Ху Юнцай не стал упоминать те безумные слова, что Ся Дачжун наговорил напоследок.
Зачем зря смущать Ся Сяолань?
— Ой, и не вспоминай, — махнул рукой Ху Юнцай. — Пришли эти двое, просили устроить их на работу. Ту женщину зовут Фань Юй, она как-то с моей благоверной познакомилась, притащила подарков, оставила у меня дома и убежала. Мне стало неловко отказывать, хотел пристроить её на кухню в подсобки, а она, видишь ли, и смотреть на это не хочет — ей подавай место официантки! Тут я, конечно, не властен, так что пришлось наотрез отказать.
Просто официанткой?
Глядя на них, Ся Сяолань понимала, что Фань Юй и Ся Дачжун вряд ли голодают. Если Фань Юй действительно искала работу, ей не следовало так перебирать вакансиями.
Прибежала специально в гостиницу горкома, метит в официантки… Видимо, Фань Юй, вкусив сладкой жизни с Фань Чжэньчуанем, теперь надеялась подцепить какого-нибудь другого начальника?
На мгновение Ся Сяолань даже чуть не пожалела Ся Дачжуна. У Фань Юй слишком шальные амбиции, и нетрудно было предсказать, что на голове Ся Дачжуна скоро вырастут ветвистые рога. Пока жизнь не угаснет, суета не прекратится. Получив отказ от Ху Юнцая, Фань Юй наверняка станет искать другие пути, но это уже была проблема Ся Дачжуна, а не то, о чем стоило беспокоиться Ся Сяолань.
Ся Сяолань не хотела больше следить за этой парой.
Судя по всему, маме было всё равно, а ей тем более.
Только те женщины, у которых после развода жизнь не заладилась, целыми днями следят за бывшими мужьями. Когда жизнь полна счастья и забот, нет времени тратить его на посторонних людей.
Сегодняшняя встреча была случайностью, вероятность того, что их пути пересекутся снова, крайне мала.
Ся Сяолань немного поболтала с Ху Юнцаем. Чжоу Чэна рядом не было — Шао Лиминь снова позвал его к себе, на этот раз одного.
Когда Чжоу Чэн вернулся, он принес Ся Сяолань новость:
— Городские власти хотят переговорить с отцом и сыном Сюй. Дядя Шао тоже на этом настаивает и просит нас выступить посредниками.
— И что ты об этом думаешь?
Ся Сяолань не очень хотелось в это ввязываться. Она и так задержалась в стране на несколько дней. Ей хотелось подольше побыть с Чжоу Чэном, поэтому она не заводила разговор о возвращении в Америку. На самом деле, отпуск, взятый в университете, подходил к концу. Сейчас правильнее всего было бы вернуться в Пэнчэн — они с Е Сяоциун договаривались встретиться там, но из-за непредвиденного дела Чжан Цзядуна Ся Сяолань уже подвела её.
Продинамить Е Сяоциун было не так страшно, но Ся Сяолань чувствовала своим долгом предупредить Ду Чжаохуэя.
То, что Ду Чжаоцзи решил инвестировать в Пэнчэн именно сейчас, не вписывалось в логику.
— Я сказал, что не могу решать за двоих, и сообщил дяде Шао, что должен вернуться и спросить твоего мнения.
Чжоу Чэн ответил без обиняков, и Ся Сяолань рассмеялась:
— Товарищ Чжоу Чэн, ну хватит уже. Тебе-то на репутацию наплевать, а я не хочу, чтобы меня все считали мегерой!
Репутация?
Разве мужчина выглядит достойно, когда орет на свою жену на людях? Уважение должно быть взаимным. Чем больше он показывал, как ценит Сяо Лань и как советуется с ней по любому поводу, тем яснее окружающие понимали её значимость для него.
— Ах ты, маленькая неблагодарная, — улыбнулся Чжоу Чэн. — И как мне тогда ответить дяде Шао? Сказать, что мы не хотим в это лезть?
Ся Сяолань стало немного неловко. Она чувствовала, что пользуется его любовью и помыкает им, но Чжоу Чэн и сам был рад этому. Ся Сяолань перестала вредничать:
— Тогда задержимся в Шанду еще на день. Завтра я хочу снова взглянуть на то здание, которое мне подарила Юй Найнай. Пользуясь случаем, хочу разом решить все вопросы, оставшиеся от прошлого.
Чжоу Чэн кивнул.
На самом деле ему звонили из Пекина — родные узнали, что Сяо Лань вернулась в страну, и спрашивали, не собирается ли она в столицу. Но Чжоу Чэн не хотел, чтобы его любимая переутомлялась, поэтому, ничего не говоря ей, сразу отказал.
Сюй Чжунъи тоже не горел желанием общаться с чиновниками, ведь он не был настоящим иностранным инвестором. Однако отец и сын Сюй собирались построить в Шанду музей, а для получения разрешений и оформления документов так или иначе приходилось взаимодействовать с властями.
А когда речь идет об инвестициях, договориться всегда проще.
На следующий день Сюй Чжунъи взял Сюй Чанлэ и отправился в мэрию Шанду, а Чжоу Чэн с Ся Сяолань снова поехали на площадь Эрци.
…
Они не спеша гуляли по площади, обсуждая, что делать с этим маленьким зданием, как вдруг заметили группу людей, крутившихся возле магазина «Синий феникс». У одних в руках были бумага и ручки, у других — рулетки и веревки. Похоже, они делали замеры.
Ся Сяолань и Чжоу Чэн переглянулись и зашли в «Синий феникс».
Продавщицы очень обрадовались, особенно Ма Вэй, которую когда-то нанимала сама Ся Сяолань:
— Директор Ся, вы действительно вернулись в Шанду!
Ся Сяолань махнула рукой:
— Я теперь не твой босс, не стоит меня так называть.
Но разве это было возможно? Владельцы шандуского «Синего феникса» менялись, но в душе Ма Вэй по-прежнему признавала Ся Сяолань своим руководителем и искренне восхищалась ею.
Когда Ся Сяолань была здесь, она всегда придумывала столько способов продвижения товара; торговля в «Синем фениксе» шла бойко, и магазин прославился на весь город. Позже, когда Ся Сяолань уехала в Пекин и делами занялась Ли Фэнмэй, торговля стала чуть хуже. А теперь, при новых управляющих… дело не пошло в гору, а скорее держалось на старых запасах.
У Ма Вэй была возможность переехать работать в Пекин, но она сама не захотела покидать родные края, считая, что в Шанду ей привычнее. Однако теперь её развитие явно отставало от успехов столичных продавщиц.
Ма Вэй была в восторге. Тут же подошла и старшая невестка Ли Фэнмэй, закончив раскладку товара.
Ся Сяолань указала на людей снаружи:
— Тётушка, вы не знаете, что это за люди?
— Они уже второй раз приходят. Говорят, строить что-то собираются. Я так, краем уха слышала, не знаю, правда ли.
Строить? На её участке?
Ся Сяолань поразилась беспечности этой женщины:
— Почему же вы не сказали об этом раньше? Место, которое они замеряют, включает в себя и магазин одежды. Если этот участок заберут, где тогда работать?
— А?!
Старшая невестка Ли Фэнмэй опешила.
Она была простой сельской женщиной, которую Ли Фэнмэй привезла в город. Одеваться она стала моднее, но житейской мудрости не прибавилось. Ли Фэнмэй велела ей присматривать за магазином, и она со всем усердием погрузилась в работу. Она строго следила за продавщицами, боясь, что кто-то будет отлынивать. В магазине сохранялись старые порядки, она лишь занималась закупками, да и фасоны подбирала сама Ли Фэнмэй в Янчэн. Кроме торговли, она ни в чем не разбиралась.
— Но разве этот магазин не Фэнмэй арендовала? Слышала, договор подписали на десять лет, неужели нас могут выселить?
Кто арендовал, тот и хозяин — логика была незамысловатой.
Ся Сяолань покачала головой:
— Тётушка, неважно, в аренде он или в собственности — нужно смотреть план городского развития. Если он идет вразрез с планом, переезжать придется в любом случае.
В восемьдесят шестом году и думать было нечего о том, чтобы стать «домом-гвоздем». Ся Сяолань и сама не собиралась им становиться — она занималась недвижимостью в Пэнчэн и знала, какая это головная боль. Но это было золотое место. Если землю изымут под застройку… даже если ей выплатят сотни тысяч компенсации, сердце будет болеть, тем более что столько ей никто не даст!
Невестка Ли Фэнмэй запаниковала. Ся Сяолань вышла из магазина. Чжоу Чэн подошел к замерщикам, раздал несколько сигарет и вскоре разговорился с ними.
Спустя некоторое время Чжоу Чэн вернулся:
— Разузнал. Говорят, здесь будут строить торговый центр. Вот, замеряют землю.
Торговый центр?
Ся Сяолань чуть не забыла об этом. Маленькое здание, которое подарила ей Юй Найнай, стояло как раз на том самом месте, где в её прошлой жизни возвышался знаменитый шандуский универмаг «Азия».
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
