Запястье Ся Сяолань ныло, и у Чжоу Чэна от этого тоже болело сердце.
Трудно было сказать, кому из них больнее.
Ся Сяолань поймала на себе его пристальный, сосредоточенный взгляд, и ей вдруг стало неловко и дальше говорить неправду:
— Ладно, на самом деле еще немного побаливает, но все не так серьезно. Прошло уже двадцать дней с момента травмы, к тому же это была всего лишь трещина. Я сходила в больницу на осмотр и только потом сняла гипс. Если не поднимать тяжести, то все в порядке.
Чжоу Чэн тихонько отозвался:
— Впредь больше не смей ничего от меня скрывать, Сяо Лань. Я хочу делить с тобой твою жизнь, быть ее частью.
Ся Сяолань послушно кивнула. Она долго колебалась, но так и не решилась рассказать, что ее травма — дело рук Ся Чанчжэна и Чжан Цуй.
О том, что случится в будущем, она постарается рассказывать Чжоу Чэну, но за это она уже отомстила по-своему. Ся Сяолань не хотела, чтобы Чжоу Чэн вмешивался — это была мера предосторожности ради него самого. У Чжоу Чэна была специфическая профессия, и Ся Сяолань не хотела, чтобы он в порыве эмоций получил какое-нибудь взыскание.
Она считала, что заботится о нем.
Чжоу Чэн, однако, был разочарован. Но он не стал разоблачать свою «невесту»: настоящему мужчине не пристало спорить с женщиной, тем более сегодня был день рождения Сяо Лань, и ему совсем не хотелось ее расстраивать.
— Ложись спать пораньше. Завтра днем у тебя самолет, а я посмотрю, удастся ли мне отпроситься еще на полдня завтра утром.
Чжоу Чэн нежно поцеловал Ся Сяолань. Все его мысли были заняты ее травмой, так что ни о каком вожделении не могло быть и речи.
Ся Сяолань по-прежнему остановилась в гостевом доме ведомства Кан Вэя, там ей все было знакомо. У нее было рекомендательное письмо от него. В ведомственном гостевом доме было безопасно, так что Чжоу Чэн был спокоен.
Проводив Чжоу Чэна, Ся Сяолань принялась распаковывать подарки от семьи Чжоу.
Старшая тетя, вторая и младшая тети Чжоу Чэна подарили хунбао. Суммы были одинаковыми — по десять купюр «Дачяньмэнь». Каждая дала по сто юаней? Это немаленькая сумма, ведь они всего лишь родственники. Чжоу Чэн впервые официально привел девушку домой на ужин, и сто юаней в конверте были жестом крайнего уважения. Если уж на то пошло, это Ся Сяолань не ожидала такого количества гостей и принесла всего четыре подарка для знакомства.
Незнание не освобождает от вины, но она и не предполагала, что отношения в семье Чжоу Чэна настолько тесные; она решила, что наверстает упущенное позже.
Бабушка Чжоу подарила ей нефритовый браслет «Гуйфэй», украшенный золотой сканью: тончайшие золотые нити обвивали белоснежный камень. Ся Сяолань не могла определить, был ли это нефрит «овечий жир», но это был подарок от сердца старого человека, и его ценность нельзя было измерить деньгами.
А Гуань Хуэйэ, к ее удивлению, подарила пару бриллиантовых серег-гвоздиков.
Платиновая оправа с двумя маленькими квадратными бриллиантами примерно по 50 поинтов. Ся Сяолань не знала цен на бриллианты в восьмидесятые, но полагала, что они недешевы. Серьги были очень красивыми, да и семья Чжоу Чэна оказалась куда приятнее в общении, чем она ожидала. Ся Сяолань аккуратно убрала браслет и серьги; этот день рождения прошел весьма удачно.
Чжоу И судила предвзято: она была дружна с той самой Тунь Лили, поэтому, естественно, невзлюбила Ся Сяолань.
Слова старшей тети Чжоу Чэна тоже были полны подтекста, но Ся Сяолань решила, что это ее не касается — скорее всего, это были внутренние дела семьи Чжоу. Вряд ли там царила полная гармония: в какой семье не найдется тех, кто любит поскандалить? У самой Ся Сяолань была целая отара невыносимых родственников, а такие, как старшая тетя Чжоу Чэна, хотя бы соблюдали приличия.
Ей еще только предстояло подумать о том, как выстраивать отношения с семьей Чжоу.
Даже если в будущем дело дойдет до свадьбы, достаточно будет одобрения родителей Чжоу Чэна — Ся Сяолань понимала это очень ясно! Не обязательно, чтобы его отец и мать обожали ее, главное, чтобы с ними можно было договориться.
…
После того как Чжоу Чэн увез Ся Сяолань, семья Чжоу продолжала обсуждать ее и разошлась только к одиннадцати часам.
За стариками из семьи Чжоу приехала служебная машина, остальным же пришлось добираться самим. Не все в семье Чжоу занимали посты, при которых полагался автомобиль: например, семья младшей тети Чжоу Чэна из четырех человек приехала на велосипедах. Ближе всех жили родственники по линии второй тети Чжоу Чэна — они могли дойти до дома пешком.
Мать и дочь Чжоу И приехали на машине, но водитель не мог ждать их до такого часа. Чжоу Гоцзинь предложил подвезти их, но старик Чжоу его остановил:
— Уже поздняя ночь, пожалей водителя. Зачем заставлять человека снова гонять машину? Чжоу И и твоя невестка поедут с нами.
Чжоу И хотелось втянуть голову в плечи и спрятаться.
К ее удивлению, за всю дорогу дедушка не сказал ей ни слова. Оказавшись дома, Чжоу И с облегчением выдохнула, но у ее матери на лице не было и тени улыбки. Она задумчиво провожала взглядом уезжающую машину стариков, а придя в себя, сердито отчитала дочь:
— И чему ты радуешься!
Думаешь, раз Старик тебя не отругал, то все прекрасно?
Мать Чжоу И была вне себя от ярости: как она могла родить такую глупую дочь? Ругань — это признак близости. Что с того, если бы ее отругали? Это значило бы, что Старик хочет наставить Чжоу И на путь истинный. А раз он молчит — значит, она ему совершенно безразлична!
Старик явно благоволил семье второго сына. От Чжоу Гоцзиня до Чжоу Чэна — Гуань Хуэйэ родила семье сына и ее положение в доме Чжоу теперь стояло выше, чем положение ее самой, жены старшего сына! Только потому, что она не родила сына, а должность ее мужа была ниже, чем у Чжоу Гоцзиня. Как бы она и Чжоу И ни старались угодить старикам, все лучшее всегда доставалось не их семье!
А что в семье Чжоу Гоцзиня? Чжоу Чэн всего лишь встречается с кем-то, еще даже не женится, а бабушка Чжоу подняла такой переполох, собрав всех вместе, чтобы поприветствовать его пассию… И все ведь из-за любви к Чжоу Чэну!
Мать Чжоу И была крайне недовольна. Если бы сегодня избранница Чжоу Чэна оказалась никудышной, она могла бы посмеяться над Гуань Хуэйэ. Ей хотелось, чтобы Чжоу Чэн устроил скандал и женился на какой-нибудь невзрачной девице, которую стыдно в люди вывести. Но та девушка, которую привел Чжоу Чэн, хоть и была из простой семьи, обладала выдающимися способностями и сумела очаровать стариков семьи Чжоу!
Чжоу И пыталась вставить ей палки в колеса, но в итоге сама стала лишь «ступенькой», на фоне которой достоинства соперницы засияли еще ярче.
Гу Чжэнцин тоже оказался тем еще подлизой.
Мать Чжоу И была недовольна буквально всем. Получив нагоняй от матери, Чжоу И так и не поняла причины. Только что мама была на ее стороне, а теперь снова отчитывает?
Весь вечер Чжоу И только и делала, что получала одну пощечину за другой. Когда она сообщала Тунь Лили новости о том, что Чжоу Чэн привел девушку в дом для знакомства с семьей, ее тон был далеко не радостным:
— Лили, ты меня подставила! Я даже вспоминать не хочу о том, что сегодня произошло. Если Чжоу Чэн и Ся Сяолань действительно поженятся, считай, я уже вдрызг разругалась с будущей невесткой!
Тунь Лили не ложилась спать, ожидая звонка от Чжоу И.
Тунь Лили так старалась устроить Ся Сяолань «торжественный прием», потому что знала: лисички умеют притворяться перед мужчинами, но перед старшими обязательно покажут свою истинную натуру. При встрече со всей семьей Чжоу, где дураков не держат, Ся Сяолань должна была совершить кучу оплошностей.
Да не в жизнь мать Чжоу Чэна не полюбила бы скупую и невзрачную невестку!
Тунь Лили рассуждала так убедительно, что Чжоу И даже не успевала вставить слово.
Когда Тунь Лили закончила, Чжоу И вздохнула:
— Она совсем не такая, как мы думали! По телефону всего не объяснишь, давай завтра встретимся и поговорим.
Прием-то получился масштабным, вот только результат оказался совсем не тем, на который рассчитывала Тунь Лили. Если бы Тунь Лили не лезла не в свое дело, муж младшей тети Гу Чжэнцин не появился бы, и Ся Сяолань просто спокойно поужинала бы с родителями Чжоу Чэна. Откуда бы тогда взялось столько поводов для хвастовства!
— Лили сама вырыла себе яму!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
