— У второго молодого господина отличная память, мы и правда виделись.
Здесь была штаб-квартира «Чэнжун Груп», и Ся Сяолань ни капли не тушевалась.
Улыбка Ду Чжаоцзи стала еще шире.
— Это моя вина. Хоть я и видел госпожу Ся, я принял её за красивую пустышку. Если бы я раньше знал о способностях госпожи Ся, мы могли бы стать друзьями гораздо раньше!
На закрытом аукционе он принял Ся Сяолань за спутницу Тан Юаньюэ.
Она была хороша собой, но к Ду Чжаоцзи это не имело никакого отношения, так с чего бы ему интересоваться её прошлым!
В Америке Ся Сяолань была вместе с китайской делегацией, и Ду Чжаоцзи решил, что она оказалась там только из-за Чжоу Чэна.
Лишь после того, как он провалил сделку по покупке производственной линии, он начал расследование в отношении Чжоу Чэна и Ся Сяолань.
Если бы он раньше знал, что у Ду Чжаохуэя есть такая помощница, он бы точно не проявил неосторожность. Ся Сяолань выглядела как декоративная «ваза», но её поступки не имели с этим ничего общего.
Она была настолько обманчива, что человек мог легко вляпаться в неприятности, сам того не замечая…
Ся Сяолань расплылась в улыбке.
— Чтобы стать друзьями, никогда не поздно, не так ли, второй молодой господин? Кстати, когда мы виделись в Америке, я заметила одну старую знакомую, которая работала у вас ассистенткой. Приехав в Гонконг, я хотела бы с ней поболтать о прошлом. Не могли бы вы устроить нам встречу?
— Госпожа Ся, должно быть, говорит о Е Сяоциун. Боюсь, мне придется вас разочаровать: Е Сяоциун уже уволилась, и я понятия не имею, где она сейчас.
Ду Чжаоцзи лгал, не моргнув и глазом, и Ся Сяолань, конечно же, не поверила ни единому его слову.
Е Сяоциун еще не успела отомстить до конца, она бы ни за что не уволилась.
— Вот оно как. Если Е Сяоциун снова свяжется с вами, будьте добры, передайте ей, что я её ищу. А сейчас не буду вас больше отвлекать, сегодня вы наверняка очень заняты!
Ся Сяолань немного отошла, пропуская Ду Чжаоцзи к лифту.
Ду Чжаоцзи, конечно, был занят — этот человек не откажется от борьбы с Ду Чжаохуэем до самого последнего момента.
Пять процентов акций «Чэнжун Груп» — это огромная ценность, а учитывая скрытый смысл, который стоял за этими процентами, как Ду Чжаоцзи мог теперь отступиться?
Ся Сяолань не сердилась на то, что Ду Чжаоцзи нагло врет ей в лицо.
Когда он ушел, она спросила А Хуа:
— Ваш старший молодой господин правда уверен, что сможет найти Е Сяоциун?
— Пока второй молодой господин не вывез её за пределы Гонконга, мы перевернем здесь каждый камень, но найдем её для госпожи Ся.
Ся Сяолань кивнула.
— Это было бы лучше всего. Надеюсь, сегодняшний весенний банкет сможет задержать Ду Чжаоцзи.
Полагаться только на Ду Чжаохуэя она не решалась. Здесь, в Гонконге, Ся Сяолань могла также попросить о помощи Сюй Чжунъи.
Сюй Чжунъи не оставил личность «дядюшки Цю». Узнав об этом деле, он велел Ся Сяолань терпеливо ждать новостей и обещал прислать людей, как только появятся какие-либо подвижки.
На самом деле Ся Сяолань не боялась, что Ду Чжаоцзи временно держит Е Сяоциун под домашним арестом.
Арест — это еще полбеды, в худшем случае ей просто не дают связаться с внешним миром.
Она боялась, что Ду Чжаоцзи в порыве злости может совершить что-то непоправимое… Е Сяоциун — человек с очень развитым чувством собственного достоинства. Больше всего Ся Сяолань опасалась морального унижения девушки. Какая-нибудь дурочка вроде Чжоу И, подвергшись унижению, могла бы даже не осознать этого, но Е Сяоциун была крайне чувствительна и находилась в состоянии предельного напряжения из-за жажды мести. Любое оскорбление стало бы для неё последней каплей!
Зачем Ся Сяолань вообще затеяла всё это?
Узнав, что Е Сяоциун заперла все «улики» в банковской ячейке, а не отдала их Ду Чжаоцзи, Ся Сяолань смогла примерно понять ход её мыслей.
За этим поступком стояло столько внутренней борьбы!
Бай Чжэньчжу как-то спрашивала Ся Сяолань, зачем она помогает Е Сяоциун, и по сей день принципы Сяолань не изменились.
Ей нравились сильные и самостоятельные люди, будь то мужчина или женщина.
Если это было в её силах, Ся Сяолань не жалела усилий, чтобы протянуть такому человеку руку помощи.
Более того, если бы Е Сяоциун просто покорно выполняла волю Ду Чжаоцзи, она бы сейчас спокойно работала его личным помощником и не «исчезла» бы… В конце концов, ненависть не окончательно застлала глаза этой девушке, она не захотела втягивать слишком много невинных людей, и именно поэтому у них с Ду Чжаоцзи возникли разногласия.
То, что она передала ключи Ся Сяолань через уличную женщину, было своего рода манифестом.
Е Сяоциун, вероятно, чувствовала, что если её месть затронет так много людей, то пусть окончательное решение принимает Ся Сяолань.
Чем больше Ся Сяолань анализировала ситуацию, тем сильнее ей хотелось вздохнуть:
— Какая же глупая девчонка. Неудивительно, что раньше её обижали. Почему она не подумала: а если я заберу «улики» и брошу её на произвол судьбы, кто придет ей на помощь?
Ся Сяолань не шутила, она вполне серьезно предостерегла Сяо Юй:
— И ты ни в коем случае не бери с неё пример. Надейся не на других, а на себя. В любой ситуации нужно в первую очередь спасать себя самой и не возлагать последние надежды на чужую совесть!
Сяо Юй всегда слушалась Ся Сяолань, но в этот раз возразила:
— Она правильно сделала, что доверилась вам. Если бы я оказалась в такой ситуации, я бы тоже решила отдать доказательства вам!
Эта Е Сяоциун раньше долго ходила кругами и наделала много лишнего, но в самый ответственный момент всё-таки прозрела.
Будь на её месте Юй Ли, она бы давно выбрала сотрудничество с Ся Сяолань. Она слепо обожала свою начальницу и была твердо уверена: какое бы трудное дело ни подвернулось, если госпожа Ся возьмется за него, решение обязательно найдется.
А вот если даже госпожа Ся не сможет помочь — вот тогда действительно стоит отчаяться.
Госпожа Ся — по-настоящему замечательный человек!
Ся Сяолань не выдержала:
— Сяо Юй, учись секретарскому делу как следует, а не перенимай у некоторых манеру льстить.
А Хуа невольно почувствовал укол совести. Был ли он одним из этих «некоторых» в словах госпожи Ся? Наверное, нет. Он телохранитель старшего молодого господина, а не секретарь. Да, это точно не про него.
Сяо Юй обиженно пробормотала:
— Госпожа Ся, я говорю от чистого сердца. Вы и правда хороший человек.
— …Ладно, я поняла, закроем эту тему.
Ся Сяолань чувствовала себя неловко.
Она не боялась, когда подчиненные льстят, она боялась, когда они делают это с предельно искренним лицом — тогда она могла не удержаться и сама повысить им зарплату!
Ся Сяолань недолго пробыла в кабинете Ду Чжаохуэя, так как снизу поднялся секретарь Ду Чэнжуна и лично пригласил её наверх:
— Госпожа Ся, прошу прощения. Председатель Ду просит вас зайти к нему. Вам сейчас удобно?
— Просит меня?
— Да, из-за того, что старший молодой господин и второй молодой господин поссорились из-за вас, господин председатель сказал…
Хе-хе.
Она так и знала, что поездка в Гонконг не будет такой уж легкой и беззаботной!
На чужой территории всё же стоило проявить уважение к хозяину, поэтому к приглашению Ду Чэнжуна Ся Сяолань отнеслась со всей серьезностью.
— Тогда идемте, не будем заставлять председателя Ду ждать.
С госпожой Ся было легко договориться, чему секретарь несказанно обрадовался. Он повел Ся Сяолань обратно тем же путем. На этот раз А Хуа и Сяо Юй не разрешили войти в кабинет — Ся Сяолань зашла одна.
Ду Чжаохуэй и Ду Чжаоцзи стояли, а Ду Чэнжун указал на стул перед рабочим столом:
— Госпожа Ся, присаживайтесь, пожалуйста. Это дела семейные, и мне искренне жаль, что приходится беспокоить вас этой поездкой!
— Председатель Ду, вы шутите. Для меня честь снова встретиться с вами… Позвольте узнать, какова цель нашей встречи?
Ся Сяолань была гостьей, а не пришла выслушивать нотации, так что даже если бы Ду Чэнжун не предложил ей сесть, она бы не осталась стоять.
Устроившись на стуле, Ся Сяолань сосредоточилась исключительно на мнении самого Ду Чэнжуна.
Ду Чэнжун посмотрел на Ду Чжаоцзи:
— Я пригласил госпожу Ся, как ты и просил. Если хочешь что-то у неё выяснить — спрашивай скорее. И помни, госпожа Ся — наша гостья, следи за своим тоном!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
