Тан Хунэн знал о способностях Ся Сяолань гораздо больше остальных.
Что ему какая-то Шэн Сюань, сам Тан Хунэн даже не принимал её в расчет.
В Пэнчэне был не один банк. Если Шэн Сюань хотела заблокировать ипотеку для «Цихан», в крайнем случае можно было просто перейти в другой банк. Неужели она действительно могла поставить Ся Сяолань в тупик?
Людям не стоит слишком переоценивать собственные возможности. Без мясника Чжана люди тоже не станут есть свинью с щетиной!
— Я слышал от Сяо Пэна, что один из твоих домов уже достроен. Неужели так скоро собираешься продавать?
Ся Сяолань кивнула.
— А как иначе вернуть вложенные средства? Я очень уверена в этом объекте: прекрасная среда, да еще и преимущество первопроходца!
Жилых комплексов такого качества, как Цзиньшачи, пожалуй, был только проект поля для гольфа по соседству. Инвестиции семьи Уилсон были огромными, они сразу выкупили более двух тысяч му земли и до сих пор строят поле. Пока оно не будет готово, у проекта не будет особых преимуществ… Поэтому по темпам им не догнать Цзиньшачи. Проект на две тысячи му требует поэтапного освоения, а в Цзиньшачи всего двадцать три му земли — всё можно закончить за несколько месяцев!
Как только дома в Цзиньшачи будут проданы, Ся Сяолань будет совершенно всё равно, как семья Уилсон по соседству планирует распоряжаться своим участком.
Однако Тан Хунэн, услышав цену, которую Ся Сяолань установила за жилье, долго смотрел на неё.
— Поступая так, ты даже если не брать в расчет, сможешь ли ты их продать, устанавливаешь цену, которую простой народ не потянет. Когда ты получала землю, ты говорила совсем другое.
Ся Сяолань почувствовала укол совести.
— Когда я получала землю, я не ожидала, что мы откопаем золотые пески. Сначала я планировала построить жилье среднего класса, но теперь качество домов уже определено, деньги потрачены, и я не могу продавать их по низкой цене.
Существовало ведомственное жилье по 200–300 юаней за квадратный метр.
Но те, кто не работал в этой организации, купить его не могли. Да и качество там было соответствующее, не говоря уже о какой-либо жилой среде.
Товарное жилье и государственное жилье — это разные вещи. Земля под государственное жилье доставалась бесплатно, а за участок Цзиньшачи, не считая последующей наценки, Ся Сяолань действительно заплатила почти три миллиона юаней.
Если продавать по цене ведомственных квартир, она действительно потеряет десятки миллионов.
Тогда уж лучше перепродать землю Тан Юаньюэ или Ду Чжаохуэю, чтобы они построили там виллы.
— Если не считать того, что дома многоэтажные, обстановка в Цзиньшачи ничем не уступает зоне вилл. Не скрою, себестоимость строительства приближается к тысяче юаней за квадратный метр. Как же, по-вашему, назначать цену? Честно говоря, простые люди действительно не смогут купить здесь квартиру. Но, дядя Тан, это товарное жилье, это элитный комплекс.
Те, кто в 1985 году задумывался о покупке товарного жилья, и так не относились к простому народу.
Если хочешь лучшего качества жизни, нужно бороться самому.
Те, кто послушно работает в госучреждениях, разве не стремятся к стабильности? Зарплаты там фиксированные, растут медленно, но зато организация выделяет жилье… Пусть в старых домах плохие условия, общие санузлы и кухни, и вся семья теснится в маленькой комнатке — с этим ничего не поделаешь.
Сейчас купить товарное жилье может лишь ничтожно малое количество людей, разбогатевших первыми.
Нельзя видеть лишь то, как вор ест мясо, и не замечать, как его бьют. Спекуляция товарами, разъезды по всей стране — это огромный риск. В вопросах «реформ и открытости» политика государства в последние два года то смягчалась, то ужесточалась. По неосторожности можно было легко попасть под статью о «спекуляции». Эти люди, разбогатевшие первыми, зарабатывали деньги, рискуя собственной головой. Тем, у кого нет такой смелости, прозорливости и удачи, не стоит завидовать их возможности купить квартиру.
Тан Хунэн нахмурился:
— Меня убеждать бесполезно, сначала посмотрим, удастся ли тебе продать эти дома.
Слова Ся Сяолань резали слух, но это была чистая правда.
Средняя зарплата сейчас была всё еще слишком низкой.
Тан Хунэн сейчас тоже получал около трехсот юаней. С тех пор как его распределили на работу, он усердно трудился более двадцати лет, и вот результат.
С другой стороны, на некоторых иностранных заводах в Пэнчэне новые сотрудники могли получать по триста-четыреста юаней в месяц. Возможно, это и есть те перемены, что принесли реформы? Богатство не сваливается на голову в одночасье. Он знал, что Ся Сяолань вложила в Цзиньшачи более десяти миллионов. Согласно плану, там всего чуть более ста квартир. Если цена будет слишком низкой, Ся Сяолань действительно придется броситься в море от убытков!
Ладно, чего ему переживать. «Цзиньшачи», как и в свое время «Дунху Лиюань», нацелен на клиентов из Гонконга.
Сама Ся Сяолань была полна уверенности.
Она собиралась не только запустить рекламу, но и активно приглашать клиентов на осмотр.
Она пообедала у Тан Хунэна и задержалась еще на некоторое время. Прошло более двух часов. Когда она спустилась вниз, Гэ Цзянь уже вернулся и ждал в арендованной машине, будто никуда и не уезжал.
— Ты вернулся?
Гэ Цзянь кивнул.
— Ся Цзун, всё, что вы поручили, сделано.
Очевидно, Гэ Цзянь уже доставил письмо Фань Юй. Ся Сяолань зевнула:
— Гэ Цзянь, ты не побоишься съездить в Гонконг?
— Вы имеете в виду…
— Поедешь в Гонконг, дашь объявление в газетах. А еще разузнай, кого из мастеров фэншуй больше всего уважают гонконгцы. Если он согласится участвовать в рекламной кампании Цзиньшачи, мы можем заплатить ему двести тысяч гонконгских долларов или предложить на выбор квартиру в Цзиньшачи!
Лучшие мастера фэншуй обслуживали богатейшие семьи Гонконга, но Ся Сяолань верила, что лишних денег не бывает ни у кого.
Двести тысяч гонконгских долларов или квартира в Цзиньшачи — этого достаточно, чтобы заинтересовать человека, к тому же это не займет много времени.
Гэ Цзянь сразу согласился, но Ся Сяолань вдруг засомневалась, сможет ли он там выйти на нужных людей. Её связи с гонконгскими бизнесменами были ограничены, и, подумав, она поняла, что помочь с рекомендацией может разве что Тан Юаньюэ.
Эх, это создавало определенные сложности. Не стоило так сильно водить его за нос раньше.
Фирма «Юаньхуэй» как раз отделывала его офис, так что повод для разговора у Ся Сяолань был… Однако Тан Юаньюэ в последнее время наконец-то притих и перестал присылать цветы. Ся Сяолань совсем не хотелось снова провоцировать его.
Что выбрать: деньги или гордость?
Ся Сяолань раздумывала ровно пять секунд и выбрала деньги.
Ничего не поделаешь, если квартиры в Цзиньшачи не продадутся, такие убытки ей будет нечем покрыть.
Вернувшись в гостиницу, Ся Сяолань всё же позвонила Тан Юаньюэ.
Тан Юаньюэ, разумеется, был очень приятно удивлен. Это был первый раз, когда Ся Сяолань сама обратилась к нему за помощью!
Из её знакомых двое могли уладить этот вопрос: он и Ду Чжаохуэй. То, что Ся Сяолань обратилась именно к нему, а не к Ду Чжаохуэю, говорило о многом.
— Это пустяки. Раз мисс Ся попросила, я всё устрою в лучшем виде. Не найдется ли у мисс Ся завтра времени, чтобы вместе…
— Тан Цзун, я ваш должник! Прошу прощения за завтрашний день, у меня назначена встреча с людьми из банка.
Тан Юаньюэ громко рассмеялся:
— Тогда я приберегу этот должок. Надеюсь, когда мне понадобится помощь мисс Ся, мисс Ся не станет отказывать.
Ся Сяолань ответила без колебаний:
— Идет. Если это не будет нарушать закон или нормы морали, я один раз помогу Тан Цзуну!
Тан Юаньюэ, возможно, шутил, но Ся Сяолань только этого и ждала. Они обменялись еще парой вежливых фраз, и Тан Юаньюэ повесил трубку.
Пригласить мастера фэншуй?
Ся Сяолань действительно смелая женщина, раз отважилась играть в такие игры на материке.
— Нет, она собирается стричь гонконгцев как жирных овец. Похоже, продажи в Цзиньшачи вот-вот откроются…
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
