Из собачьей пасти не вылезет слоновой кости.
Пойти в ресторан западной кухни предложила Ся Сяолань — просто чтобы попробовать что-то новенькое. Знай она заранее, что встретит здесь Цзи Я, Ся Сяолань предпочла бы перекусить в придорожной забегаловке, лишь бы не портить себе аппетит.
От пренебрежительных слов Цзи Я в висках у Ся Сяолань бешено застучало. Все здесь были взрослыми людьми, но некоторые просто не могли придержать свой гнилой язык. Ся Сяолань так и подмывало вышибить из Цзи Я все мозги:
— В стране уже вовсю идут реформы и открытость, и я-то наивно полагала, что китайцы давно расправили плечи и научились держать себя с достоинством. Кто бы мог подумать, что до сих пор находятся те, кому нравится строить из себя мнимых иностранцев и стелиться перед чужаками! Какая разница, умеет человек пользоваться ножом и вилкой или нет? Мы в Пэнчэне, на китайской земле. И неважно, что ресторан открыт китайцами — будь его владельцем хоть иностранец, он обязан уважать местные обычаи. Я плачу деньги за обед, и если я ем стейк ножом и вилкой, то лишь из уважения к чужой культуре питания. А если не захочу, мне обязаны подать к столу палочки. Дядя Тан, разве я не права?
В Пэнчэне еще не было настолько пафосных заведений, которые осмелились бы выставлять гостей вон.
Будь это какой-нибудь закрытый клуб, Ся Сяолань не стала бы попусту сотрясать воздух — у Цзи Я был статус, а она сама даже не состояла в клубе, к чему позориться?
Но это был обычный ресторан, открытый для всех, и никто не имел права выставить Ся Сяолань.
А что еще важнее — она была вместе с мэром Таном, и земля под их ногами все еще принадлежала Пэнчэню!
Ся Сяолань хотела посмотреть, как Тан Хунэн разрешит эту ситуацию. Если он хочет быть с ее матерью, ему не удастся просто так отмахнуться от этой сумасшедшей Цзи Я. Неужели при каждой их встрече ее матери суждено терпеть обиды?
Ся Сяолань смотрела на Тан Хунэна, и Цзи Я тоже не сводила с него глаз.
В итоге Тан Хунэн совершил поступок, которого не ожидал никто.
Лю Фэнь вовсе не боялась Цзи Я, просто она не была так остра на язык, как Ся Сяолань. Пока она только подбирала слова, чтобы возразить на оскорбление, Ся Сяолань уже высказала всё и передала право выбора Тан Хунэну.
И что же Тан Хунэн?
Ко всеобщему изумлению, он просто взял Лю Фэнь за руку:
— Сяо Лань права. Неважно, где ты ешь и какими приборами пользуешься. Важно лишь то, с кем ты делишь трапезу. Если тебе не по душе нож и вилка, я с удовольствием составлю тебе компанию и буду есть палочками.
Тан Хунэн даже не удостоил Цзи Я взглядом. Крепко держа Лю Фэнь за руку, он повел ее внутрь.
Менеджер ресторана, который всё это время наблюдал со стороны, поспешил за ними мелкой рысцой.
Цзи Я буквально трясло от ярости, а Ся Сяолань, еще не успев приступить к ужину, уже насильно наглоталась «собачьего корма», став свидетелем чужой нежности. Она мысленно аплодировала ответу Тан Хунэна, но на душе было немного неспокойно. Это не было простой любезностью — он взял ее за руку открыто, при всех!
В голове у Ся Сяолань крутилась только одна мысль: «За руки… они держатся за руки…»
Тан Хунэн вел Лю Фэнь до самого забронированного столика. Менеджер ресторана не сразу разобрался в их хитросплетениях, но было очевидно, что та дама у входа вызвала недовольство руководства.
— Это наше упущение, мы не должны позволять людям с низким уровнем культуры обедать здесь. Будьте спокойны, мы сейчас же попросим её уйти…
Ну не нелепость ли? Какая Цзи Я разница, какими приборами пользуются люди, пришедшие с самим главой города!
Менеджер готов был стереть Цзи Я в порошок от досады. Мэр Тан не впервые посещал их ресторан, но в зал западной кухни заглянул впервые. Раз он решился открыто держаться за руки на публике, значит, эта женщина, скорее всего, будущая госпожа Тан.
Услышав, что Цзи Я хотят выпроводить, Лю Фэнь шевельнулась и высвободила руку из ладони Тан Хунэна:
— Не стоит. Это ресторан, сюда может прийти каждый.
Менеджер дождался кивка Тан Хунэна и только тогда пообещал не выгонять Цзи Я.
Когда они остались втроем, Тан Хунэн с некоторым удивлением произнес:
— Тебе не нужно бояться лишних хлопот. Держи неприятных людей на расстоянии. Так можно сейчас, и так будет в будущем.
Кто такая Цзи Я? Раньше Тан Хунэн не хотел ссориться с семьей Цзи, но вовсе не потому, что боялся их.
Он сохранял лицо семьи Цзи, даже после развода каждый год наносил визиты со всеми полагающимися церемониями — и делал это не потому, что тосковал по Цзи Я, а ради встречи с Цзи Цзяньюанем. Он чувствовал вину за то, что не исполнил свой отцовский долг. Когда-то эта вина распространялась и на Цзи Я: он, бедный парень, взял в жены молодую господину из знатной семьи, а в те смутные времена его выбор привел к ссылке в коровник, и то, что он подверг опасности семью Цзи, было его ошибкой.
Но Цзи Я вела себя так вызывающе, что от чувства вины Тан Хунэна не осталось и следа.
Те крохи уважения, что он проявлял к Цзи Я, были лишь данью уважения к их сыну, Цзи Цзяньюаню.
Но Лю Фэнь не обязана была щадить чувства Цзи Я. Ни сейчас, ни тем более в будущем, когда они станут одной семьей!
Лю Фэнь покачала головой:
— Я не боюсь хлопот. Я просто хочу, чтобы она посмотрела.
На что посмотрела?
Ся Сяолань, шедшая чуть позади, как раз услышала слова матери.
— На таких людей ни в коем случае нельзя сердиться. Стоит вам разозлиться, и их цель будет достигнута.
Цзи Я и Цяо Чжи сидели за другим столиком.
Ся Сяолань оставалось только поражаться внутренней силе Цзи Я.
К чему все эти провокации? Неужели бывший муж после развода обязан вечно по ней тосковать?
Мир не вращается вокруг одного человека. Ушедшие люди и остывшие чувства вернуть почти невозможно. Нет никаких причин, по которым госпожа Цзи Я после развода могла вести яркую и насыщенную личную жизнь, а от Тан Хунэна требовать судьбы целомудренного монаха… В конце концов, на развод подала именно она, бросив его в те тяжелые времена — просто не захотела делить с ним невзгоды.
И после всего этого Тан Хунэн должен был считать её своим «прекрасным идеалом из прошлого»? О таком сюжете не решится наврать даже автор дамских романов!
Бывают ли люди, лишенные достоинства в отношениях?
Конечно, и немало!
Но Тан Хунэн определенно не из их числа.
Человек с «мозгами, затуманенными любовью», вряд ли занял бы нынешний пост!
Ни Ся Сяолань, ни Тан Хунэн поначалу не поняли, на что именно Лю Фэнь хочет заставить смотреть Цзи Я.
Блюда к их столу подали быстро. Менеджер действительно распорядился принести палочки; он даже хотел было предложить нарезать стейки на кухне, но не решился проявить такую самодеятельность. Впрочем, официант стоял всего в паре шагов, и стоило Тан Хунэну лишь намекнуть, этот смышленый малый тут же нарезал бы мясо кусочками, чтобы Ся Сяолань и её спутники могли воспользоваться палочками.
А вот за столом Цзи Я и Цяо Чжи еду всё не несли — и дело было не в медлительности персонала, судя по всему, они кого-то ждали.
— Тебе нужны палочки? — спросил Тан Хунэн у Лю Фэнь, и его рука тоже потянулась к приборам. — Честно говоря, я и сам не очень привык к ножам и вилкам. У китайцев китайские желудки. Когда приходится обедать с иностранными гостями и подают стейк с кровью, я просто не могу заставить себя это съесть.
Лю Фэнь покачала головой:
— Палочки не нужны. Я умею пользоваться ножом и вилкой, Сяо Лань меня учила.
Она очень нервничала.
Она знала, что Цзи Я непременно наблюдает за ними.
Ну и что с того, что её руки привыкли резать траву для свиней?
Тот, кто умеет резать траву, забивать кур и чистить рыбу, уж точно справится с куском говядины.
Цзи Я ведь тоже не родилась со знанием западного этикета. Пусть Лю Фэнь и не была такого высокого происхождения, она могла всему научиться.
Лю Фэнь изо всех сил старалась сохранять спокойствие. Она не только правильно держала нож, но и резала мясо так аккуратно, что лезвие ни разу не лязгнуло по тарелке. С какой стороны ни посмотри, её манеры за столом если и не были эталонными, то уж точно заслуживали твердой похвалы.
Лю Фэнь отправила кусочек говядины в рот.
Ся Сяолань даже замерла от удивления.
Она помнила, что показывала матери, как пользоваться приборами, всего один раз, и та тогда очень переживала. Откуда же взялась такая уверенность сейчас?
Тан Хунэн не удержался от смешка — так вот на что он должен был смотреть вместе с Цзи Я!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
