Глава четыреста первая. Сокровенное искусство «восемь-девять»
Это?..
Почтенная Хоуту-няннян…
Она даже сохранила воплощения семи чувств, что мучили её долгие годы?
Посторонние могли и не знать, насколько важно для Хоуту-няннян это кольцо из травы, но Ли Чаншоу прежде беседовал с ней и три дня держал это кольцо в руках, а потому знал его происхождение.
Тело Хоуту-няннян уже превратилось в Диск Шести Путей Перерождения, и это кольцо из травы на самом деле было местом, где покоился её изначальный дух. По сути, оно служило вторым телом, давая ей возможность когда-нибудь покинуть Диск Шести Путей Перерождения.
Ситуация, которая только что выглядела простой, на самом деле была такова: Хоуту-няннян воспользовалась силой мыслей всех живых существ, чтобы полностью слить свой изначальный дух с Диском Шести Путей Перерождения, уступив то кольцо Сяо Ай и остальным.
— Почтенная Хоуту-няннян — самый нежный предок нашего рода У.
Ли Чаншоу невольно усмехнулся…
Возможно, в этом и заключалась великая добродетель Хоуту.
— Но не получилось ли так, что я просто нарисовал змее ноги1? — негромко пробормотал Ли Чаншоу, и в его глазах промелькнула тень беспомощности.
Юньсяо-сяньцзы прикрыла рот рукой, тихо усмехнувшись, и непринужденно отступила в сторону, её взгляд светился весельем.
Ранее, когда Ли Чаншоу прощался с Сяо Ай, в состоянии духа Юньсяо-сяньцзы возникло легкое волнение, что и привело к тому «добровольному утешению» мгновением ранее.
Ли Чаншоу, разумеется, не стал выводить её на чистую воду. Если утешают — пусть утешают. Пусть по уровню совершенствования он ещё далеко уступал Юньсяо-сяньцзы, но мужчина всегда должен иметь подобающий вид.
К слову сказать, эта стремящаяся во всем быть лучшей сяньцзы была довольно милой.
Кхм, говоря о том добровольном прощании…
Когда Сяо Ай призвали обратно, Ли Чаншоу, что бы он ни думал, решил, что она вот-вот исчезнет. Поэтому он и произнёс те слова, желая утешить её перед концом.
«Вероятно, даже мимолётная дружба способна согреть Сяо Ай».
Однако Хоуту-няннян предпочла распорядиться иначе…
Хотя воплощения семи чувств были ослаблены более чем наполовину, Хоуту-няннян защитила их, и теперь это выглядело так, словно она растила семерых сестёр-близнецов, происходящих из одного корня.
Тепло, которое подарил Ли Чаншоу, обернулось неразрывной кармической связью!
Здесь, в груди, стало как-то тяжко.
Впрочем, в конечном итоге это всё же было добрым делом. Пусть сохранение Сяо Ай и остальных несло в себе скрытую угрозу для Хоуту-няннян, оно также открывало определенные возможности.
Например, если кто-то вздумает посягнуть на Дифу, Хоуту-няннян, выступив в одиночку, в критический момент сможет призвать воплощения семи чувств.
Стоит появиться Сяо Ай, и толпы демонов молча выхватят мечи, чтобы перерезать себе горло…
Картина рисовалась весьма впечатляющая, и Ли Чаншоу даже почувствовал смутное предвкушение.
К тому же то, как Хоуту-няннян поступила с воплощениями семи чувств, немного облегчило совесть тех, кто во всём этом участвовал.
Ли Чаншоу отвесил поклон в сторону неба, и в тот же миг к нему и Юньсяо-няннян устремилось несколько лучей света.
Первым подоспел Даос Тай-и.
Он подлетел, схватил Ли Чаншоу за руку и, вытаращив глаза, прошептал:
— Что же теперь делать?
— Старший брат? Что-то случилось? — Ли Чаншоу захлопал глазами, и взгляд его был полон любопытства и простоты.
— Ещё спрашиваешь!
На красивом лице Даоса Тай-и всё ещё не сошли синяки. Он понизил голос:
— Разве не ты говорил мне, чтобы я, не сдерживаясь, провоцировал воплощение Гнева, причём непрерывно? Бедный даос рта не закрывал, пока его колотили! А теперь это воплощение осталось. Если она вдруг снова решит побуянить, да воспользуется силой и способностями великой добродетельной Хоуту и заявится в мою пещеру Цяньюань… Мне конец!
Ли Чаншоу втянул в себя холодный воздух, на его лице отразились страх и тревога, и он поспешно произнёс:
— Тайи-шибо, ваши слова действительно заставили меня задуматься, я проявил неосмотрительность.
— Как это исправить? — Даос Тай-и не на шутку разволновался. — Как это можно исправить?
— Тайи-шибо, не беспокойтесь, — серьёзно ответил Ли Чаншоу. — Если нечто подобное случится, просто приходите ко мне в небесный дворец Дошуйгун или отправьте нефритовый талисман с посланием, и я немедленно явлюсь, чтобы всё объяснить. Даже если это воплощение добродетельной Хоуту, она всё равно остаётся ею. Разве она может быть неблагоразумной?
Даос Тай-и тщательно всё обдумал и вздохнул:
— Похоже, в Дифу мне больше приходить не стоит.
— Младший брат Тай-и может не беспокоиться, ха-ха-ха!
Раздался легкий смех, и на облаке подлетели Гуанчэнцзы и Даос Юйдин.
Старший брат учения Чань с улыбкой произнёс:
— С добродетельной Хоуту теперь всё в порядке, семь чувств пришли в равновесие. Позже младший брат Чангэн поможет Дифу решить вопрос с остатками семи чувств у душ, идущих на перерождение, так что Хоуту больше не потеряет над собой контроль.
Услышав это, Ли Чаншоу улыбнулся:
— Слова старшего брата Гуанчэнцзы совершенно верны. Однако помочь Дифу в этом деле в одиночку мне не под силу, здесь потребуются совместные усилия всего нашего учения Дао.
Гуанчэнцзы только собирался ответить, как рядом раздался другой голос:
— Чангэн.
Великий Маг неспешно подошёл к ним и, нахмурившись, сказал:
— Этот твой хаос эмоций был… немного…
— Старший брат, вы действительно поразительны!
Ли Чаншоу поднял большой палец вверх и с восхищением произнёс:
— Изначально мы лишь хотели сдержать воплощение Зла, но кто бы мог подумать, что у старшего брата окажется столь чудесный план по ослаблению её ненависти. Мы об этом даже не догадались.
Великий Маг тут же довольно прищурился и невозмутимо встал позади Ли Чаншоу, слегка ткнув его пальцем в поясницу. Оба брата обменялись короткими смешками.
Традиционное мастерство учения Жэнь.
Когда подоспели трое старших учеников учения Цзе — Даос Добао, Чжао Гунмин и Святая Матерь Цзиньлин — девять бессмертных учения Дао были в сборе.
Высоко в небе медленно проплыла Хоуту-няннян и остановилась в сотне чжанов от них. Она отвесила глубокий поклон девяти бессмертным, и каждый из них ответил ей тем же.
Хоуту разомкнула губы. Её окружали золотые лучи света, длинные волосы развевались за спиной, а простое белое платье казалось воплощением святости и чистоты.
— Благодарю вас, собратья по Дао, за помощь.
Великий Маг с улыбкой ответил:
— Предшественница, вы слишком вежливы.
— Я пребываю в этом мире и уже давно не могу покинуть его, так что у меня нет достойных даров, чтобы отблагодарить вас.
Хоуту-няннян слегка повела правой рукой, на кончиках её пальцев засиял слабый свет. Текст сутры, сияющий золотом, свернулся в свиток, который она подтолкнула к ним.
— Это искусство совершенствования было создано мной на основе тайных методов рода У и законов круговорота Неба и Земли. Изначально это было Сокровенное искусство девяти девяток, стремящихся к единице, но, к сожалению, Небесное Дао не позволило девятому уровню сформироваться, нарушив моё восприятие.
Девять девяток без одного уровня…
Восемь-девять сокровенное искусство2?!
Глаза Ли Чаншоу блеснули, но в этот момент он ничем себя не выдал.
Это сокровенное искусство предназначалось для всего учения Дао. Поскольку он тоже приложил руку к делу, позже он непременно раздобудет себе копию!
Великий Маг принял свиток и с улыбкой произнёс:
— Благодарю предшественницу за дарованное сокровенное искусство. Предшественница Хоуту, на самом деле вам не стоит быть столь вежливой. Вы пребываете здесь, охраняя Шесть Путей Перерождения на протяжении бесчисленных эпох. Когда у предшественницы возникли трудности, мы пришли на помощь, но то, что мы сделали — лишь малая услуга, и мы не смеем приписывать себе великие заслуги. Вы только что пережили бедствие, и ваши силы ещё не восстановились, так что мы не смеем более беспокоить вас. Пожалуйста, отдыхайте и восстанавливайте дух. Если возникнут какие-либо поручения, пусть Дифу… просто известит моего младшего брата. Мой младший брат Чангэн служит в Небесном Дворце, он пользуется глубоким расположением нашего Учителя и доверием Нефритового Императора.
Закончив говорить, девять бессмертных учения Дао снова поклонились.
Хоуту ничего не ответила, лишь с улыбкой кивнула и открыла для них проход, подобный водяной завесе, за которой находилось пространство вне Диска Шести Путей Перерождения.
Девять бессмертных не стали задерживаться: дело было успешно завершено, и каждый из них направился к выходу.
Но стоило Ли Чаншоу сделать шаг, как Хоуту-няннян заговорила:
— Брат по Дао Чангэн, не мог бы ты остаться ещё на мгновение?
Ли Чаншоу взглянул на своего Великого Мага, а затем на Юньсяо-сяньцзы. Первый с улыбкой похлопал его по плечу, а вторая слегка поклонилась и ушла вместе со Святой Матерью Цзиньлин.
Вскоре восемь мастеров учения Дао покинули этот мир.
Ли Чаншоу оглядел этот тихий и мирный уголок земли и почему-то почувствовал легкую неловкость.
Хоуту стояла на пологом склоне в сотне чжанов от него. Она слегка склонилась перед Ли Чаншоу и со вздохом произнесла:
— Брат по Дао, ты действительно сделал это.
- Хуашэ-тяньцзу (画蛇添足, huà shé tiān zú) — дорисовывать змее ноги; делать лишнее, портить сделанное избыточностью. ↩︎
- Ба-цзю сюань-гун (八九玄功, bā jiǔ xuán gōng) — сокровенное искусство «восемь-девять»; в китайской мифологии — могущественная техника трансформации. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
