Ян Юнхун сочла слова Ся Сяолань весьма разумными и усмехнулась.
Характеристика «способный человек» пришлась ей по душе.
Что же до мужчин с их факультета, то они ей решительно не нравились. Когда взрослый мужчина целыми днями изливает ей душу, жалуясь на жизнь, твердит, что никак не может забыть бывшую девушку, но при этом не смеет пойти против семьи — Ян Юнхун вовсе не умилялась такой «преданности», а, напротив, чувствовала себя крайне неловко.
Раз Сяо Лань говорит, что она способная, Ян Юнхун преисполнилась уверенности:
— Тогда по возвращении в организацию мне нужно будет четко объясниться с руководством: я и их сын совершенно друг другу не подходим. До тридцати лет я не намерена думать о делах сердечных, так и заявлю.
О каких чувствах может идти речь, когда еще нет карьеры!
Ян Юнхун трижды пересдавала экзамены, прежде чем поступила в Университет Хуацин. Когда на первом курсе Ся Сяолань было девятнадцать, Ян Юнхун уже исполнилось двадцать два.
На факультете промышленного и гражданского строительства, как и на архитектурном, обучение в бакалавриате длилось пять лет. К выпуску Ян Юнхун должно было исполниться двадцать семь, а в этом году она стала еще на год старше.
Ян Юнхун не беспокоилась, что из-за возраста ей будет трудно выйти замуж. Она считала, что и так впустую потратила два-три года на пересдачи, и среди выпускников своего года будет старше остальных. Поэтому в ближайшие пару лет ей нужно было сосредоточиться на создании прочного фундамента для карьеры. Поиски пары — это слишком хлопотно и пустая трата времени, так что об этом можно подумать и после тридцати.
Конечно, руководитель организации хотел видеть Ян Юнхун своей невесткой не только из-за ее способностей, но и из-за ее характера.
Даже когда семья Ян Юнхун жила в крайней нищете, она не чувствовала себя неполноценной в общении с людьми: она всегда была радушной, открытой и готовой помочь. С таким характером человек нигде не пропадет и, естественно, будет всем нравиться!
Ся Сяолань ни капли не переживала за Ян Юнхун. Что с того, что она задумается об отношениях в тридцать? Даже в сорок лет по-прежнему найдутся те, кто будет добиваться расположения «инженера Ян», верно?
А к сорока годам она, вероятно, будет уже не просто инженером, а главным инженером Ян.
Вслед за свадьбой Су Цзин и Гун Яна незаметно подошел конец 1990 года.
Ся Сяолань и Чжоу Чэн уже полгода планировали ребенка, но результата пока не было. Ся Сяолань временно не волновалась по этому поводу.
Было другое дело, требовавшее срочного решения.
В конце 1990 года цены на землю в городе Ечэн на острове Цюн взлетели до небес. Средняя цена уже приближалась к 900 тысячам за му. Ся Сяолань не могла больше сидеть сложа руки и решила начать распродавать участки, принадлежавшие компании «Цихан».
С 1987 по 1990 год «Цихан» реализовала на острове Цюн в общей сложности три проекта. Пользуясь ажиотажем на местном рынке недвижимости, все три проекта без особых усилий стали хитами продаж.
Прибыль «Цихан Девелопмент» от этих трех проектов составила почти 50 миллионов. Первый проект жилого комплекса «Хайтянь Июань» принес не так много, но на двух последующих удалось заработать прилично.
Завершив ликвидацию последнего проекта, Ся Сяолань начала распродавать землю.
Когда «Цихан» только начала выставлять участки на продажу, рынок еще не успел среагировать, поскольку большую часть земли Ся Сяолань продала группе «Чэнжун». Многие знали о ее тесной дружбе с Ду Чжаохуем, поэтому на рынке недвижимости Ечэна никто не мог понять, что это за маневр.
На самом деле Ся Сяолань просто использовала Ду Чжаохуя как посредника, так как слишком много людей следило за каждым ее шагом.
Ду Чжаохуй выкупил землю у Ся Сяолань и целый месяц не предпринимал никаких действий. Лишь в феврале 1991 года он начал выставлять участки на продажу. К тому времени цена за му хорошей земли под застройку в Ечэне уже превысила миллион. Весь рынок охватило безумие, количество девелоперских компаний исчислялось десятками тысяч. Ду Чжаохуй даже умудрился неплохо заработать на перепродаже земли, купленной у «Цихан».
Сколько бы участков он ни выбрасывал на рынок, их тут же поглощали — проблем со сбытом не было никаких.
Когда Ся Сяолань продавала землю, Тан Юаньюэ не проявлял беспокойства. Он полагал, что Ся Сяолань и Ду Чжаохуй заранее договорились между собой просто перекинуть права собственности, чтобы еще сильнее разогнать цены.
Это же спекуляция — как накрутить цену без видимого оборота?
Но когда Ду Чжаохуй начал распродажу — пусть даже осторожно, начиная с мелких участков — Тан Юаньюэ почуял неладное.
Это не было попыткой совместного взвинчивания цен. Ся Сяолань уходила первой, а Ду Чжаохуй следовал за ней!
Тан Юаньюэ мысленно выругался на Ду Чжаохуя за отсутствие солидарности и, не раздумывая долго, тоже начал продавать землю.
Рынок еще мог переварить участки Ду Чжаохуя, но предложение Тан Юаньюэ принимал уже с трудом. Массовый сброс активов в короткие сроки несколько пошатнул цены в Ечэне: средняя стоимость на время откатилась к 900 тысячам за му, но вскоре снова поползла к миллиону.
Рынок потерял рассудок и, казалось, утратил всякую бдительность.
Когда богатство само идет в руки, многие ли способны сохранять хладнокровие?
История о том, как Мэн Гуаньчао в свое время продал землю по 260 тысяч за му, превратилась в общеизвестный анекдот.
Видя, как цены штурмуют миллионную отметку, старина Мэн наверняка кусал локти, но он сдержал слово: подавил в себе жадность и больше ни разу не ступил на остров Цюн. В обычное время он старался не следить за новостями оттуда, и стоило кому-то при нем упомянуть рост цен на землю на острове, Мэн Гуаньчао тут же разворачивался и уходил.
Только не слушая, не глядя и не проявляя интереса, можно было сдержать порыв снова ввязаться в игру.
Таких людей, как Мэн Гуаньчао, было немного.
Ся Сяолань отступила первой, Ду Чжаохуй — вторым, и оба они заработали огромные деньги. Тан Юаньюэ успел выйти лишь наполовину, у него еще оставались нераспроданные участки. Чжу Суйчжоу только-только заподозрил неладное, когда в марте 1991 года государство внезапно издало постановление из «Десяти пунктов».
На два года раньше, чем это сохранилось в памяти Ся Сяолань.
Ся Сяолань ничуть не удивилась: эти «Десять пунктов» появились под ее влиянием. Еще в ноябре прошлого года, видя, что цена приближается к 900 тысячам за му, она подала свой аналитический дочерний отчет об экономике острова Цюн, в котором содержался подробный анализ текущего состояния и будущего рынка недвижимости острова.
Она не была уверена, прислушаются ли наверху к ее отчету, но прибыль, полученная на острове Цюн, уже превзошла все ее ожидания.
Разработка трех проектов принесла почти 50 миллионов, но настоящим кушем стала продажа земельных участков по 900 тысяч за му.
Не уйти вовремя, когда ожидания уже перевыполнены — это значит проявить излишнюю жадность.
Сразу после подачи отчета Ся Сяолань начала отступление. Она ушла первой, Ду Чжаохуй следом, а Тан Юаньюэ был лишь на полпути, когда «Десять пунктов» обрушились на рынок, заставив все эти десятки тысяч строительных компаний на острове Цюн оцепенеть.
Государство начало принудительное регулирование цен на землю!
Впрочем, разве это не было естественным? К моменту выхода «Десяти пунктов» цена в Ечэне взлетела до 1,2 миллиона за му.
«Десять пунктов» первым делом заморозили банковские кредиты и потребовали от банков провести внутренние проверки.
От первой бесшумно упавшей снежинки до полноценного обвала всего рынка прошло совсем немного времени — процесс стал неуправляемым!
Земля в руках Тан Юаньюэ зависла, продажи встали. Рынком овладела паника: было полно продавцов, но ни одного покупателя, совсем как при крахе фондовой биржи… Тан Юаньюэ подсчитал прибыль, уже полученную на острове, и понял, что даже с половиной нераспроданных участков компания «Юйхуа» уже окупила затраты и осталась в плюсе, поэтому он совсем не паниковал.
Раз не продается — пусть стоит.
Деньги все равно заработаны, краткосрочная спекуляция просто превратилась в долгосрочную инвестицию. Землю можно оставить, и «Юйхуа» со временем сама ее застроит. На острове Цюн не было других столпов экономики, кроме туризма, а участки Тан Юаньюэ располагались у самого моря.
Он не паниковал.
Другие же были в ужасе.
Финансовые цепочки рвались, банки требовали возврата кредитов, и стройплощадки, где еще недавно кипела жизнь, в течение одного-двух месяцев полностью затихли.
Грохот техники сменился абсолютной тишиной, шумные офисные здания опустели. Кто-то, доведенный до отчаяния, бросился с крыши и рухнул прямо перед Шэн Сюань — перепуганная женщина с криком отпрянула назад.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
