Дао Чэнь одной рукой держал сосуд с маленькой черной змейкой, а другой — диск формации, стоя на вершине песчаного бархана.
— Инь Чжанли, неужели ты думал, что если дашь мне неспособный убивать меч добродетели, то я ничего не смогу поделать?
Дао Чэнь холодно усмехнулся и подбросил диск в воздух.
В один миг вокруг разлилось яркое сияние.
Дао Чэнь был именно тем мастером формаций, приглашенным семьей Лу из столицы, о котором говорил Лу Сицяо.
Он десятки лет занимался врачеванием в Мобэй только ради того, чтобы найти место заточения древнего демона Шангу.
Найти его было крайне трудно, так как древний демон Шангу был заперт в древней «формации зыбучих песков», которая не имела постоянного места и непрестанно перемещалась по этой бескрайней пустыне.
— Инь Чжанли, ты знаешь, почему я спас тебя и не дал тебе умереть? Ты ведь великий оборотень, как бы я мог позволить тебе погибнуть?
— Сейчас я извлеку твою душу, чтобы усилить духовную мощь диска формации и притянуть ту формацию зыбучих песков. А затем позволю древнему демону Шангу поглотить тебя. Тогда он вновь обретет былую мощь и даже поднимется на уровень выше.
В то время все пограничье Чжунчжоу будет вырезано им дочиста и превратится в земной ад.
А когда древний демон Шангу накопит достаточно дурных плодов, он нанесет удар мечом Тяньжэнь и убьет его — разве не обретет он тогда мгновенно полноту добродетели?
Подобный способ — сначала создать бедствие, а затем устранить его — он опробовал уже много раз.
Именно на этом он и возвысил свое совершенствование. Иначе, если полагаться на спасение людей по воле случая, сколько бы лет на это ушло?
— Когда я достигну Дао и освобожусь от этого меча, я все равно останусь сильнейшим в Поднебесной, ха-ха-ха-ха…
Предвкушая величественное зрелище того, как через некоторое время бескрайние пески пограничья окрасятся кровью, Дао Чэнь разразился безумным смехом и немедленно начал применять заклинание извлечения души.
Маленькая черная змейка в сосуде извивалась всем телом, но была не в силах сопротивляться. Клубок черного тумана отделился от тела змеи и опустился на кончики пальцев Дао Чэня.
Дао Чэнь хотел влить этот туман в диск формации, но туман отчаянно сопротивлялся.
— Посмотрим, сколько ты еще продержишься!
Пока Дао Чэнь боролся с черным туманом, он внезапно услышал шаги вьючного зверя.
Кто-то пришел.
Дао Чэню оставалось лишь взмахнуть рукавом, пряча туман внутри.
Сян Хайкуй подоспела и, увидев сияющую перед Дао Чэнем формацию и брошенный у его ног сосуд с маленькой черной змейкой, мгновенно нахмурилась:
— Дао Чэнь-мастер, что это вы делаете?
Пока Дао Чэнь лихорадочно придумывал оправдание, едва очнувшийся Лу Сицяо, сидя на горбу верблюда, вскрикнул:
— Так это ты и есть тот мастер формаций, которого наняла моя семья!
Несмотря на то что Сяо Бай говорил, что Дао Чэнь — человек недобрый, Сян Хайкуй все же была поражена. Она обернулась к ехавшему с ней на одном звере Лу Сицяо:
— Ты уверен?
Лу Сицяо поручился:
— Абсолютно! Я не знаю, что за формацию он возводит, но диск, который он использует — это сокровище моей семьи Лу. Раньше я просил де одолжить его мне, так он пожалел отдать!
Лицо Дао Чэня стало чернее сажи:
— Вы — Лу-гунцзы?
Лу Сицяо приставил большой палец к носу:
— Именно! Лу Чжэнту — мой а-де, я второй молодой господин семьи Лу, подлинный, будто товар, который можно заменить, если окажется фальшивков2!
Дао Чэнь ледяным голосом спросил:
— И на чьей же ты тогда стороне?
Пока они спорили, Бай Синсянь украдкой объяснил Сян Хайкуй:
— Дао Чэнь, скорее всего, хочет, чтобы древний демон Шангу проглотил оборотня-змею, восстановил свои силы и стал еще разрушительнее.
Похоже, эта змея оказалась даже более питательной, чем можно было представить.
Бай Синсянь снова облизнул губы и взмолился Сян Хайкуй:
— Давай все-таки отберем его.
Футляр для меча открылся. Сян Хайкуй выхватила Тянькуан и спрыгнула с вьючного зверя:
— Вот что значит «облик Дао, а манеры береговые»1, сегодня я воочию в этом убедилась.
— Ты тоже…
После того как Сян Хайкуй нанесла удар, четки на запястье Дао Чэня внезапно превратились в серебряный длинный меч без лезвия.
— Значит, ты тоже владелец божественного меча.
- Облик Дао, а манеры береговые (道貌岸然, dào mào àn rán) — описывает человека с благородной внешностью, но лицемерного и подлого внутри. ↩︎
- Будто товар, который можно заменить, если окажется фальшивкой (如假包换, rú jiǎ bāo huàn) — образное выражение, означающее подлинность чего-либо, не вызывающую сомнений. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
