— Учитель Линь, разве плохо иметь боевой дух?
— Конечно, хорошо! Молодые люди, что бы они ни делали, должны отдаваться делу без остатка. Даже если проиграешь, усилия не будут напрасными!
Либо не участвовать вовсе, а если участвуешь — нужно выкладываться по полной.
Победа или поражение — неважно, только приложив усилия, не потратишь время зря.
Учитель Линь не считала, что Ся Сяолань раньше была несерьезна, но сейчас ей явно больше нравился этот ее настрой — во что бы то ни стало добиться своего. Возможно, на Ся Сяолань всё еще влияли прошлые события; Учитель Линь слышала от декана факультета, что Ся Сяолань и семья Цзи, кажется, больше не упоминают друг друга. Учитель Линь чувствовала бессилие: порой реальная жизнь вынуждает людей идти на компромисс. Студентке Ся Сяолань, должно быть, очень обидно?
Разве семья Цзи не говорила, что хочет отправить Ся Сяолань учиться за границу?
Ся Сяолань, вероятно, хотела собственными усилиями доказать семье Цзи, что она может уехать и без их помощи. Программа обмена — это первый шаг; с опытом участия в ней подать заявку на обучение за государственный счет станет намного проще.
Что же касается того, смогут ли студенты Хуацин поступить в зарубежные университеты, Учитель Линь ни капли в этом не сомневалась.
Единственным препятствием для студентов Хуацин мог стать языковой барьер, но с таким уровнем английского, как у Ся Сяолань, забрось ее в любую англоязычную страну — и проблем точно не возникнет.
Ся Сяолань не знала, что там навоображала себе Учитель Линь, а если бы узнала, то назвала бы ее милой. Внезапно появившийся боевой дух действительно был подстегнут ситуацией с семьей Цзи, но в большей степени Ся Сяолань считала, что «программа обмена» — это хороший выбор: срок небольшой, и это позволит ей уехать за границу на законных основаниях.
Как еще первокурснику попасть за границу, если не этим путем?
Сейчас Ся Сяолань не была бедна, но если бросить ее скромные накопления в Америку, они превратятся в ничто.
На этапе бакалавриата за границу уезжали немногие. То, что в 81-м году в Китае разрешили сдавать TOEFL, не помогало, ведь стипендий для бакалавров в зарубежных вузах мало. Год обучения вместе с проживанием обходился почти в 10 тысяч долларов — какая китайская семья могла себе это позволить без государственного финансирования?
Ся Сяолань сейчас тоже не могла себе этого позволить. Раньше она не считала, что за границей трава зеленее, и планировала честно учиться архитектуре в Хуацин, а вопрос с отъездом отложить до окончания бакалавриата — в магистратуру или докторантуру поступить за рубеж гораздо проще. На этих двух этапах стипендии и по количеству, и по размеру значительно больше, чем на бакалавриате; для лучших студентов они могли даже полностью покрывать обучение, оставляя излишки — так называемая «полная стипендия».
Если не удастся получить полную стипендию, можно помогать научному руководителю с проектами и зарабатывать какую-то часть денег.
Последнее было практически невозможно в китайских университетах 84-го года. Студенты боролись за право участвовать в проектах руководителей; само включение в группу означало, что ты лучший — как тут осмелиться просить зарплату? У самих профессоров были большие трудности с финансированием, каждую копейку приходилось тратить на исследуемую тему. Китай только начинал восстанавливаться из руин, вся страна ждала строительства, деньги требовались везде, тем было так много, что профессора стояли в очередях за грантами… В 84-м году студенты работали на подхвате у профессоров исключительно на голом энтузиазме.
Ся Сяолань понимала, что не потянет платное обучение. Изначально она не рвалась за границу; когда они обсуждали это с Чжоу Чэном, она говорила, что ничего еще не решено. Если и уезжать, то только после окончания бакалавриата в Хуацин. Однако тогда еще не проводилось Всекитайского конкурса по английскому языку среди студентов, и не было речи о том, что победители поедут за рубеж под эгидой «программы обмена». Перемены происходили быстрее, чем строились планы, поэтому Ся Сяолань изменила решение.
Учитель Линь была права, сказав, что у нее есть боевой дух: Ся Сяолань была из тех людей, которые, видя перед собой возможность, обязательно приложат все силы, чтобы ухватиться за нее.
Финал еще не начался. Вечером Ся Сяолань лежала в общежитии на кровати с закрытыми глазами, но ее мозг работал на высоких оборотах. Студенты, отобранные по итогам конкурса, смогут уехать не раньше 85-го года — финал состоится только в конце января 85-го. Ся Сяолань считала, что вероятнее всего поездка состоится во второй половине 85-го года.
Так какие возможности откроются за границей в 1985 году?
Ся Сяолань старалась вспомнить.
Ей и так было непросто помнить крупные события 80-х внутри страны, а зарубежные новости приходилось восстанавливать в памяти по крупицам. И кое-что она действительно вспомнила. В 1984 году основатель Apple был отстранен от управления компанией, и только в 1996 году, когда Apple погрузилась в кризис, компанию спасло его возвращение, позволившее переломить ситуацию.
В прошлой жизни, когда старина Джобс скончался, лента соцсетей целыми днями была забита его биографией — Ся Сяолань никак не могла забыть этот эпизод.
Пойти на поклон к сильным мира сего?
Похоже, старина Джобс, покинувший Apple, не нуждался в сочувствии бедной студентки ее уровня.
Даже не будучи руководителем Apple, он оставался богатым человеком. За время отсутствия в Apple он основал Pixar и компанию NeXT. Если Ся Сяолань захочет предложить помощь в трудную минуту, еще неизвестно, примет ли ее старина Джобс.
В эти два года, 84-й и 85-й, были основаны еще две компании, чья рыночная стоимость позже превысит сотни миллиардов долларов — Cisco и Qualcomm!
О Qualcomm не стоило и мечтать: и в плане проклятых денег, и в плане технологий Ся Сяолань была полным профаном в радиосвязи. Ее уровень владения компьютером тоже оставлял желать лучшего. Но Cisco была основана в 84-м году семейной парой преподавателей из Стэнфорда. Ся Сяолань видела в этом надежду: по крайней мере, если она станет студентом по обмену, ей будет проще выйти на контакт с этими двумя гигантами в статусе студентки?
Погодите, принимающим университетом от Министерства образования не обязательно будет Стэнфорд.
Ся Сяолань долго обдумывала этот короткий путь, но в один миг сама же его и отвергла.
Су Цзин толкнула Чжоу Лиминь:
— Шестая лежит на кровати, то улыбается, то хмурится — жуть берет.
Чжоу Лиминь оттолкнула руку Су Цзин:
— Тс-с, мне кажется, Сяолань обдумывает великие дела.
Чжоу Лиминь шутила, и обе они не могли представить, что Ся Сяолань действительно думает о великом — о «кратчайшем пути» стоимостью в сотни миллиардов долларов… Спустя время «гендиректор Ся» сжала руку в кулак и ударила по своему ватному одеялу.
Она слишком красиво размечталась. Если бы к успеху вел такой простой путь, разве она, обладая знаниями из будущего, не захватила бы уже весь мир?
«Я должна трижды в день подвергать себя самоанализу». Ударом по одеялу Ся Сяолань напоминала себе: она может быть чуть способнее обычных людей, но она не истинный гений. Всё нужно делать шаг за шагом. Попытки схитрить, возможно, ей совсем не подходят.
Су Цзин и Чжоу Лиминь переглянулись: это и вправду выглядело жутковато. Неужели она рассталась с парнем?
…
В 84-м году между материком и Гонконгом уже существовало авиасообщение по маршруту Шанхай — Гонконг, связывающее эти два города.
В неделю было всего 8 рейсов. Ду Чжаохуэй и Ся Дацзюнь теперь не могли перебраться нелегально; им оставалось только возвращаться в Гонконг самым официальным способом. Из Пэнчэна нелегально попасть в Гонконг можно было очень быстро, но нынешний статус Ду Чжаохуэя — гонконгский инвестор, он не мог сесть на контрабандную лодку!
Приходилось сначала лететь из гуанчжоуского аэропорта Байюнь в Шанхай, а затем пересаживаться на рейс до Гонконга.
У молодого господина Ду не было иного выбора, кроме как ехать такими кругами.
Он сказал Ся Дацзюню, что они возвращаются в Гонконг вечером, но на самом деле вечером они направлялись в Гуанчжоу.
На дороге из Гуанчжоу в аэропорт Байюнь был очень пустынный участок. Ду Чжаохуэй дремал в машине с закрытыми глазами, как вдруг автомобиль подбросило. Ду Чжаохуэй открыл глаза.
В следующую секунду раздался оглушительный грохот, и переднюю часть машины буквально подбросило — засада! Эта мысль мгновенно вспыхнула в голове Ду Чжаохуэя.
Вторая мысль: сведения о его передвижении утекли. Кому можно доверять?!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
