(Часть 3)
— Третий брат?
Пань Баохуа не хотелось уходить:
— Уже уходим? Ну ладно, пусть дерутся.
Ся Сяолань не знала, почему Фаэнь набросился на Харолда. Харолд тоже был не промах и не стал бы стоять на месте, пока его бьют. Двое мужчин обменивались ударами на лестнице, ситуация была опасной, и гости на балу испуганно вскрикивали.
К лестнице бежали люди: телохранители Харолда и помощники Фаэня. Пользуясь суматохой, Пань Баохуа прикрывал Ся Сяолань, когда они поднимались наверх.
Женщина средних лет смотрела на драку с явным гневом:
— Фаэнь!
На ней был легкий макияж, одежда не бросалась в глаза, но ее манеры были куда изысканнее, чем у дам, увешанных драгоценностями. Она родилась в 1940 году, в этом году ей исполнилось сорок шесть, но выглядела она как минимум на семь-восемь лет моложе. Она не была ослепительной красавицей, но ее лицо располагало к себе. Такая женщина не поражала яркостью, в ее облике не было агрессии, черты лица были гармоничными и очень приятными.
Она была не кто иная, как Цуй Ижу — бывшая жена Сюй Чжунъи, бывшая невестка бабушки Юй, а ныне супруга члена городского совета!
— Госпожа Чжан, здравствуйте.
Ся Сяолань внезапно возникла перед Цуй Ижу. Та нахмурилась, глядя на нее:
— Я вас не знаю. Кто вы такая?
Сопровождавшие ее телохранители хотели шагнуть вперед, но Пань Баохуа надавил им на плечи:
— Советую всем успокоиться. Если можно обойтись без силы, лучше так и сделать, я всегда был за мир. Просто хочу поговорить с женой вашего советника. Неужели она ведет себя важнее, чем первая леди?
Цуй Ижу почувствовала себя неловко от этих слов. Она, конечно, не могла сравниться с первой леди. Даже супруга президента на людях должна была казаться ближе к народу, иначе как получить голоса избирателей?
— Ничего страшного, пусть подойдет. Я хочу послушать, что она скажет.
Цуй Ижу все это время находилась в малом зале наверху и еще не спускалась к гостям. Ее сын дрался на лестнице с Харолдом, но она на удивление быстро взяла себя в руки и снова села в кресло.
— Говорите. Кто вы и что вам от меня нужно?
Ся Сяолань улыбнулась:
— Прошу прощения за беспокойство. Не знаю, слышали ли вы мое имя, поэтому представлюсь: меня зовут Ся Сяолань, я из Китая, из провинции Юнань. Вы ведь помните это место, госпожа?
Брови Цуй Ижу слегка дрогнули.
— Я знаю о вас, Тина упоминала ваше имя. Она тоже собиралась сегодня на бал, но не говорила, что вы из Юнани.
Ся Сяолань не интересовало, почему Тина не пришла. Ей важно было понять, что на уме у Цуй Ижу:
— Не знаю, вспоминаете ли вы о Юнани. С тех пор как вы покинули те края и уехали в Америку, прошло уже двадцать лет. За это время многое изменилось.
Ся Сяолань протянула Цуй Ижу переснятый семейный снимок.
— Сначала я хотела действовать медленно, прощупывать почву издалека. Но когда я подумала, что одна пожилая женщина ждет уже двадцать лет, мне показалось, что каждая минута моих расспросов — это пустая трата ее жизни… Что бы ни произошло в прошлом, я считаю, вы должны ей всё объяснить.
Фотография, которую Ся Сяолань дала Цуй Ижу, была тем самым снимком, который дала ей бабушка Юй. По сравнению с фотографиями новой семьи Цуй Ижу, старое фото было не лучшего качества. Но Ся Сяолань была уверена: если у Цуй Ижу не пропала память, она обязана узнать этот снимок.
Она предполагала разные варианты развития событий, но не ожидала такой бурной реакции. Цуй Ижу смотрела на фото, и слезы градом покатились из ее глаз:
— Это… это… Откуда у вас это фото? Почему оно у вас?!
Цуй Ижу внезапно схватила Ся Сяолань за руку. У нее были тонкие пальцы, а кожа казалась еще более нежной, чем у юной Ся Сяолань. Держать такую женщину за руку было бы одно удовольствие, если бы не ее хватка — удивительно крепкая, совершенно не вяжущаяся с ее образом.
Ся Сяолань с усилием высвободила руку:
— В том, что оно у меня, нет ничего странного. Меня больше удивляет ваша реакция. Я думала, вы станете всё отрицать!
Цуй Ижу была в сильном волнении:
— Почему я должна отрицать? Это… кто вы такая на самом деле? Какова ваша цель?
Цуй Ижу действительно ничего не знала? Ся Сяолань пыталась найти подвох в ее мимике. Но глаза Цуй Ижу покраснели, на ресницах дрожали слезы — это совсем не было похоже на игру. Неужели ее все эти годы держали в неведении?
Ся Сяолань не была наивной простушкой и не спешила верить Цуй Ижу на слово.
Послышались быстрые шаги — кто-то поднимался по лестнице. В малый зал вошел Фаэнь с разбитым лицом. У него распух глаз — видимо, досталось от Харолда. Неизвестно, кто из них в итоге одержал верх. Следом за Фаэнем вошла миссис Уилсон.
Цуй Ижу поспешно спрятала фотографию и вытерла глаза.
— Подруга моя, мне так жаль!
Миссис Уилсон знала, из-за чего Фаэнь подрался с Харолдом. Атмосфера бала была безнадежно испорчена, гости шептались. Успокоив приглашенных, миссис Уилсон поднялась наверх, чтобы извиниться перед Цуй Ижу. Она не ожидала увидеть здесь Ся Сяолань. Подавив охватившие ее чувства, она произнесла:
— Что касается Харолда…
— Синсия, дорогая, это не твоя вина, ты не можешь отвечать за других. Я видела всё своими глазами: Фаэнь первым затеял драку. Это я должна извиняться, ведь Фаэнь испортил бал, который ты так тщательно готовила.
При миссис Уилсон продолжать разговор было невозможно. Ся Сяолань понимала, что момент неподходящий. Убедившись, что Цуй Ижу не страдает амнезией, она решила не торопиться.
— Не буду вам мешать, дамы.
Цуй Ижу хотела было окликнуть Ся Сяолань, но та уже спускалась вниз вместе с Пань Баохуа. Фаэнь шагнул им наперерез:
— Что ты сказала моей матери? Она плакала из-за тебя!
Ся Сяолань невинно захлопала глазами:
— А вы не задумывались? Может, она плачет оттого, что ее взрослый сын, прикрываясь маской джентльмена, ведет себя импульсивно и по-детски, доведя ее до слез?
— …!
Пань Баохуа с трудом сдерживался, чтобы не расхохотаться в голос. Ся Сяолань, не обращая внимания на перекошенное лицо Фаэня, прошла мимо.
У Фаэня распух глаз, но и Харолд выглядел не лучше: губа разбита, идеально уложенные волосы растрепаны. Харолд подошел к ней.
Ся Сяолань выразила явное нежелание общаться:
— Умоляю, я не хочу быть центром внимания. Все решат, что тебя побили из-за меня. Харолд, пусть в GMP все заблуждаются на мой счет, я даже извлекла из этого пользу. Но в этот раз — ни за что. Я не хочу снова становиться темой для сплетен богачей из Верхнего Ист-Сайда.
Харолд коснулся разбитой губы и горько усмехнулся, показав Ся Сяолань большой палец.
— Ну ты и даешь!
Он еще никогда не встречал женщины, которая так легко меняла бы маски. С кем он только что танцевал? С этой Ся Сяолань? Теперь всё казалось нереальным, словно плод его воображения.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
