Юань Хань смотрел, как у входа в ресторан остановился «Шевроле».
Он еще гадал, кто бы это мог быть, когда из машины первой вышла Ся Сяолань.
Юань Хань почувствовал недовольство.
Такой человек, как он, привык пресмыкаться перед сильными и помыкать слабыми; то, что Чжоу Вэньбан не выказывал ему уважения, злило его, но он мог это стерпеть.
В конце концов, он рассчитывал на протекцию Чжоу Вэньбана в продвижении по службе!
Но Юань Хань не желал добровольно заискивать перед Ся Сяолань… Все они держались за покровительство семьи Чжоу, и то, что Ся Сяолань была более желанной гостьей, чем он, вызывало у него крайнюю неприязнь. Он даже подумывал о том, чтобы заключить с Ся Сяолань союз для взаимной поддержки, но она попросту его игнорировала.
Чжоу И тоже раньше просила Ся Сяолань о помощи, но та всё равно ответила отказом.
Ся Сяолань могла свободно входить в дом старейшин семьи Чжоу, в то время как ему и Чжоу И оставалось только стоять на коленях и умолять. Юань Хань чувствовал себя униженным от того, что Ся Сяолань застала их в таком положении.
Однако при мысли о том, что он и Чжоу И уже получили свидетельство о браке, а Ся Сяолань так и не вошла по-настоящему в семью Чжоу и неизвестно, как всё обернется в будущем, Юань Хань испытывал тайное торжество.
Неважно, какими способами, но он добился своего, а Ся Сяолань — нет!
Мать Юань шепнула двум своим дочерям:
— Она повсюду, только и знает, что выпендриваться с утра до вечера.
Такова человеческая натура: люди не смеют тягаться с теми, кто стоит намного выше них, но вцепляются в тех, чей статус считают равным своему. Вот и мать Юань, узнав, что Ся Сяолань родом из деревни, не желала слушать ничего другого; она считала, что, кроме образования, которое было чуть выше, чем у ее сына, в Ся Сяолань нет ничего достойного такой гордости.
Какой толк женщине от высокого образования?
Неужели она сможет устроиться в жизни лучше мужчины?
Хотя Ся Сяолань была поразительно красива, мать Юань считала своего сына статным и видным мужчиной, ничуть не хуже нее. С какой стати семья Чжоу делает между ними такое различие!
Старшая сестра Юань дернула ее за рукав:
— Да какое вам до нее дело, она ведь не ваша невестка.
Тьфу, семье Юань не нужна такая невестка-соблазнительница. Какой прок от красоты? Без связей и положения всё это — пустой звук. Семья Юань уже однажды обожглась и не собиралась попадаться в ту же ловушку во второй раз.
Юань Хань сегодня так и сиял от успеха. Благодаря высокому росту он выглядел в новом костюме вполне прилично, и его самодовольство так и лезло наружу.
Он окинул Ся Сяолань взглядом и только успел произнести: «невестка», как с заднего сиденья машины вышел мужчина.
Среднего роста, в очках, на вид лет сорока.
Что тут скажешь, радары Юань Ханя мгновенно сработали.
Этот мужчина… был непрост.
Тан Хунэн и не подозревал о буре мыслей в голове Юань Ханя. Он вышел из машины и открыл дверцу для Лю Фэнь. Пока Юань Хань раздумывал, как к нему обратиться, из здания вышли Чжоу Вэньбан и Цзян Хун, а за ними — Чжоу Гобинь и Гуань Хуэйэ.
Тан Хунэн впервые предстал в качестве отчима Ся Сяолань. Раз уж он пришел на свадебный пир семьи Чжоу, хозяевам полагалось его поприветствовать.
Члены семьи Юань, которые до этого что-то недовольно бормотали, теперь оказались оттеснены в сторону. Чжоу Вэньбан и Чжоу Гобинь обменялись с Тан Хунэном рукопожатиями.
Из двух братьев Чжоу Гобинь был одного ранга с Тан Хунэном, а Чжоу Вэньбан стоял чуть ниже.
— Товарищ Хунэн, это же надо… Прошу, заходите.
Чжоу Вэньбан был преисполнен самых разных чувств.
Для семьи Чжоу обрести такого родственника, как Тан Хунэн, было большой удачей, но встреча произошла на этом неловком и безрадостном свадебном банкете, поэтому Чжоу Вэньбан ограничился парой туманных фраз.
Тан Хунэн видел, как меняется выражение лица Юань Ханя, и сразу понял, что этот человек нечист на руку. Представив себя на месте Чжоу Вэньбана, он почувствовал, что, если бы Ся Сяолань собралась замуж за такого типа, он был бы готов на убийство.
Он искренне сочувствовал Чжоу Вэньбану, но в то же время испытывал гордость: Сяо Лань никогда не была бы так глупа, как Чжоу И, и не поставила бы его в столь постыдное положение.
Неожиданно для себя Ся Сяолань поймала на себе «любящий взгляд» Тан Хунэна и была в полном недоумении.
Тан Хунэн вместе с братьями Чжоу направился внутрь.
Гуань Хуэйэ осталась чуть позади, а Цзян Хун, стараясь быть любезной, обратилась к Лю Фэнь:
— Надо же, мы и не знали, что вы с мэром Таном… Примите наши поздравления, хоть и с опозданием, не обижайтесь.
Лю Фэнь покачала головой:
— Мы оба хотели, чтобы всё прошло тихо, поэтому никому не сообщали. Это наше личное дело.
Цзян Хун подумала, что вот это и есть настоящее радостное событие.
Когда Гуань Хуэйэ рассказала о замужестве Лю Фэнь и Тан Хунэна, прежде Цзян Хун наверняка решила бы, что та хвастается. Однако после истории с Чжоу И ее отношение к невестке стало спокойнее, а чувство принадлежности к большой семье Чжоу — крепче.
Это касалось не только семьи второго брата; на то, какие у них родственники, окружающие смотрели как на нечто общее, и это влияло на репутацию всей семьи.
Ей и Вэньбану не повезло: вырастили безрассудную дочь, которой только и оставалось, что породниться с семейством Юань.
Разве можно было запретить Чжоу Чэну проявить благоразумие и самому найти себе достойную пару?
Семья Чжоу и так уже приняла Ся Сяолань, а теперь, когда ее мать столь удачно вышла замуж, это стало приятным дополнением.
Люди по доброте душевной пришли на банкет, чтобы оказать ей и Чжоу Вэньбану уважение, поэтому Цзян Хун взяла себя в руки и улыбнулась:
— На улице довольно холодно, мужчины уже зашли, пойдемте и мы скорее. Все родственники уже в сборе, как раз со всеми познакомитесь.
За исключением старейшин семьи Чжоу, которые отказались прийти, собралось немало других родственников.
Приехали семьи обеих теток Чжоу Чэна, родственники со стороны Цзян Хун, а также столичная родня семьи Чжоу.
Пока Цзян Хун и Чжоу Вэньбан провожали гостей внутрь, семья Юань застыла в оцепенении.
Мать Юань была поражена:
— Кто это был?
Юань Хань помрачнел:
— Кажется, какой-то мэр.
То, что мэр пришел на их с Чжоу И свадьбу, должно было радовать Юань Ханя. Но этот мэр приехал вместе с Ся Сяолань, а другая женщина была на нее похожа — должно быть, это ее мать. Но кем тогда приходится ей мэр?
Услышав поздравления Цзян Хун, Юань Хань по обрывкам фраз начал догадываться о правде. Эта правда была ему не по нутру, но еще больше его задевало то, что он всё это время стоял рядом, а Чжоу Вэньбан и Цзян Хун даже не представили его гостям, словно он был пустым местом.
Цзян Хун за весь день ни разу не улыбнулась, и лишь для этой троицы сделала исключение.
Юань Хань посинел от ярости — семья Чжоу переходила все границы. Однако он не смел вспылить: ради блестящего будущего нужно было терпеть!
— Похоже, больше гостей не будет, заходим.
Юань Хань первым вошел в ресторан. Его мать всё еще пребывала в прострации, а у сестер на душе было скверно. Они потратили немало денег на свадьбу брата и теперь в сердцах костили заносчивую семью Чжоу.
Старшая сестра Юань с ненавистью прошипела:
— Бедный брат, каково ему быть зятем в этой семье Чжоу, ведь его там совсем за человека не считают!
Вторая сестра Юань задумалась:
— Прежде чем стать выше всех, нужно испить чашу горечи до дна, жизнь длинная… Брату теперь придется быть еще более почтительным и осторожным. Раньше у него был хоть какой-то пример для сравнения в этой семье, но кто же знал, что и у той девицы окажутся такие связи.
Вот уж кому везет. Вторая сестра Юань имела в виду и Ся Сяолань, и Лю Фэнь.
В этот миг вторая сестра Юань как-то странно посмотрела на собственную мать. Вот ведь бывают матери: только захотела — и сразу нашла себе в мужья мэра.
Если бы их мать была хоть немного проворнее и нашла бы в родных краях хотя бы рядового кадрового работника, им троим не пришлось бы так надрываться в этой жизни.
Этот неловкий свадебный пир, которого так ждала семья Юань и который так презирала семья Чжоу, только начинался.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
