— Не льсти мне, говори по существу.
— Да-да-да, это данные по продажам не только в провинции Юэ. Вы ведь помните Дуань Цзюня?
Дуань Цзюнь?
Ся Сяолань задумалась:
— Ты о Лао Дуане, друге Чэнь Силяна, который арендует павильон на площади Чэнжун для продажи товаров?
— Верно, это он! У Лао Дуаня есть кое-какие идеи, он тоже помогает нам со сбытом. Разумеется, он берет товар у нас со скидкой, нельзя же оставлять человека без прибыли. Я разговаривал с Лао Дуанем, он сам отправился договариваться о каналах сбыта в провинции Минь. Сказал, что если договорится, то мы должны отдать ему права представителя в провинции Минь… Что вы об этом думаете?
Ма Хай выглядел крайне воодушевленным.
Ся Сяолань на самом деле не была сильно удивлена. Об этом уже упоминалось во время обеда с Лао Дуанем; он, наконец, всё обдумал и решил действовать.
Честно говоря, каналы сбыта лучше всего держать в собственных руках.
Если права представителя в целой провинции окажутся в чужих руках, в будущем придется от этого человека зависеть.
Но чтобы захватить рынок в кратчайшие сроки, собственных сил было недостаточно.
У сахарного тростника не бывает двух сладких концов — это противоречие возникнет лишь позже, и сейчас Ся Сяолань не собиралась усложнять ситуацию:
— Если он сможет открыть каналы сбыта в провинции Минь и сэкономить нам рекламный бюджет, тогда отдайте права представителя в провинции Минь ему!
Не успели еще заработать денег, а уже собачиться из-за распределения прибыли — Ся Сяолань была не из тех, кто так поступает. Это Ду Чжаоцзи действовал в подобном стиле.
Ся Сяолань постучала по столу:
— 9431 единица, цена за штуку — 498 юаней. Не будем пока считать чистую прибыль, но мы вернули как минимум 4 миллиона капитала. Вам удалось на время раскрутить этот бренд, и это действительно хорошая новость! Электронные словари «Вэньцюйсин» смогли выстрелить, потому что заполнили пустую нишу на рынке, но это не значит, что теперь можно почивать на лаврах. Конкуренты нахлынут очень скоро!
Настоящий вызов заключался не в открытии рынка.
А в том, что рынок уже был открыт усилиями «Вэньцюйсин», и именно благодаря им у потребителей появилось само понятие «электронного словаря». Но если «Вэньцюйсин» не сможет проглотить большую часть пирога, а вместо этого подражатели воспользуются моментом и соберут сливки, это будет до смерти обидно.
Видя, что эта вещь приносит деньги, почему другие не станут ее выпускать?
То, что смогли создать Сюй Цзин и Ма Хай, под силу и другим.
Особенно крупным компаниям, у которых нет недостатка ни в технологиях, ни в капитале…
Ситуация не внушала оптимизма, и довольное выражение лица Ма Хая исчезло. Сюй Цзин был более спокоен:
— Мы не можем запретить другим производить это. Ни в одной стране мира закон не устанавливает подобного. Даже наш собственный англо-китайский электронный словарь — это тоже своего рода подражание. Раз мы не можем остановить других, остается только совершенствоваться самим. С моей стороны я буду постоянно улучшать характеристики продукта и гарантировать выпуск новинок, а Ма Хай приложит усилия для расширения каналов сбыта… Даже если появится много подражателей, «Вэньцюйсин» всё равно сохранит конкурентоспособность, верно?
Можно ли раскрутить бренд — это зависит от множества внутренних и внешних факторов, в которых даже Ся Сяолань не могла быть уверена.
Однако Сюй Цзин проявил такую осознанность, и его, конечно же, следовало поддержать.
— Сю шисюнь прав. Мы не должны думать о том, что делают другие, а прежде всего делать лучшее со своей стороны. У «Вэньцюйсин» прочный фундамент, и бренд, естественно, не боится конкуренции с аналогичными товарами. Пока другим требуется время на разработку и запуск производства, нам нужно поскорее захватывать рынок. И не отказывайте таким людям, как Дуань Цзюнь, которые хотят стать представителями. Как говорится, когда все несут паланкин, он поднимается высоко. Будем зарабатывать вместе, и тогда бизнес непременно будет расти!
Выслушав отчет о результатах, Ся Сяолань заодно подлила Сюй Цзину и Ма Хаю порцию «наваристого куриного бульона» для вдохновения.
Она ведь переживала.
Целый миллион долларов.
Чтобы заработать этот миллион на Ду Чжаохуэе, Ся Сяолань пришлось изрядно потрудиться.
Если Сюй Цзин и Ма Хай его растратят, это будет означать, что у Ся Сяолань плохое чутье и она инвестировала не в тех людей.
— Пара легких фраз не могла унять сердечную боль Ся Сяолань!
Она действительно хотела добиться чего-то необычного, иначе не вложила бы миллион долларов в Сюй Цзина и Ма Хая. Если бы она на эти деньги накупила недвижимости в Пекине и придержала ее, сколько бы она стоила в будущем?
Встреча с Сюй Цзином и Ма Хаем была лишь частью утреннего графика Ся Сяолань.
Когда она покинула Пэнчэн и прибыла в аэропорт Янчэн, там ее уже ждал Чэнь Силян.
Чэнь Силян расплылся в улыбке:
— Ся-гунайнай, у «Цихан» ведь скоро стартуют продажи в новом жилом комплексе? Не забудьте про те две квартиры, которые обещали оставить для меня.
— Не забуду, это мелочи. Твой бизнес растет, неужели боишься остаться без жилья? Помимо «Лоху Тяньчэн», который «Цихан» выпускает на этот раз, в Пэнчэне будет появляться всё больше и больше жилых комплексов. Деньги у тебя в кармане, можешь покупать где угодно!
— Как бы не так!
Всё совсем не так.
Хотя Ся Сяолань и была нацелена только на зарабатывание денег, за долгое время сотрудничества с ней Чэнь Силян ни разу не остался в убытке.
Покупая квартиры в жилых комплексах компании Ся Сяолань, можно было рассчитывать на качество; Ся-гунайнай планировала зарабатывать долго и не собиралась портить свою репутацию. Вкладываться в другие дома Чэнь Силян сейчас не желал.
Да и обязательно ли ему было покупать квартиру в высотке?
Разве нельзя было купить домик в Янчэн?
Ся Сяолань не дала Чэнь Силяну и дальше раздумывать о жилье:
— Помнишь, я упоминала, что бренд Elegance, принадлежащий Цзи Я, будет изъят банком в счет погашения долгов?
— Конечно помню. Я слышал, что Elegance уже перешел под внешнее управление, сейчас там царит паника. Сотрудники в штаб-квартире Elegance даже переживают, смогут ли они получить зарплату за следующий месяц!
Чэнь Силян, очевидно, внимательно следил за ситуацией и знал даже о жалобах персонала.
— Не знаю, сможет ли Elegance выплатить зарплаты, и у меня нет намерения выкупать сам бренд Elegance. Его позиционирование не совсем соответствует нынешней ситуации в Китае. Возможно, лет через двадцать настанет подходящее время для такого рынка, но мы не можем ждать двадцать лет, чтобы развивать бренд за Цзи Я, верно?
Стоило Ся Сяолань это сказать, как Чэнь Силян усиленно закивал:
— Elegance слишком оторван от жизни, ему не перепродать Luna.
— Нам не нужен сам Elegance, но его каналы сбыта — это реальный актив. Утверждение, что эти каналы стоят десятки миллионов юаней, — чистая правда. Если пытаться выкупить их у Цзи Я, она не продаст их даже за двадцать миллионов.
Чэнь Силян хлопнул себя по бедру:
— Но теперь права собственности у банка, так что они и десяти миллионов не стоят!
Ся Сяолань улыбнулась:
— Банку нужно разобраться с безнадежными долгами, а не управлять Elegance самостоятельно. Если не будет конкурентов, набивающих цену, Elegance действительно не вытянет на десять миллионов. Поэтому, когда перед Новым годом мы распределяли прибыль, я велела тебе не тратить крупные суммы. Не пришло ли время воспользоваться этим шансом?
— Возможности подзаработать я всегда рад, но у меня один вопрос. Мы купим Elegance, но не будем продолжать работу под этим брендом. Неужели мы будем использовать все его каналы сбыта, чтобы продавать одежду Luna?
Магазины Elegance совершенно бесстыдно открывались совсем рядом с бутиками Luna.
Наличие двух магазинов Luna в одном городе — это еще ничего, это лишь говорит о высокой узнаваемости бренда. Но когда два магазина Luna стоят почти вплотную, Чэнь Силяну казалось, что это борьба с самим собой.
Ся-гунайнай не могла не подумать о том, что пришло ему в голову!
Чэнь Силян преданно смотрел на нее, ожидая объяснений.
Ся Сяолань не стала томить его:
— Откроем побочную линию для Luna. Если на женщинах можно зарабатывать, то почему на мужчинах нельзя?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
