— Чушь!
— Откуда у него взяться слабому месту!
— Кто-то ему улыбнется, и в доме становится светло даже без ламп?
— Тогда какой смысл был изобретать лампочку? Достаточно разок улыбнуться, и всё сразу будет!
Ду Чжаохуэй возразил подсознательно.
Но не только старик Цю говорил уверенно. Ду Чжаохуэй заметил, что даже его собственный телохранитель А Хуа смотрел на него с сочувствием и пониманием. — На что, блин, ты пялишься?! Настоящий неудачник, даже не знает, сколько грошей у него в кармане. Нищий, вынужденный рисковать ради него жизнью, и еще смеет ему сочувствовать?!
Ду Чжаохуэй кипел от ярости, но при этом почему-то почувствовал внезапную робость и замялся.
У него пересохло во рту, и он залпом осушил стоящую перед ним чашку чая. Черт, он оказался обжигающим, так что даже корень языка заныл от боли!
— Кто в опасности… нет, с чего вдруг возникла опасность?
Этими словами он окончательно выдал свою неуверенность. Не только старик Цю и А Хуа, но даже стоящий в стороне Чай Хай всё понял: оказывается, заносчивого Ду Чжаохуэя действительно удалось зацепить за живое.
Как же, черт возьми, это радовало!
Чай Хай терпеть не мог Ду Чжаохуэя, считая его богатым подонком.
Старик Цю снова налил ему вторую чашку чая:
— Почему опасность? Если бы ты потратил хотя бы каплю той энергии, с которой ведешь расследование против меня, на то, чтобы поинтересоваться ее делами, многое не пришлось бы объяснять. Я прошу молодого господина Ду о помощи, и ты можешь рассматривать эти два дела как одно.
Выражение лица Ду Чжаохуэя постоянно менялось.
— Хорошо, говори. Но если скажешь что-то не то, не вини меня в жестокости!
……
Ся Сяолань оставила дурочку Чжоу под присмотром Ци Вэй, не став вмешиваться в приезд Е Сяоциун в Нью-Йорк.
Напротив, Е Сяоциун сама пришла к ней.
Увидев Ся Сяолань, она добровольно призналась в содеянном:
— Ты уже знаешь, что Чжоу И ограбили? Это я организовала. Но действия тех двух бандитов превзошли мои ожидания. Я думала, они просто заберут деньги… В общем, я тогда перегнула палку.
Действительно, палку она перегнула.
То, что Е Сяоциун ненавидит Чжоу И — несомненно. Окажись Ся Сяолань на ее месте, ей тоже было бы трудно смириться.
Но есть много способов, как женщине отомстить женщине. Ся Сяолань не одобряла месть через изнасилование бандитами, точно так же, как она выступала против домашнего насилия.
В жизни, как и в бизнесе, должны быть свои границы.
— Чжоу И об этом не рассказывала, я сама догадалась. Видимо, она никому не говорила. Итак, что ты планируешь делать дальше?
Ся Сяолань не стала торопить Е Сяоциун.
Спешка не решает проблем, ей нужно было понять намерения Е Сяоциун.
Е Сяоциун улыбнулась: — Пока меня не было в Нью-Йорке, я постоянно думала, как отомстить семейке Юань, и одновременно проучить Чжоу И, чтобы наконец выплеснуть всю свою ярость.
Ся Сяолань спросила с любопытством: — Судя по всему, ты что-то придумала?
Е Сяоциун кивнула:
— Разумеется. Я хочу, чтобы Чжоу И прошла через то же, что и я. Семья Чжоу отправила ее учиться в Америку, чтобы разлучить с Юань Ханем, верно? Я помогу семье Чжоу, но и им придется посодействовать мне. Сейчас они отправили Юань Ханя в командировку в глушь, но этого недостаточно. Юань Ханю должно стать еще хуже. Он должен почувствовать, что на семью Чжоу нельзя положиться, и начать искать другие пути наверх. И вот в этот момент он встречает богатую наследницу из Гонконга, приехавшую инвестировать в материковый Китай. Как думаешь, ухватится ли он за такой шанс всеми силами?
С точки зрения логики всё сходилось.
Ся Сяолань была поражена смелостью и решительностью Е Сяоциун:
— Ты ведь не собираешься сама играть роль богатой наследницы из Гонконга?
Пластическая операция — это очень больно.
А если без операции… Ся Сяолань смутно припомнила сюжет одной мыльной оперы из будущего, то ли «Искушение жены», то ли «Соблазн дома»… В общем, всякая дребедень, которую обожала смотреть ее домработница в прошлой жизни!
Е Сяоциун скривилась от отвращения:
— Как я могу пойти сама? При виде Юань Ханя мне хочется его убить, я не смогу играть роль. Я нашла в Гонконге проститутку и отправлю ее!
Ся Сяолань не ожидала, что Е Сяоциун расскажет ей такое.
Нанять проститутку на роль богатой наследницы… У разных людей разная выправка. Юань Хань, этот альфонс, сумел обмануть и Е Сяоциун, и Чжоу И, так что управляться с женщинами он умеет.
— Разве проститутка сможет сыграть убедительно?
Взгляд Е Сяоциун на мгновение стал отсутствующим, затем она самокритично усмехнулась:
— Неважно, будет ли это похоже на правду, Юань Ханю на это наплевать. Ему нужна женщина, которая поможет ему подняться. Если путь через семью Чжоу закрыт, он обязательно вцепится в любую другую опору… И тут как снег на голову — богатая наследница из Гонконга. Юань Хань ее не упустит. Мои расчеты не беспочвенны: инвестиции в материк — это реальность, идея второго молодого господина Ду. У меня лишь свой корыстный интерес — объединить эти два дела. Инвестиции гонконгских бизнесменов — чистая правда, и на таком фоне Юань Хань точно не отличит ложь от истины.
Услышав об инвестициях, Ся Сяолань насторожилась.
— Ты просишь помощи у семьи Чжоу, но не для того же, чтобы они дали «зеленый свет» инвестициям Ду Чжаоцзи? Если просьба в этом, то лучше забудь — семья Чжоу на такое не пойдет.
Из-за одной Чжоу И семья Чжоу может постепенно ее воспитывать, им незачем злоупотреблять властью в личных интересах.
Даже Ся Сяолань не просила семью Чжоу о покровительстве в делах, с чего бы им помогать Ду Чжаоцзи?
То, что они позволили Е Сяоциун участвовать, вовсе не значило, что семья Чжоу и Ся Сяолань рассчитывали только на ее помощь в «просветлении» Чжоу И. Скорее, Чжоу Вэньбан чувствовал, что капризы его дочери косвенно навредили Е Сяоциун. Испытывая угрызения совести и желая искупить грехи Чжоу И, он позволил Е Сяоциун делать с дочерью всё, что та пожелает!
Е Сяоциун покачала головой: — Нет, всё не так. Я лишь использую факт инвестиций второго молодого господина Ду, чтобы разыграть спектакль и поймать Юань Ханя на крючок. Мне не нужно, чтобы семья Чжоу помогала второму молодому господину Ду продвигаться на материке.
Вот как?
Ся Сяолань всё равно чувствовала неладное.
Был уже сентябрь, соревнование между Ду Чжаохуэем и Ду Чжаоцзи за 5% акций перевалило за экватор.
Электронный центр Ду Чжаохуэя стремительно строился.
Ду Чжаоцзи строил завод в Таиланде, экспортируя продукцию в США.
Направления их бизнеса различались, и рано или поздно должен был определиться победитель… Разве в такой момент Ду Чжаоцзи не должен сосредоточиться на заводе в Таиланде? А у него, оказывается, еще остаются силы на инвестиции в материковый Китай.
Чем больше размах, тем меньше шансов на победу, если не уделять должного внимания текущим делам. Ся Сяолань подозревала, что так Ду Чжаоцзи проиграет еще с большим треском.
Подавив сомнения, она с улыбкой кивнула:
— Думаю, это отличная идея. Интересно, куда именно второй молодой господин Ду планирует вложиться?
Е Сяоциун замялась: — …По идее, мне не стоит говорить о планах молодого господина Ду, которые еще не реализованы, но ты всё равно рано или поздно узнаешь. Поэтому не буду скрывать: он определенно собирается в Специальный район Пэнчэн.
Из десяти иностранных инвесторов восемь выбирают Пэнчэн.
В особой экономической зоне отличные условия, было бы глупо не выбрать Пэнчэн.
Но ведь Ду Чжаохуэй тоже в Пэнчэне.
Ся Сяолань подумала, что, возможно, накручивает себя, но осторожность никогда не помешает. Она тут же предложила Е Сяоциун:
— Какое совпадение! В ближайшие дни я, скорее всего, тоже вернусь на родину. И в Пэнчэн обязательно загляну. Не хочешь поехать со мной?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
