— Да, спасибо за добрые намерения, они как раз дали мне повод уйти пораньше. Но я не люблю, когда меня держат в неведении. Зачем ты всё-таки приехал в аэропорт?
Ся Сяолань не отступала.
Ду Чжаохуэй мямлил и никак не хотел отвечать. Ся Сяолань потребовала высадить её, и тогда водитель медленно припарковал машину у обочины и снял кепку:
— Это я попросил молодого господина Ду о помощи, я хотел встретиться с вами наедине.
Как только водитель заговорил, Ся Сяолань и Пань Баохуа тут же обратили на него внимание.
Ся Сяолань с запозданием поняла, что за рулём был вовсе не А Хуа, которому Ду Чжаохуэй доверял больше всего. Пань Баохуа, сев в машину, сразу занял переднее пассажирское сиденье, но не придал значения водителю… Он обращал внимание только на тех, кто представлял угрозу, а водитель выглядел обычным, без злого умысла или опасности. Этого худощавого мужчину средних лет Пань Баохуа мог бы придушить одной рукой, как цыплёнка.
Но когда водитель внезапно заговорил, Пань Баохуа мигом насторожился: в этом человеке почти не чувствовалось жизни, казалось, он держится на последнем издыхании, словно призрак!
Ся Сяолань тоже была удивлена.
Первое впечатление — этот мужчина был невероятно худым!
Второе — он казался ей знакомым.
Она точно никогда его не видела, а память у Ся Сяолань всегда была хорошей.
— Мы знакомы?
Ду Чжаохуэй пару раз кашлянул:
— Позволь мне представить тебя. Это господин Цю.
Господин Цю?
Тот самый, что специализируется на перепродаже антиквариата.
Ся Сяолань не понимала, зачем господину Цю понадобилось встречаться с ней.
Господин Цю вымученно улыбнулся:
— Хоть вы и не знаете меня, я знаю вас уже давно. Мне очень жаль, что приходится встречаться с вами вот так, прячась, но я полон благодарности.
За что ему было её благодарить?
У них не было никаких общих дел.
Ся Сяолань пристально уставилась на него:
— Кто вы на самом деле!
Господин Цю, прикрыв рот рукой, закашлялся:
— Я трус, который должен был давно умереть, но не посмел… ничтожество, влачащее существование в тени, не выносящее дневного света…
Ся Сяолань медленно прищурилась.
— Теперь я знаю, кто вы. Вы дали себе очень точное определение — вы действительно трус. Хоть я и не имела дел с господином Цю, я знаю, что он человек в Гонконге влиятельный. А я-то думала, что вы в бегах и терпите лишения, а вы, оказывается, стали такой важной фигурой. Мне правда больно за Юй Найнай!
Простой посредник антиквариата не стал бы приходить к Ся Сяолань и говорить такие странные вещи.
Только один человек мог появиться в такой момент!
Сюй Чжунъи!
Этот господин Цю — Сюй Чжунъи!
Сюй Чжунъи совсем не походил на того человека с фотографии.
Ся Сяолань показалось его лицо знакомым из-за глаз — они были похожи на глаза Фаэня… Сопоставив это с его странными словами, Ся Сяолань пришла к такому выводу!
Нет, не только глаза напоминали Фаэня, но и фигура…
— Тот бездомный в Сан-Франциско, который предупредил меня… это были вы сами?!
Господин Цю медленно кивнул:
— Это был я.
В тот раз ему не следовало появляться в Лос-Анджелесе.
Однако расследование Ся Сяолань шаг за шагом привлекало внимание Чжан Цзядуна. Он должен был предупредить её. Ему не обязательно было идти самому, но у него были свои личные причины.
Ся Сяолань даже усмехнулась от гнева:
— Хорошо, очень хорошо, какой способный! Я и впрямь не ошиблась в господине Цю, ваши возможности огромны. У вас свой бизнес в Гонконге, вы можете свободно летать в Америку, и только на материк вернуться не в состоянии.
Вспомнить только тот антиквариат, что продал Юань Хань — во сколько раз дороже его перепродали после отправки в Гонконг.
Такой человек, как господин Цю, не мог нуждаться в деньгах.
Заниматься крупным бизнесом в Гонконге, пока родная мать подметает улицы на материке?
Они говорили недомолвками, но Пань Баохуа, наконец, разгадал эту шараду и был потрясен еще больше:
— Так вы и есть Сюй Чжунъи?
Верно, он и был Сюй Чжунъи.
Этим именем он не пользовался уже много лет.
Он влачил существование под чужой личиной. Господин Цю самокритично усмехнулся:
— Пока я не убил врага собственными руками, я не имею права называться этим именем. Сюй Чжунъи мертв, остался лишь «господин Цю».
Пань Баохуа слушать это было неприятно:
— Впервые вижу, чтобы кто-то сам величал себя господином.
Господин Цю покачал головой:
— Я не высокомерен. Кто бы ни занимал это место, его называют «господин Цю». Это не имя, а лишь кодовое обозначение. «Господ Цю» может быть много, просто сейчас настала моя очередь занимать этот пост.
Ду Чжаохуэй наконец не выдержал и влез в разговор, чтобы покрасоваться:
— Да расхититель гробниц он! Говорит так изящно, что ничего не понятно!
Ду Чжаохуэй долго терпел. Группировка расхитителей гробниц, перебравшись в Гонконг, в одночасье превратилась в посредников по торговле антиквариатом.
Он узнал об их прошлом статусе, за что его и пригласили на корабль «попить чайку». Ну, попить так попить, изначально это он должен был угрожать господину Цю, а вышло наоборот — господин Цю сам ему пригрозил.
Вспоминая об этом, Ду Чжаохуэй всё еще злился.
Но когда господин Цю сказал, что Ся Сяолань в опасности, он не смог сдержаться и в итоге согласился в это ввязаться.
А эта женщина, Ся Сяолань, даже не выказала благодарности… Ду Чжаохуэй украдкой зыркнул на неё, но когда Ся Сяолань посмотрела в ответ, он сам немного смутился.
Господин Цю не стал ничего скрывать:
— Император У-ди династии Вэй, чтобы собрать средства на нужды армии, учредил такие воинские звания, как «фацю чжунланцзян» и «моцзинь сяовэй», специально для добычи сокровищ из древних захоронений. Позже эти звания исчезли, но названия сохранились. В среде расхитителей гробниц есть школа под названием «генералы Фацю». Название изменили с иероглифа «холм» на фамильный иероглиф «Цю», чтобы отвести глаза.
Ся Сяолань в прошлой жизни не читала книг вроде «Записок расхитителя гробниц», иначе объяснения господина Цю показались бы ей знакомыми.
Но она умела выделять главное:
— Так значит, вы стали расхитителем гробниц?
К счастью, господин Цю покачал головой:
— Я не грабил могил. С тех пор как я возглавил это дело, мы тем более не принимаем товар, только что извлеченный из земли. Это лишь название. Неважно, как меня зовут. Я попросил молодого господина Ду заманить вас на встречу, чтобы уберечь от опасности. Вам не стоит ехать вместе с Чжан Цзядуном.
Ся Сяолань понимающе кивнула:
— Похоже, я не ошиблась в своих поисках — ваш враг действительно Чжан Цзядун. На этот раз, когда Чжан Цзядун покинул Америку, у вас появился лучший шанс для мести, поэтому вы не выдержали и раскрыли мне свою личность!
Сюй Чжунъи выглядел совсем иначе.
Ся Сяолань наблюдала очень внимательно. Сейчас руки господина Цю всё еще лежали на руле, рукав немного соскользнул, обнажив запястье.
На запястье были шрамы — вероятно, остались после тех ожогов?
Значит, господин Цю действительно был Сюй Чжунъи. Его лицо было заурядным и каким-то неестественным; если присмотреться, линия роста волос была неровной… Сюй Чжунъи наверняка перенес пластическую операцию, чтобы восстановить лицо после ожогов, а заодно и скрыться от преследования Чжан Цзядуна.
В конце концов, внешность изменилась, и если он будет осторожен, враг его точно не узнает.
Слова Сюй Чжунъи и дополнения Ду Чжаохуэя заставили Ся Сяолань немного успокоиться.
Сюй Чжунъи не сразу стал «господином Цю». Вероятно, он унаследовал влияние предыдущего «господина Цю», и так обрел нынешнюю власть. Почему он все эти годы не мог связаться с Юй Найнай — Сюй Чжунъи не обязан был объяснять ей. Эти слова он должен будет сказать лично своей матери!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
