В письме были подробно описаны прежние «позорные дела» Ся Сяолань.
Дурная слава Ся Сяолань в деревне, её интрижки с проходимцами, попытки соблазнить мужа сестры — всё это было написано, чтобы побудить семью Чжоу как следует разузнать о её истинном лице.
На такие подлости, приносящие вред другим и никакой выгоды себе, не был способен никто, кроме Ся Цзыюй.
Ся Цзыюй, должно быть, долго терпела, не в силах больше смотреть на то, как Ся Сяолань живет припеваючи. Раньше она не осмеливалась на подобное, опасаясь, что семья Чжоу выйдет на неё саму?
Теперь же ей всё равно нужно было бежать. Вероятно, Ся Цзыюй слишком долго копила это в себе и перед побегом, уже ни о чем не заботясь, отправила два письма Гуань Хуэйэ и Чжоу Гобиню?
Ся Сяолань заранее раскрыла всё своё так называемое «тёмное прошлое». Гуань Хуэйэ и Чжоу Гобинь знали правду и не поддались на провокации в разоблачительном письме Ся Цзыюй, начав презирать ту еще сильнее.
Ся Сяолань во всем любила действовать открыто: интригам она предпочитала честную игру.
Если бы в своё время она что-то утаила, то сейчас, после этой выходки Ся Цзыюй, у Ся Сяолань разболелась бы голова от проблем в отношениях с семьей Чжоу.
— Тётя просто хочет сказать тебе, что ни я, ни твой дядя Чжоу не верим её подстрекательствам. Сейчас она в бегах, её исключили из университета, так что тебе больше нет нужды связываться с такими людьми. Спокойно учись и работай. Если она будет постоянно прятаться, мы, возможно, не сможем её поймать, но если она покажется на людях, то ей точно не уйти.
На глазах у Ся Сяолань Гуань Хуэйэ сожгла разоблачительное письмо.
Ся Сяолань с сомнением спросила:
— Тётя Гуань, я слышала, что по уголовным делам есть срок давности. Если она переждёт его и только потом появится, неужели на неё не найдётся управы?
Гуань Хуэйэ была в ещё большем недоумении, чем Ся Сяолань:
— Где ты об этом слышала?
Ся Сяолань хотела сказать, что это же прописная истина, но Гуань Хуэйэ улыбнулась:
— Раз полиция завела дело, преступника можно поймать когда угодно.
На самом деле Гуань Хуэйэ тоже не разбиралась в таких вещах, но специально разузнала об этом ради Ся Сяолань.
— Этот побег Ся Цзыюй буквально погубил Ван Цзяньхуа. Пекинский педагогический институт чуть не исключил его вместе с ней. Семья Ван нашла людей, чтобы помочь, и только так его удалось спасти. Я слышала, что теперь Ван Цзяньхуа активно обивает пороги дома начальника управления Чжана. У начальника Чжана есть дочь, на год старше него, раньше она была из «образованной молодежи» в деревне.
Гуань Хуэйэ никогда не сплетничала о чужих делах, и то, что она внезапно упомянула Ван Цзяньхуа, было сказано специально для Ся Сяолань.
Ся Сяолань быстро сообразила, к чему клонит собеседница. Одно дело упомянуть начальника Чжана, но раз зашла речь о его дочери… Значит ли это, что Ван Цзяньхуа решил спастись, став альфонсом?
Ся Сяолань окончательно выбросила этого человека из головы.
Они не стали зацикливаться на побеге Ся Цзыюй; Гуань Хуэйэ спросила её, как идут дела в магазине одежды спустя месяц после открытия.
Ся Сяолань тут же улыбнулась:
— Мама недавно подводила счета, за первый месяц дела шли неплохо, мы действительно готовимся к открытию третьего филиала.
Гуань Хуэйэ причмокнула от удивления; разумеется, она не могла спросить прямо, сколько именно заработала Ся Сяолань.
— Справляешься с такой нагрузкой?
Силы человека ограничены, управлять двумя магазинами нелегко, а теперь еще и третий? Однако Ся Сяолань не стала говорить, что в её планы входит гораздо больше, чем три торговые точки.
— Я найму человека в помощь для управления. Моя мама со временем будет заниматься только закупками и сверкой счетов, её участие в повседневных делах магазина будет всё меньше и меньше.
Как управляются торговые сети? Если другие умудряются управлять тремя тысячами магазинов, нет причин, по которым Ся Сяолань не справится с тремя.
Один человек не может уследить за тремя тысячами магазинов, но при наличии четких регламентов достаточно задавать общее направление, а всё остальное сделают другие. Слова Ся Сяолань об открытии третьего магазина не были шуткой. «Синий Феникс» открылся 17 марта, и за первый месяц две точки вместе принесли более семидесяти тысяч юаней прибыли. За два месяца можно было купить целый сыхэюань в Пекине — в 85-м году мало какой бизнес мог похвастаться такой доходностью.
Не зря говорили, что в 80-е годы торговля одеждой была одной из самых прибыльных ниш!
Что касается Luna, там считался объем продаж. Luna — это не просто розница; из выручки нужно вычесть всевозможные издержки, чтобы получить чистую прибыль. Ся Сяолань и Чэнь Силян и не рассчитывали на большие дивиденды в самом начале; все заработанные на первых порах деньги должны были вкладываться в производство для постоянного укрепления и развития бренда.
Два магазина полностью распродали первую партию одежды Luna.
К радости Ся Сяолань и Чэнь Силяна, кто-то из Шанхая сам связался с компанией, пожелав работать по франшизе бренда Luna. Этот человек заполучил место в универмаге и пришел с предложением продавать одежду Luna. После того как Чэнь Силян заставил его просидеть целый день в магазине Luna в Гуанчжоу, наблюдая за потоком покупателей, тот предложил открыть специализированный магазин — изначально он хотел просто закупить партию товара.
Закупать товар по частям было нельзя; требовалось наличие специализированной торговой точки. Luna не должна была продаваться вперемешку с другими брендами, а вот открытие франчайзингового магазина допускалось.
— Чем плоха франшиза? Компания берет на себя половину расходов на ремонт, которые затем вычитаются из стоимости товара. Компания обеспечивает единую рекламу, берет на себя поставки, а персонал проходит обучение у компании — это самый беззаботный выбор.
Приехавшего из Шанхая господин Чэнь совсем заговорил:
— Раз вы всё делаете сами, что же делать мне?
Чэнь Силян сверкнул белоснежной улыбкой:
— Вы инвестируете деньги, а затем ждете прибыли.
Так ли это?
Кажется, действительно так.
Дела в этом магазине в Гуанчжоу шли просто великолепно.
Чэнь Силян вытащил журнал и указал на знаменитую звезду Ван Минмин:
— Даже Ван Минмин выступала на новогоднем гала-концерте в нашей одежде, у нашего бренда есть потенциал.
Слушая пересказ Чэнь Силяна, Ся Сяолань могла представить, что шанхаец просто не нашел бы аргументов для возражения. О них пишут в газетах и журналах, а приходящих на осмотр людей Чэнь Силян сразу ведет на швейную фабрику «Чэньюй». Он был шурином директора Хэ, и когда он заявлял, что «Чэньюй» — это фабрика, производящая одежду специально для него, рабочие на фабрике никогда бы не стали подрывать авторитет Чэнь Силяна.
Видя масштаб рекламной кампании, высококлассный демонстрационный магазин и столь огромную швейную фабрику, проверяющий не мог усомниться в силе бренда Luna.
Вот только франчайзинговый взнос был довольно дорогим.
— В этом году у нас действуют льготы: взнос за франшизу составляет 50 тысяч юаней. В следующем году, если захотите присоединиться, цена будет уже совсем другой.
Чэнь Силян вспомнил слова Ся Сяолань о том, что сеть может вырасти до нескольких тысяч магазинов. Он чуть не лишился чувств от этой цифры, прикидывая доход только со взносов. Ся Сяолань пришлось привести его в чувство: «Бренд Luna должен постоянно расти в цене. Взносы — это то, что мы заработаем сразу, но посчитай, сколько одежды будет продавать каждый новый магазин ежегодно? В конечном счете взносы — это лишь верхушка айсберга, настоящие деньги приносит сама одежда».
До этого было еще далеко, Ся Сяолань прервала его грезы.
Помимо открытия третьего филиала в Пекине, Ся Сяолань беспокоило еще кое-что. Бабушка Юй говорила, что встречают по одёжке, а в этом обществе полно обывателей, которые сначала смотрят на наряд. Лю Фэнь пора бы купить машину.
Ся Сяолань все обдумала: у неё ещё остался кредит, одобренный управляющим У, так что на открытие третьего магазина средств хватало.
Бабушка Юй была права, так что стоит купить автомобиль.
Лю Фэнь скоро должна была ехать в Янчэн за летней коллекцией, и Ся Сяолань хотела отправиться вместе с ней, чтобы выбрать машину на таможне в Пэнчэне.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
