Мужа младшей тёти Чжоу Чэна звали Гу Чжэнцин, и на семейных встречах он обычно был человеком крайне незаметным.
Как бы это сказать… Когда младшая тётя Чжоу выходила за Гу Чжэнцина, он был обычным учителем. Семья Чжоу тогда ещё не была так могущественна, как сейчас, и тётя, будучи самой младшей дочерью в семье, в вопросе замужества больше следовала зову сердца. Спустя десять с лишним лет Гу Чжэнцин оставил передовую образования и перешёл на работу в отдел планирования развития Министерства образования. Должность его была не слишком высокой, но и не низкой. А «человеком-невидимкой» в семье Чжоу он был вовсе не потому, что Чжоу смотрели на него свысока… Просто в семье Чжоу совсем не было способных к учёбе талантов. Помимо воспитания собственного ребёнка, Гу Чжэнцин не особо обращал внимание на таких молодых господ и барышень, как Чжоу И и Чжоу Чэн.
О Чжоу Чэне можно было сказать, что он ставил военное дело выше наук, так что с Гу Чжэнцином они были людьми разного толка.
А Чжоу И и вовсе была никчёмной: имея такие прекрасные условия в семье, она совершенно не училась. С точки зрения Гу Чжэнцина, который полжизни отдал образованию, она была безнадёжна, как гнилое дерево, которое не поддаётся резьбе!
Когда Чжоу И поставила под сомнение профессиональные знания Гу Чжэнцина, от его привычной скромности не осталось и следа. Казалось, он вот-вот начнёт изрыгать пламя из ноздрей:
— Как я мог ошибиться! Я помню, что управление образования провинции Юнань даже прислало в министерство видеокассету с отчётом о результатах экзаменов в этом году. Там было интервью с лучшим абитуриентом, я сейчас же велю прислать её сюда!
При составлении планов развития образования необходимо обобщать и анализировать уже имеющиеся достижения. Провинция Юнань прислала материалы этого года, но Гу Чжэнцин был очень занят на работе; он лишь слышал о результатах трёх лучших абитуриентов страны, но ещё не успел посмотреть кассету.
В противном случае он бы узнал Ся Сяолань с первого взгляда.
Чжоу И подвергла сомнению не Ся Сяолань, а профессионализм Гу Чжэнцина. То, что невежественная двоечница оспаривает слова знатока своего дела, было для него невыносимым!
Младшая тётя Чжоу была просто ошарашена поведением мужа.
Надо же, этот тихий и добросовестный педагог вдруг проявил такую ярость.
Вся семья Чжоу с любопытством наблюдала за происходящим, и старик Чжоу первым пришёл в себя:
— Чжэнцин, раз так, распорядись, чтобы кассету привезли. А сейчас давайте сначала поедим, не будем пренебрегать Сяо Лань, которая впервые пришла к нам в гости. Пообедаем и как раз все вместе посмотрим запись.
Для большинства людей в стране государственные экзамены были делом огромной важности, способным изменить судьбу и позволить «карпу перепрыгнуть через врата дракона».
Семья Чжоу и сама уже была «вратами дракона», и экзамены по-настоящему ценил только такой человек, как муж тёти, Гу Чжэнцин. Но почему старик Чжоу захотел посмотреть кассету? Не потому, что он не доверял словам зятя, — он хотел воспользоваться случаем, чтобы официально признать статус Ся Сяолань. Младшему поколению семьи Чжоу не нужно было доказывать свою значимость через экзамены, но то, что Ся Сяолань смогла выделиться среди более чем миллиона участников, доказывало, что её интеллект и упорство были высшей пробы!
Каким бы плохим ни было её происхождение, одного этого было достаточно, чтобы сгладить все неровности.
Чжоу И, словно очнувшись от сна, закусила губу, не желая принимать этот факт. Гу Чжэнцин не мог лгать перед всей семьёй; муж тёти был человеком гордым, и даже Чжоу Чэн не смог бы уговорить его участвовать в обмане. Кассету ещё не привезли, но Чжоу И уже понимала: скорее всего, Ся Сяолань действительно набрала 616 баллов. В глубине души она всё ещё лелеяла ничтожную надежду: а вдруг дядя всё же ошибся?
Она была слишком наивна. Даже если бы Гу Чжэнцин ошибся, Ся Сяолань в момент, когда он велел привезти кассету, должна была бы занервничать.
Бабушка Чжоу так и лучилась радостью:
— Сяо Лань, ты просто необыкновенная девочка!
Что чувствовала старушка? Она чувствовала, что Ся Сяолань принесла ей почёт! Она знала, что вкус её любимого старшего внука не может быть плохим. Избранница Чжоу Чэна обязана быть лучшей!
Бабушка Чжоу не отпускала руку Ся Сяолань. В этот момент никто уже не пытался выискивать несоответствия в её одежде или семейном фоне — все были ошеломлены известием о лучшем результате в провинции. Те, кто переживал за Чжоу Чэна, с облегчением выдохнули, а те, кто хотел поглазеть на скандал, получили звонкую пощёчину!
В каждом возрасте нужно заниматься своим делом: студенты меряются успехами в учёбе, а работающие люди — должностями и достижениями.
В своей ипостаси «студентки» Ся Сяолань разгромила более миллиона абитуриентов по всей стране. Если и после этого к ней предъявлять претензии, то это будет уже не знакомство с девушкой Чжоу Чэна, а выбор невесты для наследного принца!
Одного выдающегося достоинства было вполне достаточно, всё остальное — лишь мелочи.
Ореол «гения учебы» был настолько ослепительным, что Чжоу И не могла вымолвить ни слова. Ну и что с того, что Ся Сяолань потратила кучу денег Чжоу Чэна? Кого это теперь волновало?
Цзэн Сао хлопотала весь полдень и приготовила огромный стол, полный яств.
Все уселись за один длинный стол. Блюда были роскошными, но обедающие чувствовали себя словно в тумане.
Ожидания от Ся Сяолань были слишком занижены. Ходили слухи, что Чжоу Чэн нашёл себе провинциалку, у которой только личико и есть, а кроме красоты — никаких достоинств!
Но Ся Сяолань, представшая перед ними, продолжала разрушать их предубеждения.
Во-первых, она вовсе не выглядела бедной или зажатой. Она держалась с достоинством и выглядела очень воспитанной. Если поставить её рядом с Чжоу И, то на первый взгляд разница в их происхождении была совершенно незаметна. Более того, Чжоу И, будучи старше, на фоне Ся Сяолань казалась импульсивной и незрелой, ей явно не хватало того спокойствия, которым обладала гостья!
Во-вторых, как сказала старшая тётя Чжоу Чэна, уровень образования в провинции невысок, так что сойдёт любое учебное заведение в столице.
Конечно, в словах тёти крылась ловушка.
Но в такой момент известие о результатах экзаменов Ся Сяолань, сошедшее с уст Гу Чжэнцина, вызывало куда больше доверия и производило гораздо более мощный эффект, чем если бы об этом сказали сами Ся Сяолань или Чжоу Чэн. Если уж сотрудник Министерства образования запомнил имя абитуриентки из другой провинции, можно представить, насколько выдающейся она была!
Да, Ся Сяолань определённо приедет учиться в столицу. Неужели университет Хуацин не примет лучшую абитуриентку провинции Юнань?
Как и сказал Гу Чжэнцин, это означало бы только одно: в работе приёмной комиссии произошла чудовищная ошибка!
Сложнее всего на душе было у Гуань Хуэйэ.
Свекровь всегда смотрит на невестку с некоторой долей предвзятости. К тому же Чжоу И несколько раз наговаривала ей на Ся Сяолань, из-за чего у Гуань Хуэйэ сложилось ложное впечатление. Она даже заявила, что Чжоу Чэн может с ней только встречаться, но не жениться, что само по себе было крайне грубо… Позже она и вовсе пришла к выводу, что Ся Сяолань не пара Чжоу Чэну даже для простых отношений.
Но теперь было неясно, кто на ком ещё не захочет жениться.
Если говорить о простых свиданиях, то с такой девушкой Чжоу Чэну было не стыдно появиться где угодно.
Если молодая девушка обладает лишь исключительной красотой, она уже может получить многое.
Но если к исключительной красоте прилагается столь же выдающийся интеллект, она сможет покорить этот мир!
Происхождение и семья — всё это на самом деле не имело значения. Если семья Чжоу не согласится на их союз, Ся Сяолань, поступив в Хуацин, в два счета найдёт себе нового парня с не менее блестящими перспективами. Именно поэтому чувства Гуань Хуэйэ были столь противоречивы: она-то думала, что её семья находится на вершине и вправе выбирать, но при встрече осознала, что ситуация выглядит совсем иначе, и выбирать может сама Ся Сяолань!
Обед прошёл в полном сумбуре. Бабушка Чжоу без конца подкладывала еду Ся Сяолань, и никто больше не осмеливался нападать на неё — все послушно ели.
Хуже всего пришлось Чжоу И: после еды кассету всё-таки привезли, и этой безнадёжной двоечнице пришлось в принудительном порядке смотреть интервью телеканала провинции Юнань с лучшей абитуриенткой. Помимо отчёта о ходе экзаменов в провинции, вторая половина кассеты состояла сплошь из дифирамбов в адрес Ся Сяолань…
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
