Как же тут помочь?
Ли Чангэн прикинул несколько способов. Если взять в пример те истории «полного цикла», что он давал Шэнму Нюйва: если бы вдруг выскочил герой горячей манги, подхватил это погрязшее в унынии, скорби и отчаянии воплощение печали на плечи и прокричал: «Ты кому-то не безразлична!»…
Возможно…
Нет, не стоило и сомневаться: результат был бы один — этого парня немедленно поглотило бы воплощение скорби Хоуту Цзу! Эта печальная ипостась обладала уровнем постижения Дао самой Хоуту Цзу. И хотя её истинная боевая мощь была неясна — судя по состоянию, она и вовсе не могла сражаться, из тех, кто не станет сопротивляться, даже если её будут убивать…
Но её уровень Дао, исходящее от неё Очарование Дао — всё это соответствовало уровню величайших мастеров!
Опираясь на такое постижение Дао, воплощение скорби могло в любой момент вызвать у живых существ мощнейший резонанс печали, сравнимый с прямой атакой на дух и разум! Сложнее всего было то, что никто не мог предугадать, как вред, нанесенный воплощению скорби, отразится на Диске Шести Путей Реинкарнации и на самой Хоуту Цзу…
Благодаря этому контакту Ли Чангэн не остался с пустыми руками.
Личность «Скорби Хоуту», хоть и была полна пассивных, отчаянных и субъективных эмоций, всё же не пребывала в абсолютной безнадежности. Из недавнего разговора Ли Чангэн почерпнул немало полезных сведений…
Во-первых, Сяо Ай надеялась, что кто-то сможет переубедить её и освободить из бесконечной печали;
Во-вторых, Сяо Ай была способна общаться с живыми существами и даже проявляла склонность к многословию.
В-третьих, воплощения Семи Эмоций явно находились под влиянием собственного характера Хоуту и не были просто «сгустками горя».
Столкнуться с Сяо Ай — это, по сути, столкнуться с Хоуту Цзу, только с той её частью, в которую выделили одну лишь скорбь.
Попробовать применить искусство красноречия?
Ли Чангэн, не раздумывая, тут же отбросил эту мысль. Если он начнет рассуждать в Хунхуане о том, что «материальный мир всеобще связан и вечно развивается», не сотрут ли его в порошок Небесное Дао и святые?
Это «Воплощение Скорби Хоуту»… хм, лучше называть её просто «Сяо Ай».
Чтобы дать Сяо Ай надежду и вырвать её из бездны отчаяния, возможно, и впрямь придется прибегнуть к методам из горячей манги: найти пылающее пламя чувств, чтобы заполнить её пустое и рухнувшее сердце.
В ушах вдруг прозвучало:
— Чангэн, может, оставим это?
Поразмыслив немного, Дафаши первым заговорил:
— Не нужно принуждать себя.
В этот момент они находились на самом нижнем ярусе восемнадцатого ада, за пределами сорока девяти слоев ограничительных формаций.
Стоявшие рядом Чуцзян-ван и Циньгуан-ван, непрестанно утиравшие слезы, услышав это, расстроились еще сильнее. Они поспешно подошли к ним, обливаясь слезами и соплями. Это было последствие влияния Сяо Ай, от которого они еще не успели оправиться.
— Дафаши! Шуйшэнь! Ни в коем случае нельзя просто так это бросать!
— Прародительница столько сделала для живых существ, а теперь обречена на подобные муки… Почему же никто не может ей помочь… Эх, прародительница, до чего же вы несчастны! Мне и самому больше не хочется так жить!
Видя, как двое обычно величественных владык Дифу так убиваются и бьют себя в грудь, Дафаши тоже начал сдаваться.
— Шисюн, давай попробуем еще раз, — Ли Чангэн поднял голову, его белые одежды слегка колыхнулись. — Я хочу понять, в каком состоянии сейчас находится Хоуту-няннян, только так я смогу определить, получится ли хоть чем-то помочь…
Дафаши серьезно ответил:
— Хорошо, давай вместе войдем в Диск Шести Путей Реинкарнации.
— Благодарю, шисюн!
Ли Чангэн сложил руки в даосском приветствии. Дафаши с улыбкой отмахнулся, его взгляд был чист и ясен.
Чуцзян-ван и Циньгуан-ван, услышав это, несказанно обрадовались. Они поспешно вытерли слезы, подавили душевное волнение и низко поклонились.
— Ведите нас, — сказал Ли Чангэн. — И, пожалуйста, расскажите в деталях о том, что происходит внутри Диска Шести Путей Реинкарнации.
— Шуйшэнь, не беспокойтесь, мы расскажем всё без утайки. В Дифу об этом известно всего трем или четырем существам. Внутри Диска Шести Путей Реинкарнации мы можем видеть прародительницу в любое время, но не можем по-настоящему прикоснуться к ней. Нам доступны лишь встречи с воплощениями её злых помыслов…
Слушая тихий рассказ Циньгуан-вана, Ли Чангэн анализировал каждое слово, просчитывая, не скрывает ли собеседник чего-либо. В целом, ситуация почти не отличалась от той, что он слышал от Шэнму Нюйва.
Сейчас Хоуту Цзу изо всех сил подавляла воплощения Семи Эмоций, чтобы не дать им выйти из-под контроля. Сяо Ай была первым появившимся воплощением. Хотя она обладала могущественным уровнем Дао, из-за своего характера она была настолько печальна, что даже не желала шевелиться. Хоуту Цзу не пришлось тратить силы на её подавление — она просто вывела её из Диска Реинкарнации и заточила под восемнадцатью ярусами ада.
Довольно удивительно.
Вскоре они покинули восемнадцатый ярус ада и направились к Диску Шести Путей Реинкарнации, к тому самому месту, где Ли Чангэн уже бывал прежде.
Чуцзян-ван приказал стражам преисподней строго охранять вход: без приказа Яньвана никто не смел приближаться.
После этого Циньгуан-ван и Чуцзян-ван сложили руки в приветствии перед собой и крикнули:
— Прародительница, это мы! Двое друзей по Дао из учения Жэньцзяо пришли навестить вас!
Четыре луча света выстрелили вперед, одновременно окутывая Ли Чангэн, Дафаши и двух Яньванов.
Внезапно Дафаши сделал шаг назад и потянул за собой Ли Чангэн. Под изумленными взглядами двух Яньванов их не утянуло столпами света.
— Шисюн, что случилось?
Ли Чангэн тоже не совсем понял, в чем дело. Он только что психологически подготовился пойти на риск и войти в Диск Шести Путей Реинкарнации!
— Попробуем войти с помощью Тайцзи-ту, — с улыбкой ответил Дафаши, и в его ладони закружились две ци инь и ян.
Перед ними мутная и холодная атмосфера Мира Юймин начала вращаться, и из пустоты возник глубокий водоворот, внутри которого мерцал слабый золотистый свет.
Дафаши и Ли Чангэн шагнули вперед вместе; теперь у них больше не было сомнений, и они одновременно вошли внутрь.
Дафаши намеренно пошел на этот эксперимент, чтобы убедиться: с помощью врожденного сокровища Тайцзи-ту можно свободно входить и выходить из малых миров внутри Диска Шести Путей Реинкарнации. Результат оказался неожиданно обнадеживающим, и слава Ту-лаода1 также не пострадала.
Вокруг засверкали сполохи света, и они, сами того не заметив, оказались в густом тумане. Бессмертное восприятие не могло проникнуть и на сотню чжанов2, а видимость была и вовсе плачевной.
Ли Чангэн потерял связь со своими бумажными даосами, и в его сердце невольно закралась тревога…
Дафаши подошел к Ли Чангэн поближе и придержал его за локоть. Вокруг них снова разлились потоки черно-белой энергии, полностью окутывая обоих.
Дафаши произнес:
— В этом месте отсутствуют пять стихий, инь и ян пребывают в беспорядке, но при этом чувствуется очень мощная сила духа и разума.
— Хм, — отозвался Ли Чангэн, мысленно поблагодарив его, и они вместе двинулись вперед.
В тумане внезапно вспыхнули точки света, словно указывая им путь, а затем в мареве начали проступать и сменять друг друга картины чьих-то воспоминаний.
Похоже, это были чьи-то забытые здесь обрывки памяти.
- Ту-лаода (图老大, tú lǎodà) — почтительно-фамильярное прозвище магического артефакта Карта Великого Предела (Тайцзи-ту), где «лаода» означает «старший» или «главарь». ↩︎
- Чжан (丈, zhàng) — традиционная китайская мера длины, равная примерно 3,33 метра. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
