Показ мод завершился.
Цзи Я под руку с Ван Минмин снова вышли на сцену, объявив об официальном основании бренда Elegance. Длинноногие модели выстроились в ряд; и Цзи Я, и Ван Минмин были в роскошных нарядах. Сверху сыпались лепестки цветов — деньги были потрачены не зря, сцена действительно выглядела великолепно, а начало и конец шоу гармонировали друг с другом.
При гордости Цзи Я было невозможно, чтобы она в присутствии Ся Сяолань заявила, что Elegance тоже последует примеру Luna и организует благотворительные пожертвования с продаж одежды.
Подобные слова были бы чистым притворством; одна мысль об этом вызывала у неё отвращение, не говоря уже о том, чтобы произнести такое вслух.
Будь на её месте Ся Сяолань, она бы изо всех сил старалась переломить ситуацию в свою пользу и наверняка, набравшись наглости, заявила бы, что откликается на призыв некоего бренда и предлагает всем вместе заняться благотворительностью… Но Цзи Я не могла так унизиться, поэтому сегодня ей было суждено остаться в проигрыше!
— Наш бренд Elegance будет сотрудничать с госпожой Ван Минмин. Минмин будет сниматься в рекламе Elegance и станет лицом бренда.
Репортер «Вечерней газеты» Лю Сюань был крайне возбужден и первым не удержался от вопроса:
— Каким будет гонорар госпожи Ван Минмин за съемки в рекламе Elegance?
Ван Минмин была из Гонконга, а Гонконг в то время еще не вернулся в состав Китая. Иначе Лю Сюань наверняка спросил бы еще более прямо: не собирается ли Ван Минмин пожертвовать свой гонорар?
Другие, соображавшие быстрее, уже вспомнили недавние слова Чэнь Силиана.
Чэнь Силиан говорил, что приглашение гонконгской звезды стоит сто тысяч юаней, в то время как материковому актеру достаточно десяти тысяч. При этом материковая актриса Чжан Сяо пожертвовала свой гонорар в десять тысяч, и деньги не попали к ней в карман. Раз гонконгская звезда так много зарабатывает на материке, неужели она никак не выразит свою позицию?
Ван Минмин изо всех сил старалась сохранять улыбку на лице.
Гонконгские звезды ежегодно участвовали в каких-нибудь благотворительных мероприятиях, символически жертвуя одежду для аукционов или что-то в этом роде.
Но поступок Чжан Сяо поставил Ван Минмин в крайне затруднительное положение.
Если она тоже решит сделать пожертвование, какая сумма будет уместной?
Чжан Сяо получила десять тысяч и десять тысяч же пожертвовала, но Ван Минмин-то получила далеко не десять тысяч!
Пожертвовать всё ей было жалко, а скрывать гонорар — неудобно. Если она сегодня осмелится сказать, что за рекламу получила всего двадцать тысяч, то в будущем, когда её пригласят на материк, ей будут предлагать именно эту цену!
У каждого артиста в гонконгском шоу-бизнесе была своя цена.
Стоило статусу однажды упасть, и поднять его снова было крайне сложно.
Ван Минмин до смерти ненавидела Luna и Чжан Сяо, но под градом вопросов репортера ей оставалось лишь улыбаться и молчать.
Гонконгские звезды всегда так вели себя с папарацци: на вопросы, на которые не хотелось отвечать, они просто многозначительно улыбались. Чем больше скажешь, тем больше шансов ошибиться.
К несчастью для неё, она столкнулась с материковыми репортерами, а таких, как Лю Сюань, называли «некоронованными королями». Только что эта толпа довела Чжан Сяо до падения, и молчаливая улыбка Ван Минмин вызвала у Лю Сюаня раздражение.
Ведущий поспешил перехватить инициативу, поздравив всех с основанием бренда Elegance и объявив, что пятнадцатого декабря в Пекине откроется фирменный магазин бренда. Также он добавил, что Elegance приготовил небольшие подарки для всех присутствующих и так далее.
Толпа снова заволновалась.
Подарки — это всегда хорошо.
Когда начали раздавать презенты, возникла давка.
Очередь?
Когда это жители Поднебесной стояли в очередях?
Репортеры собирались взять интервью у Чжан Сяо и Чэнь Силиана, но, воспользовавшись суматохой, Ся Сяолань увела свою группу.
Цзи Я хотела обругать Ся Сяолань, но из-за толпы не могла к ней подойти.
Однако по чьей-то подсказке она увеличила сумму «платы за труд» в конвертах для многочисленных репортеров. Ей пришлось лично благодарить каждого, и времени на преследование Ся Сяолань, которая сбежала, перетянув на себя всё внимание, уже не осталось.
Цзи Я сказала Чжэнь Вэньсю:
— Они просто лицемерно ломают комедию. Если присутствующие здесь репортеры ничего не напишут, то все эти падения и пожертвования Ся Сяолань и её компании окажутся бесполезными, верно?
Чжэнь Вэньсю была полна тревоги:
— Разве возможно, чтобы не написали совсем ничего?
Конверты с деньгами полезны, но А Я, видимо, слишком долго прожила за границей. Китай — не капиталистическая страна, и деньгами здесь нельзя купить всех.
Наверняка не получится заткнуть рты всем пришедшим журналистам.
К тому же, разве тот парень из семьи Чжоу не присутствовал здесь? Чжэнь Вэньсю не верила, что эта лисичка Ся Сяолань не попросит его о помощи.
У Цзи Я путь был выложен деньгами, Чжэнь Вэньсю тоже прикладывала усилия… Но смогут ли они одолеть семью Чжоу? Чжэнь Вэньсю делала всё это исключительно из личной дружбы с Цзи Я.
Её муж не мог вмешаться.
Свекор Нин Яньфань вообще ничего не знал.
Нин Сюэ сказала, что идет в библиотеку, и даже не пришла на показ.
Цзи Цзяньюань каждую неделю уезжал в Пэнчэн; даже если Цяо Чжи давал ему выходной, он не хотел терять времени, ведь его «подработка» была от Харолда, а не от Цяо Чжи.
Чжэнь Вэньсю думала, что придет Цзи Линь, но тот сказал, что у жены проблемы с сердцем и он должен остаться дома.
Чжэнь Вэньсю только сейчас осознала это, и её прошиб холодный пот: из семьи Цзи не явился ни один человек!
Неужели после сорванной свадьбы семья Цзи окончательно бросила А Я? Неужели из-за одной фразы Тан Хунэна семья Цзи решила действовать так радикально?
Сердце Чжэнь Вэньсю бешено колотилось, ей самой хотелось отступить, но Цзи Я сейчас казалась такой одинокой. Ей, как подруге, было неловко бросать её в беде, поэтому приходилось, стиснув зубы, помогать Цзи Я спасать ситуацию и минимизировать сегодняшние потери.
«Ся Сяолань действительно слишком бесстыдна!»
«Пришла на показ мод, в который А Я вложила столько денег, чтобы пропиариться за чужой счет!»
«Тьфу, просто наглая девка!!»
…
У Ся Сяолань зачесалось в носу — возможно, пыльца цветов подействовала на неё, пока она сидела рядом с подиумом.
Она и сама не понимала, о чем думала Цзи Я, настойчиво приглашая её.
Если бы Ся Сяолань грубо отвергла такую доброту, сами небеса не потерпели бы подобного расточительства и, чего доброго, поразили бы её молнией. Чтобы не подвести Цзи Я в её «благих намерениях», Ся Сяолань пришлось приложить немало усилий.
Судя по всему, эффект оказался неплохим.
Чэнь Силиан еще считал, что он хорошо сыграл, но на самом деле актерский талант проявила Чжан Сяо — не зря она профессиональная киноактриса!
Сама по себе Чжан Сяо не обладала роковой красотой, но благодаря актерскому мастерству она смогла создать нужный образ.
Макияж, прическа, «боевое облачение» — только сегодня Чжан Сяо выглядела по-настоящему ослепительно.
А та сцена, где её окружили репортеры с расспросами и она случайно упала… всё было исполнено настолько естественно и безупречно, что просто диву даешься! Выбравшись с места проведения показа, Ся Сяолань не удержалась от похвалы:
— Сестра Чжан Сяо, вы заслуженно получили звание лучшей актрисы!
Чжан Сяо улыбнулась:
— Даже лучший актер не сможет раскрыться без хорошего сценария. Я всего лишь один раз упала, а получила так много! Ся Цзун, босс Чэнь, я действительно должна поблагодарить вас обоих за то, что вы выбрали для съемок в рекламе именно меня, а не кого-то другого!
На её месте любой другой так же стал бы невероятно популярен.
Чжан Сяо ничего не потеряла; даже те десять тысяч юаней пожертвования на самом деле выделила компания Luna. Ся Сяолань и Чэнь Силиан сказали, что это её законный гонорар, но раз Luna выбрала «пожертвование» как рекламный ход, они, естественно, не заставят Чжан Сяо расплачиваться из своего кармана.
Чжан Сяо не была настолько бескорыстной святошей, чтобы отказываться от денег.
Изначально она согласилась на съемку рекламы для Luna ради солидного вознаграждения, но теперь дело было уже не только в гонораре.
Чем лучше дела у Luna, тем лучше будет и ей.
Чэнь Силиан был прав: если держаться Ся Цзун, то всегда будешь в шоколаде!
Ван Минмин действительно глупа. Если бы она не разорвала контракт, то благодаря рекламе Luna стала бы популярной до умопомрачения.
Пока Чжан Сяо говорила, они уже дошли до места парковки. Шао Гуанжун подошел к машине и, открывая дверь, чуть не задел кого-то ногой. Присмотревшись, он увидел Сяо Юй, которая сидела на корточках у дверцы и считала муравьев.
Шао Гуанжун отпрыгнул назад:
— Ты что, следишь за мной?!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
