Хэ Шиюань уже бесчисленное количество раз представляла себе эту сцену.
Она тут же закуталась в одеяло. Удары метлы через одеяло были не болезненными, зато Юань Хань остался совершенно голым и получил от Чжоу И сполна. Его тело мгновенно покрылось следами от побоев.
Хэ Шиюань завизжала, веля Чжоу И убираться вон, и спряталась за спину Юань Ханя.
Чжоу И была так разгневана, что ее глаза налились кровью:
— Ты кто такая? Это ты убирайся вон! Юань, скажи этой порванной обуви, кто я такая!
Юань Хань, будучи совершенно нагим и изнывая от боли, мог лишь прикрыться подушкой.
— Чжоу… Чжоу И… Как ты…
— Хочешь спросить, почему я не в Америке? Если бы я не вернулась внезапно, как бы я поймала тебя на месте преступления!
Сколько бы красивых слов ни было припасено у Юань Ханя, сейчас он лишился дара речи.
Чжоу И застала его на горячем, оправдываться было бесполезно!
В этом и заключалась главная беда мужчины, живущего за чужой счет. Будь на его месте кто-то посильнее, застукай его в постели «желтолицая жена», он бы, пожалуй, еще и сам разозлился, обвинив ее в глупости.
Но Юань Хань? Юань Хань не смел!
Его наваждение и похоть мгновенно улетучились.
Если Чжоу И поймала его, знает ли об этом семья Чжоу? И как они собираются с ним поступить?
Уворачиваясь от метлы, Юань Хань взглянул на дверь. Чжоу И даже не закрыла ее, так что жильцы гостиницы уже сбежались на шум. Сцены поимки неверных мужей всегда привлекают зевак. Слава богу, среди любопытных лиц не было никого из семьи Чжоу!
Была только одна Чжоу И.
В голове у Юань Ханя прояснилось. Он рухнул на колени прямо на кровати и вцепился в талию Чжоу И:
— Сяо И, я виноват! Я просто слишком скучал по тебе, на меня словно нашло что-то… Прости меня, побей до смерти, если тебе так станет легче. Сяо И, с этой женщиной у меня ничего серьезного, это она меня соблазнила!
В это время Е Сяоциун стояла в коридоре.
Ся Сяолань и Чжоу Чэн решили, что стоять прямо там не совсем удобно, и остановились у дверей соседнего номера.
Их взгляды встретились.
На лице Е Сяоциун не было ни тени эмоций; она давно была готова к бесстыдству Юань Ханя. Всё, что он говорил и делал, было предсказуемо.
Но услышать это вживую всё равно было противно.
Как человек может быть настолько бесстыдным?
События пошли не так, как хотелось бы Юань Ханю, потому что Хэ Шиюань была человеком Е Сяоциун.
Пока Юань Хань обнимал Чжоу И и супруги сцепились друг с другом, Хэ Шиюань успела молниеносно одеться. Движения профессионала — другим такое не повторить.
Мастерству профессиональной актрисы обычным женщинам тоже было не достичь.
Хэ Шиюань подошла к Чжоу И и с размаху влепила ей две пощечины. Удар был такой силы, что Чжоу И тут же растрепалась, а ее взгляд остекленел.
— …Ты смеешь меня бить?!
— Ши… Шиюань!
Юань Хань даже заикаться начал.
Хэ Шиюань подумала: «Это за госпожу Е». Хотя у нее самой ладонь болела, она не сдержала гнева и, пока Чжоу И не пришла в себя, отвесила ей еще несколько пощечин. А это уже за саму себя — такой мерзкий мужик был ей противнее любого клиента, которого она когда-либо принимала. И всё из-за Чжоу И ей пришлось унижаться и ложиться в постель с этой дрянью, так почему бы не ударить ее лишний раз?
— Почему это я не смею тебя бить? Кто ты такая, чтобы на меня орать и лезть с дракой!
Когда Хэ Шиюань вошла в роль, она вела себя крайне дерзко, и Чжоу И немного оторопела.
Тут она вспомнила предупреждение Джоан: выяснить, кто такая эта Хэ Шиюань.
И кто же она?
Дочь богатого гонконгского бизнесмена по фамилии Хэ, представительница гонконгских коммерсантов, прибывшая в Пэнчэн за инвестициями. Она была высокомерна и заносчива, с чего бы ей бояться Чжоу И?!
Хэ Шиюань отпихнула всё еще пребывающего в ступоре Юань Ханя, схватила Чжоу И за шиворот и прижала к кровати, начиная колотить:
— Ты вообще кто такая?
— Я велела тебе убираться, почему ты не послушалась?
— Это ты меня называешь «порванной обувью»? Если я — порванная обувь, то кто тогда ты! Видишь мужика и не можешь пройти мимо, тебе плевать, есть ли у него жена и дети, лишь бы захомутать его… Ха, в этом плане мы с тобой одного поля ягоды, какое ты имеешь право меня бить?
— Нет, я всё же лучше тебя. Я просто беру то, что мне нужно, и никогда не думала выходить замуж за это ничтожество! Если уж говорить о низости, то ты — самая низкая из всех!
Чжоу И была ошарашена и побоями, и оскорблениями.
С самого детства кто смел так хлестать ее по лицу и поносить на чем свет стоит?
Люди, собравшиеся поглазеть на семейную драму, начали перешептываться.
— Какая наглость! Порванная обувь смеет бить законную жену?
— Да уж! Совсем стыд потеряла!
Двое сердобольных свидетелей не выдержали и хотели войти, чтобы оттащить Хэ Шиюань от Чжоу И, но та зло сплюнула:
— Какая она еще законная жена? Она сама увела этого мужика у другой женщины! Если ей это было можно, то и мне можно!
Э-э… Доброжелатели впали в замешательство.
Что за новый поворот сюжета?
Чжоу И была растрепана, выглядела жалко, лицо в синяках, в глазах застыли слезы. Хэ Шиюань попала в самое больное место — в то, в чем Чжоу И сама чувствовала вину.
— Ты врешь! Юань Хань давно не любил свою бывшую жену, они официально развелись, и только потом мы стали парой! Ты — порванная обувь, а мы с ним — супруги, у нас свидетельство о браке есть!
Хэ Шиюань плюнула ей прямо в лицо:
— С виду вроде человек, а несешь такой бесстыдный бред. Ты сама-то в это веришь?
Она подтащила Чжоу И к голому Юань Ханю.
— Ты посмотри на этого мужика. Значит, бывшую он не любил, а тебя любит? Если он тебя так любит, какого черта он залез в мою постель! Что такое любовь? Мне просто приглянулась его смазливая мордашка, вот я и решила с ним развлечься. Неужели ты думаешь, что я правда положила глаз на это ничтожество? Я просто сняла «утку», понимаешь? Из тех, за кого платят. Я заплатила деньги, я — клиент. И так-то ты встречаешь клиентов своего муженька?
Кровь словно застыла в жилах Чжоу И.
Она вся окоченела.
Она действительно считала Юань Ханя сокровищем.
Высокий, красивый, нежный Юань Хань был мужчиной, заставившим ее сердце трепетать.
Она отказалась от всех выгодных партий, предложенных семьей, и готова была пойти на смерть, лишь бы выйти за него… Хэ Шиюань унижала Юань Ханя, прямо заявляя, что он — просто «утка». И кем тогда была Чжоу И, вышедшая замуж за «утку»?
Физически Чжоу И не могла сопротивляться побоям.
Психологически она была окончательно разгромлена атакой Хэ Шиюань.
Не имея собственных талантов, невозможно обрести истинную уверенность. Разве Чжоу И вела себя так вызывающе не потому лишь, что за ее спиной стояла влиятельная семья, готовая подчищать за ней хвосты?
И вот внезапно появилась дочь гонконгского бизнесмена, чье заносчивое поведение демонстрировало полное безразличие к статусу семьи Чжоу. Она смешала Чжоу И с грязью, и та просто не знала, что возразить.
Неужели Чжоу И ни капли не сомневалась в причинах развода Юань Ханя с бывшей женой?
Нет, сомнения были.
Но станет ли женщина, находящаяся в пылу страсти, копать глубоко?
У нее даже было тайное чувство превосходства: что бы там ни было с бывшей, победительницей осталась она. Она хотела Юань Ханя и получила его — именно такого отношения заслуживала старшая госпожа Чжоу. Но теперь Хэ Шиюань, прикрываясь вымышленной личностью, отчитывала, унижала и избивала ее, пока рядом не было никого, кто мог бы прийти на помощь.
Такое обращение со старшей госпожой Чжоу в глазах Хэ Шиюань было вполне допустимым!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
