Хуанмао внезапно почувствовал, что вот-вот лишится чувств. Он изначально хотел дождаться окончания выпускных экзаменов Цин Е, чтобы признаться ей, но не ожидал, что счастье обрушится так внезапно.
От волнения он смял тесто в комок:
— И что теперь делать?
— Мне нужно хорошенько подумать, — ответила Цин Е, после чего поднялась и ушла в дом.
Хуанмао тут же глубоко задышал на месте, а спустя долгое время развернулся и влетел в кухню с громким криком:
— Цин Е призналась мне в любви!
Услышав, что Цин Е призналась Хуанмао, Панху первым делом подумал:
— Цин, Цин Е сегодня что, го-головой ударилась?
Син У, нарезавший капусту, холодно повернул голову, держа в руке кухонный нож, и нахмурился:
— Призналась?
Хуанмао вбежал, весь в муке:
— Правда, она сказала, что сейчас чувствует ко мне то же самое, что и я. Считает, что я становлюсь всё красивее, и скучает, когда не видит меня. А ещё сказала, что ей нужно хорошенько обдумать наши отношения. Боже мой, может, мне стоит съездить домой?
Ошарашенный Панху почесал затылок:
— За-зачем тебе домой?
— Рассказать маме! Если она узнает, что я нравлюсь Цин Е, она точно решит, что над могилами предков нашей семьи Хао повалил дым [китайская идиома, означающая великую удачу или благословение предков, приносящее успех потомкам].
«???»
Панху был окончательно сбит с толку.
Син У отложил нож, вымыл руки и спросил:
— Ты уверен, что она призналась именно тебе?
Хуанмао с полной уверенностью ответил:
— А как же! Она наверняка постеснялась сказать прямо, вот и начала ходить вокруг да около, спрашивая, есть ли у меня кто-то на примете и что чувствуешь, когда тебе кто-то нравится. Это ведь именно это и значит! Я же умный, сразу всё понял.
Син У вымыл руки и заодно похлопал его по плечу, вытирая о него ладони:
— Брат, мне кажется, ты слишком много навоображал.
Однако весь вечер Хуанмао пребывал в крайне возбуждённом состоянии. Цин Е, впрочем, не осталась внизу; потеряв целый день, ей нужно было наверстать упущенное время. Хуанмао же решил, что раз она не спускается, значит, определённо его избегает — застеснялась, бедняжка, какая же она робкая.
На следующий день в школе объявили результаты вторых ежемесячных экзаменов. Цин Е набрала 685 баллов, получив высший балл по математике и английскому языку. Среди высоких результатов обычно очень трудно набрать даже лишние 10 баллов, но в этот раз Цин Е превзошла свой предыдущий результат сразу на тридцать очков. Такой прогресс потряс всех, вся школа Аньчжун гудела. Заместитель директора школы даже упомянул об этой доброй вести на утренней линейке, использовав столь торжественное выражение, как «войти в анналы истории».
Цин Е же посчитала это некоторым преувеличением. В начале семестра на неё свалилась куча проблем, к тому же она, возможно, ещё не адаптировалась, из-за чего выступила неудачно. Нынешний экзамен был лишь возвращением к её обычному уровню, в то время как ей требовалось превзойти себя, чтобы надеяться на более гладкий путь в будущем. Поэтому она знала, что до её цели ещё очень далеко.
Заместитель директора школы специально пригласила Цин Е на трибуну во время линейки, чтобы та кратко выступила, подбодрила всех или поделилась своими методами обучения.
Поскольку её не предупредили о выступлении заранее, она была практически не готова. Лао Ян поспешно подбежал к ней и сказал:
— Не нервничай, просто скажи пару слов.
Лао Ян прекрасно понимал, что при результате в 685 баллов заместитель директора школы просто хотела, чтобы Цин Е «показала лицо» и воодушевила учеников вторых и третьих классов старшей школы. А то, что она скажет, было не так уж важно — достаточно нескольких дежурных фраз.
Впрочем, Цин Е не нервничала. Она вела вечера, на которых присутствовало несколько тысяч человек, неужели она не справится с парой слов?
Поэтому она спокойно поднялась на трибуну, взяла микрофон из рук заместителя директора и вышла на середину. Заместитель директора была женщиной; улыбаясь, она отступила на несколько шагов, наблюдая за ней.
Цин Е окинула взглядом плотную толпу учеников Аньчжун внизу и вдруг с удовлетворением обнаружила, что многие ребята уже обзавелись модными кудряшками «овечья шерсть». Первой промелькнувшей мыслью было… не пора ли ей самой выбрать время и сменить причёску?
Затем она поднесла микрофон и первой фразой произнесла:
— Никакие методы обучения вам не помогут.
«???»
Словно стая воронов пролетела над спортивной площадкой. Огромное футбольное поле погрузилось в мёртвую тишину. Никто не издал ни звука, все в оцепенении уставились вперёд. А на лице стоявшей позади неё заместительницы директора застывшая улыбка начала постепенно исчезать.
Лишь Цин Е всё так же невозмутимо продолжала:
— Результаты тех, кто действительно желает учиться, не должны быть ниже 450 баллов. Ключевой вопрос не в методе обучения, а в том, готовы ли вы пойти на риск и выложиться на полную. До выпускных экзаменов ещё целых полгода. Если начнёте действовать сейчас, шанс будет у каждого. И с какой стати вы должны уступать эту единственную в жизни возможность другим? Посмотрите на тех, кто стоит впереди, позади, слева и справа от вас. Если кто-то вызывает у вас крайнее раздражение, докажите делом, что вы птица иного полёта, до которой ему не дотянуться. Если у вас нет даже такой решимости, то в будущем, когда будете таскать кирпичи, у вас не будет права жаловаться на тяжёлую долю.
Хуанмао уже перешёл от четвёртого класса к хвосту второго. Проведя ладонью по лицу, он сказал У-гэ:
— У-гэ, почему-то я чувствую воодушевление. Как думаешь, почему я, человек, который не может сдать ни одного предмета, так воодушевлён?
С другой стороны Панху уже исполнился боевого духа:
— Я обязательно должен поступить в профессиональный колледж! — его тон, взгляд и амбиции были такими, будто он собрался поступать в Бэйда.
Речь Цин Е действительно была очень краткой, но присущая ей харизма, казалось, мгновенно заразила всех присутствующих. Когда она обернулась, Син У почувствовал, что она мельком взглянула в его сторону. Несмотря на огромное расстояние и множество учеников между ними, Син У всё равно ощутил её взгляд, такой горячий и ясный, словно солнце в своём ослепительном блеске.
После завершения линейки и возвращения в класс Ши Минь всё утро выглядела так, будто хотела что-то сказать, но не решалась. Она была необычайно подавлена и время от времени замирала, глядя на Цин Е. В обед Цин Е наконец не выдержала и спросила её:
— Ты хочешь мне что-то сказать?
Ши Минь поправила толстые линзы круглых очков и удручённо произнесла:
— Цин Е, утром ты сказала, что у тех, кто хочет учиться, баллы не должны быть ниже 450. Но я ведь всегда очень хочу учиться, почему же я никак не могу их набрать?
«…»
Цин Е очень хотелось сказать: «Малышка, ты же исключение, понимаешь?» Но у неё не поднялась рука ранить её душу, подрывать уверенность и отрицать её старания.
Поэтому она быстро вырвала листок из тетради и исписала его целым списком задач по всем предметам, после чего хлопнула им по столу Ши Минь:
— Реши всё и отдай мне завтра.
В итоге Ши Минь действительно всё послеобеденное время старательно решала те задачи, что подготовила для неё Цин Е.
Син У в обед ответил на звонок и, похоже, был занят делами, поэтому Цин Е не видела его всю вторую половину дня. Однако, возвращаясь домой после школы, она заметила жёлтый спортивный автомобиль марки Porsche, припаркованный у входа в Сюаньдао.
Сказать по правде, увидеть Porsche в Чжачжатин — это всё равно что увидеть, как солнце всходит на западе.
И действительно, соседи вокруг Сюаньдао стояли в дверях, у окон или на вторых этажах, вовсю обсуждая машину и фотографируя её.
Подойдя ближе, Цин Е увидела перед спорткаром двух мужчин, с ног до головы одетых в хайповые бренды; с первого взгляда было ясно, что они не местные. И точно — Цин Е мельком глянула на номера: приехали из Шанхая. Но ещё более странным было то, что Син У стоял рядом с ними и разговаривал.
Он стоял, высокий и статный, с сигаретой в зубах, его взгляд был равнодушным. Затем он, словно заметив Цин Е краем глаза, повернул голову и посмотрел на неё. Двое мужчин рядом тоже быстро обратили внимание на Цин Е и замолчали. Один из них, одетый в чёрное худи с принтом от CLOT, внезапно усмехнулся:
— Надо же, у вас тут, оказывается, водятся красавицы?
С этими словами он вскинул подбородок в сторону Цин Е. Та не удостоила его вниманием и посмотрела на Син У. Син У сразу бросил ей куртку, которую держал в руке:
— Отнеси домой.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
