Ся Цзыюй глубоко вздохнула.
— Я не гадалка, я просто знаю, что вам будет нелегко избежать беды. Господин Ду, я считала вас проницательным человеком, поэтому и предложила сотрудничество, но сейчас вижу, что, видимо, ошиблась.
Ду Чжаохуэй ждал продолжения, но женщина снова замолчала.
Он терпеть не мог тех, кто напускает на себя таинственность. По-настоящему способным людям это ни к чему; если человек чего-то стоит, ему не следует скупиться на демонстрацию своей ценности.
— Поверь мне, если ты еще раз попробуешь провернуть со мной этот трюк, то в следующий раз, под каким бы предлогом ты ни пришла, ты меня больше не увидишь.
Ся Цзыюй осеклась.
Ду Чжаохуэй не был похож ни на кого из тех, с кем она имела дело раньше!
Этот человек совершенно не умел щадить женские чувства, и его было крайне сложно обвести вокруг пальца. Ся Цзыюй глубоко вздохнула: чем сложнее он был, тем меньше у нее было причин сдаваться. Если даже ей он казался крепким орешком, то Ся Сяолань в будущем точно придется несладко.
— Господин Ду, вы слишком торопитесь. Что ж, тогда я скажу вот что: в марте в Советском Союзе сменится руководство.
Ду Чжаохуэй посмотрел на Ся Цзыюй как на идиотку.
В СССР лидеры назначались пожизненно, и речи не могло быть о выходе на пенсию. Нынешний руководитель пришел к власти только в феврале прошлого года, прошел всего год, и явно не было никаких признаков того, что в марте руководство сменится.
Разве что случится государственный переворот или действующий лидер умрет.
И это — козырь Ся Цзыюй для переговоров о сотрудничестве? Откуда у нее такие сведения? Помимо СССР, есть ли у нее что-нибудь по Китаю?!
Ду Чжаохуэй не стал вскакивать от возбуждения. Он ловко крутанул зажигалку в пальцах, небрежно прикурил сигарету и, выпустив облако дыма, произнес:
— Госпожа Ся, я с нетерпением буду ждать подтверждения вашего прогноза.
…
Сяо Ван подвез Ся Сяолань до гостиницы, снял для нее номер и специально предупредил персонал, чтобы те позаботились о ее безопасности. Только после этого Сяо Ван уехал.
Только сейчас Ся Сяолань по-настоящему успокоилась. Вспоминая недавний поступок Ду Чжаохуэя, она поняла, что это была всего лишь проверка.
Эх, зря она так разволновалась. В присутствии Сяо Вана она ни за что не согласилась бы на условия сотрудничества Ду Чжаохуэя. Если бы Ду Чжаохуэй действительно хотел помочь ей избавиться от Ся Цзыюй, он бы не выбрал для этого разговора улицу.
Гонконгцы действительно коварны, с ними трудно иметь дело.
К счастью, Ду Чжаохуэй на данный момент не был ее конкурентом в бизнесе; они были связаны лишь из-за Ся Дацзюня, а авария и вовсе оказалась случайностью.
Столкнувшись с Ду Чжаохуэем несколько раз, Ся Сяолань пыталась разгадать его характер: с виду он казался безрассудным, но на деле был невероятно проницательным. Тех, кто был слабее, Ду Чжаохуэй безжалостно топтал, относясь к обычным людям как к муравьям; перед теми же, кого он не мог себе задеть, он осторожно укрощал свою заносчивость, прикидываясь обходительным молодым наследником богатой семьи.
Ха-ха, такой человек раньше вел себя вызывающе, а потом смог извиниться перед Кан Вэем — у него изначально не было никаких принципов. Стоило ли надеяться, что он будет помнить о долге перед телохранителем и приложит все усилия, чтобы отплатить Ся Дацзюню добром?
О какой благодарности может идти речь? Для Ду Чжаохуэя это была просто покупка чужой защиты, оплаченная услуга, которой он пользовался как чем-то само собой разумеющимся.
Если Ся Цзыюй и Ду Чжаохуэй сойдутся вместе, но она не сможет предложить ему нужную выгоду, то и беспокоиться не о чем.
Ся Сяолань постепенно привела мысли в порядок и только тогда смогла уснуть. Неизвестно, каковы результаты поездки Чэнь Силяна на север; если ему действительно удастся убедить актеров или ведущую «Чуньваня» надеть модели от Luna, это будет огромной удачей. Если не получится — ничего страшного, Luna только в самом начале пути, можно подождать еще пару лет, подкопив сил.
Ся Сяолань рассматривала разные варианты развития событий. Перед самым сном ей показалось, что она забыла о чем-то важном.
На следующее утро из Пекина прилетел Лю Юн. Племянница и дядя встретились в магазине строительных материалов, и Ся Сяолань окончательно выбросила из головы смутные воспоминания.
— Дядя, вам пора арендовать офис.
Дела «Юаньхуэй» шли в гору, а у Лю Юна до сих пор не было даже приличного офиса. Переговоры с клиентами велись либо в гостиницах, либо в магазине стройматериалов. Съемный дом Лю Юна был старым и обшарпанным — в таком месте дела не ведут.
— Раз Сяолань говорит арендовать, значит, арендуем!
Лю Юн был очень худым, на лице почти не было жира, и когда он улыбался, в уголках глаз отчетливо проступали морщинки, но каждая из них светилась радостью. За год работы его отделочная компания действительно принесла прибыль.
Основную часть, конечно, составили те сто с лишним тысяч, заработанных на муниципальной гостинице, но Лю Юн отдал половину прибыли Ся Сяолань, и у него самого осталось всего несколько десятков тысяч.
Тем не менее, заработанных денег хватило, чтобы практически полностью покрыть расходы на покупку сыхэюаня в Пекине и долю в магазине стройматериалов.
Подсчитав доходы, Лю Юн расплылся в улыбке. Хотя заказы, полученные после гостиницы, были мелкими, их было много. Благодаря помощи Ли Дунляна и Гэ Цзяня расчеты с заказчиками проходили гладко. К тому же управляющий банка У активно предлагал кредиты — за этот год бизнес Лю Юна действительно стремительно вырос.
Он заранее снял в банке наличные и по очереди выдавал рабочим зарплату. Большинство из них отработали более 25 дней в месяц. В этой сфере не было фиксированных окладов: сколько наработал, столько и получил. В Пэнчжэне зарплаты были высокими: квалифицированный мастер мог получать 18 юаней в день. То есть, если работать в «Юаньхуэй» все 30 дней в месяц, максимальная зарплата могла составить 540 юаней.
Это было больше, чем на заводах с иностранным капиталом!
Конечно, сейчас в «Юаньхуэй» мало кто из рабочих мог претендовать на такую сумму — работать без единого выходного в месяц невозможно. Обычно доход составлял от 300 до 400 юаней. В течение месяца можно было брать аванс, а основная сумма выплачивалась в конце года. Лю Юн не хотел быть бессердечным хозяином, просто текучка кадров была большой, и если бы он платил поденно, то не смог бы гарантировать сроки выполнения работ. Немало было и тех, кто, получив деньги, на следующий день не выходил на работу; правила и система были необходимы.
Если кто-то хотел уволиться, он должен был предупредить за полмесяца, чтобы в «Юаньхуэй» успели нанять нового человека.
В итоге сцена выплаты зарплаты выглядела довольно внушительно. Например, рабочие, приехавшие с Лю Юном из Шанду, получили на руки более 3000 юаней. Пока Лю Юн выдавал деньги, Ся Сяолань отмечала это в тетради. Записи о количестве отработанных дней были не только у Лю Юна — рабочие и сами вели учет. Все эти ведомости помогла привести в порядок Ся Сяолань.
На выплату зарплат ушло более 60 тысяч юаней, включая новогодние хунбао по 100 юаней на каждого.
Ли Дунлян и Гэ Цзянь шли по отдельной статье. Эти двое были помощниками Лю Юна, им можно было без проблем доверить самостоятельное управление небольшим объектом, и работали они с полной отдачей. Лю Юн установил им фиксированную ежемесячную зарплату, и их новогодние бонусы были значительно выше, чем у обычных рабочих.
— Сяолань, я хочу сначала вернуть банку 100 тысяч. На душе неспокойно, когда висят долги. Как говорится: «Берешь в долг — вовремя верни, тогда и в следующий раз дадут без проблем».
Ся Сяолань на самом деле хотела сказать, что проценты в банке настолько низкие, что деньгами стоит пользоваться как можно дольше. Однако у дяди были другие взгляды: он считал, что долги лишают покоя, и Ся Сяолань не стала его отговаривать.
В любом случае, она сама вела бухгалтерию и знала, что за этот год ее дядя, даже без учета некоторых еще не полученных платежей, заработал немало денег.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
