство не должно содержать бессмертных мужей, Небесный император сам дарует вам защиту.
Согласны ли вы?
Молодая женщина в смятении посмотрела на стоящую рядом мать, та поспешно кивнула, и женщина тут же пала ниц перед Ли Чаншоу.
— Цзянь Ди повинуется воле бессмертного.
— Хорошо, — Ли Чангэн слегка взмахнул правой рукой перед женщиной. Из золотого облака в небе вырвались потоки золотого света и в мгновение ока собрались у ее живота.
На лбу женщины появилось клеймо в виде золотого круга, и она тихо прошептала:
— Нужно идти на восток…
— Друг по Дао Кун Сюань, прошу вас.
Ли Чаншоу жестом пригласил Кун Сюань подойти и сказал тем десяти с лишним женщинам:
— Это бессмертная божественная птица из рода Фениксов. Позже она уведет вас отсюда и будет защищать ваше новое царство в течение ста лет. Вы должны в благодарность сделать ее тотемом своего нового государства.
— Слушаюсь, — ответила молодая женщина, склонив голову.
Кун Сюань слабо улыбнулась, в ее глазах читалось умиротворение. Она тихо вздохнула:
— Не думала, что это случится так быстро.
— В дальнейшем прошу вас позаботиться об этом, — с улыбкой сказал Ли Чаншоу.
— Мой род Фениксов в огромном долгу перед другом по Дао.
В этот самый миг Чжао Гунмин спустился с небес и со смехом воскликнул:
— Отчего это вы вдруг стали такими серьезными? Мне даже как-то не по себе. Сегодняшний день и впрямь выдался славным! Если с важными делами покончено, не поискать ли нам поблизости местечко, чтобы выпить по несколько чарок?
Ли Чаншоу и Кун Сюань согласились.
Кун Сюань укрыла женщин из Хунлинь пятицветным божественным светом, позволив им немного перевести дух, пообещав воссоединиться с ними позже. После этого она вместе с Ли Чаншоу и Чжао Гунмином скрылась на облаке…
В углу Ли Чаншоу и Юцинь Сюанья переглянулись. Лицо последней выражало легкое недоумение.
— М?
— Мои способности ничтожны, — озадаченно проговорила Юцинь Сюанья. — Что я смогу делать в Небесном дворе?
— Кто знает, — Ли Чаншоу с улыбкой покачал головой. — Помыслы Бога Воды Небесного двора мне неведомы.
- тянь-мин¹ (天命, tiānmìng) — «Небесное веление», концепция о божественном происхождении власти правителя и его легитимности. ↩︎
- ши-сюн² (师兄, shīxiōng) — вежливое обращение к старшему соученику. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
