— Послушайте, Линь-сяоцзе, вы ведь ушли с поста главы отделения Союза торговцев провинции Ча и приехали в Гуйян в этот раз тоже для того, чтобы утвердить преемника?
— Верно, срок полномочий истёк, тут ничего не поделаешь.
— Значит, следующим будет Чжай?
— Нет, мой младший брат, скорее всего, вовсе оставит службу в Союзе торговцев.
Увидев изумление Сю Ли, Чай Линь тихо и горько усмехнулась.
— Когда я была маленькой, семья Чай была по-настоящему бедной, — сказала Чай Линь, ласково расчёсывая волосы Сю Ли.
Хотя это было в провинции, семья Чай, будучи знатным родом, дала жизнь многим прославленным чиновникам и пользовалась добрым именем.
— Но чиновники из моей семьи всегда критиковали семью Ча и губернаторов, которые беспрекословно им подчинялись, из-за чего стали для них бельмом на глазу. Некогда знатный род Чай постепенно пришёл в упадок. Однако никто из нас не склонился перед семьёй Ча. Особенно упрямым был цзяфу. Муцинь умерла от истощения, чтобы у нас была еда. Но до сих пор мы с Чжаем помним, как отец сдерживал слёзы, не желая уступать семье Ча ради блага народа.
Чай Линь тихо рассмеялась.
— Мы с Чжаем понимали, что так продолжаться не может, отец был слишком упрям. С тех пор мы с Чжаем решили стать торговцами.
— Ах…
— Чтобы достичь цели, нужна сила. Но семья Чай для семьи Ча уже ничего не значила. Хотя отцу с трудом удалось стать провинциальным чиновником, это была пустая должность. Даже будучи знатным родом, как бы честен ни был отец, он ничего не мог добиться. Поэтому мы с Чжаем решили сначала накопить денег. Экономическая мощь — вот та сила, о которой я говорю. В Союзе торговцев, где превыше всего ценятся способности, можно не только не поддаваться давлению семьи Ча, но и работать женщинам. Мы с Чжаем упорно учились вести дела, чтобы вступить в Союз торговцев. Когда мы сказали об этом отцу, он пришёл в ярость. Он даже грозился отречься от нас. Ха-ха-ха, это и понятно.
— А что было потом?
— А вскоре после этого прибыли лорд Янь Цин и господин Юй Шунь. Ой, не шевелись, — она поспешно остановила Сю Ли, собиравшуюся поднять голову. — Они разглядели безвестного чиновника самого низшего звена и назначили его правителем Цзиньхуа. С того самого момента мы поклялись им, что в ближайшее время непременно возглавим Союз торговцев провинции Ча и приложим все силы, чтобы помогать им. — Вдруг атмосфера вокруг Чай Линь изменилась. — «Подожди десять лет», — сказал лорд Янь Цин. — «Через десять лет я сделаю так, что ты сможешь улыбаться. Даже если я не буду губернатором, мы с Юй Шунем добьёмся, чтобы ван прислал настоящего губернатора». Они… они блестяще сдержали своё обещание.
Сю Ли вспомнила события прошлого лета. Умирающего от голода лорда Янь Цина, упавшего у порога её дома. У него ведь не было никакой власти губернатора за пределами провинции. Ради чего он тогда отправился в провинцию Цзы — теперь Сю Ли это понимала.
— Никто другой не справился бы лучше них. Даже вы сейчас. Только благодаря им провинция Ча стала такой, какая она есть. И только благодаря им мы можем передать дела вам. Я действительно им благодарна… хм, и ещё за то, что смогла выйти замуж за господина Юй Шуня.
Тонкие пальцы порхали между прядей, искусно заплетая косу.
— Муцинь любила нас всем сердцем и так же сильно любила отца, я очень этим горжусь. На похоронах муцинь я видела множество людей, плачущих по ней и по её овдовевшему мужу. Те, кого спасли чиновники рода Чай многих поколений, пришли с цветами в руках — вот что мы обрели взамен упадка семьи. Где бы мы с Чжаем ни были, мы всегда остаёмся людьми рода Чай. Даже когда мы потеряли муцинь, я гордилась поколениями чиновников семьи Чай, гордилась отцом. Я не хотела, чтобы отец менялся. Все им восхищались, и мне очень нравилось, как безмерно он любил муцинь и как оплакивал её. Поэтому мы с братом пустились в авантюры вместо отца.
— И вот, скоро наступит конец этому пути, — сказала Чай Линь. — Благодаря вам и Ду Инъюэ Чжай наконец сможет пойти той дорогой, которой сам пожелает.
В памяти Сю Ли всплыл взгляд Чай Чжана в тот момент, когда кольцо попало к Ча Чжунчжану.
— Я не могу отдать это вам. Как представитель рода чиновников Чай, который из поколения в поколение отважно противостоял бесчинствам семьи Ча, не склоняясь ни перед какими преследованиями и сохраняя благородство, я могу ответить вам только так.
Он провозгласил это без тени сомнения — сейчас Сю Ли представляла его только как чиновника.
— Значит, он хочет стать чиновником?
— Ждите моего младшего брата на вершинах власти. Я взяла на себя обязанности главы отделения, чтобы у Чжая было время на учёбу, но если он провалится на экзаменах, я выгоню его из дома. Кто знает, быть может, прямо сейчас его просят стать учителем для товарищей по подготовке к экзаменам.
Чай Линь вспомнила о лорде Янь Цине и рассмеялась. Вдвоём ведь дело спорится лучше, чем в одиночку.
— Правитель Чай наверняка будет очень рад.
— А, возможно. Но это неважно.
— А?!
— Чжай становится чиновником не ради отца. Он просто сам этого хочет, — говоря это, она расчёсывала волосы и закалывала их простой шпилькой-цзи.
— Не потому, что отец что-то говорил. Просто мы видели его жизнь и захотели унаследовать его помыслы и гордость. Люди всегда на виду у других, даже если они не думают об этом, их поступки, слова, выражение лица и манеры всё равно проявляются во всём и запоминаются окружающим. Добрые дела или злые — всё это влияет на других. Просто так случилось, что поведение моего отца как честного чиновника передалось его детям.
Сю Ли вспомнила о том, что было десять лет назад.
Сад, где исчезли все цветы, плоды и даже рыбы. Картину того, как люди на улицах отчаянно гнались за тощей крысой. Не имея возможности ничего сделать, она лишь играла на эрху похоронные песни для умерших. Если она станет чиновником, то сделает всё, чтобы больше никогда этого не видеть.
— Хм, всё-таки нужно пойти и купить несколько шпилек-цзи и лент для волос. Из цветов подойдут жасмин голоцветковый, химонант, айва японская (что это за цветы?), камелия. А чтобы не повредить «бутоны», добавим один-два драгоценных камня. Серьги должны быть маленькими и изящными, с хорошими камнями — лучше всего подойдёт рубин, и ещё браслет из нанизанных жемчужин.
Услышав бормотание Чай Линь, Сю Ли наконец пришла в себя.
— Э… Линь-сяоцзе, о чём это вы?
— Просто ждите с нетерпением. Вернёмся к нашей теме: по крайней мере, мы с Чжаем, пусть и за короткое время, смогли разглядеть вас.
Чай Линь распустила только что уложенную сложную причёску и вернула волосам прежний вид.
— Вы с Ду-губернатором прибыли в провинцию Ча одни, и это не имеет отношения к возрасту или полу. Помните, что вы гораздо более рассудительны, чем другие чиновники. Мы с Чжаем радовались вашему назначению вовсе не потому, что вы тринадцатилетний чжуанъюань и первая женщина-чиновник. Будь то мужчина или женщина, если они плохо справляются со своим делом, Чжай вышлет их вон. Хун Сюули и Ду Инъюэ — эти двое тронули сердца многих. Поэтому, даже если вам нечего сказать, пожалуйста, расправьте плечи. Нет нужды чувствовать себя уязвлённой, ведь в конечном счёте любое дело не зависит от того, мужчина вы или женщина. Кто бы это ни был, если он хочет чего-то добиться, он должен прилагать усилия. Но ведь «в птицу, что высунула голову, стреляют первой», и такая птица существует на самом деле. Не сочтите за хвастовство, но нас с Чжаем постоянно притесняли, пока мы не добились успеха.
Растроганная поддержкой Чай Линь, Сю Ли невольно улыбнулась.
— Да. Линь-сяоцзе, значит, после ухода с поста главы отделения вы продолжите заниматься торговлей?
— Я передам эстафету молодым.
— Значит, всё-таки решите посвятить себя заботам о семье?
— Нет-нет, я собираюсь полностью посвятить себя изобретениям.
Сю Ли не знала, что и ответить на такой неожиданный поворот.
— Ах! Изобретения?!
— Вообще-то меня приняли в Союз торговцев именно благодаря моим изобретениям. Инвалидное кресло господина Юй Шуня тоже сделала я. С ясным умом деньги можно заработать где угодно. К тому же видеть радостные улыбки покупателей — это как убить двух зайцев одним выстрелом. Я не брошу это занятие и после свадьбы. Встретив господина Юй Шуня, я захотела создавать вещи, которые позволили бы ему жить как обычно. Если мой фуцзюнь может любить и работу, и жену, то почему я не могу? Это в порядке вещей.
Ошеломлённо выслушав её, Сю Ли спустя долгое время произнесла:
— Линь-сяоцзе, вы такая классная!
— Ах, не знаю почему, но я постоянно слышу это. С этого момента вы обязательно станете ещё более очаровательной женщиной. Я буду очень этого ждать.
Глядя на открытую улыбку Чай Линь, Сю Ли на мгновение задумалась. Удивительно, почему та же самая улыбка на лице её брата-близнеца всегда кажется предвестием какого-то умысла.
— Не забывай, что ты — губернатор, которым гордится провинция Ча.
После того как Чай Линь вышла, Сю Ли накинула верхнюю одежду и покинула комнату.
Покои, в которых жил губернатор, были довольно скромными, но для Сю Ли комната такого уровня выше среднего казалась роскошью. Под коридором находился небольшой балкон. Пронизывающий холодный ветер навевал воспоминания. Сю Ли вышла на балкон и взялась за ледяные перила. Она подняла голову к знакомому звёздному небу, а затем посмотрела в сторону одного из кварталов Гуйяна. Внезапно кто-то набросил ей на плечи одеяло. Сю Ли долго и молча смотрела на Гуйян. А затем…
— Цзинь Лань.
— Да.
Сю Ли обернулась, и её ослепительная улыбка была такой, какой Цзинь Лань прежде никогда не видел.
— Нужно приложить все силы.
Цзинь Лань подавил желание протянуть руку. Улыбка, которая всегда давалась ему с лёгкостью, теперь давалась с трудом.
— Да.
Цзинь Лань наконец осознал, что девушка, которую он всё это время защищал, больше в нём не нуждается. Хотя он давно это знал, он просто не желал этого признавать.
******************************************************************************
— Ван-шан.
— Я отказываюсь.
— Я пришёл не с предложением о женитьбе.
— А, это Цзян Ю… Кажется, мы целую вечность не виделись.
Цзян Ю лишь покачал головой на рефлекторную реакцию вана, но, видя, как того ежедневно донимают высокопоставленные чиновники, всё же сочувствовал ему. Если бы он сам был на его месте, то давно бы ушёл в отставку.
Но этот доклад определённо заставит его взбодриться.
Хотя использовать почтительные обращения было немного странно, её чин теперь был выше его.
— Губернатор провинции Ча Хун Сюули-дажэнь, заместитель губернатора провинции Ча Чжэн Юйшунь-дажэнь и глава семьи Ча Ча Кэсюнь-дажэнь прибудут в столицу послезавтра. Более того, уже решено, что в тот же день они получат аудиенцию у Его Величества.
Ван, занимавшийся государственными делами, замер с кистью в руке и после недолгого молчания кивнул.
— Понял. Сначала я встречусь с Ча Кэсюнем. Он должен быть последним. Семь семей уже почти все прибыли. Аудиенция губернатора провинции Ча и заместителя состоится после этого. Улаживание времени оставляю на тебя.
Цзян Ю не ожидал, что выражение лица вана ничуть не изменится; видя, что тот продолжает заниматься делами, он даже немного растерялся.
— Ван-шан…
— Что? Ах да, передай Цю Ину, что Генерал Хэй и Генерал Бай, хоть сейчас и Новый год, всё же выпили лишнего. Из Синунсы со слезами на глазах доложили, что запасы вина, рассчитанные на целый год, были до капли выпиты этими двумя генералами и шаншу Гуанем.
— Может, они съели что-то не то?
— Если бы была осень, это ещё куда ни шло, но зимой ничего не падает. Если больше ничего нет, можешь идти. Ты, должно быть, очень занят новогодними делами семьи Хун, которыми тебя нагрузил шаншу Хун.
Именно так. Цю Ин сейчас отсутствовал по той же причине. Получив известие о возвращении Сю Ли в столицу, он хотел поскорее сообщить об этом вану. Но такая реакция?
Хотя он выглядел немного усталым, настроение у него было не дурным, и внешне он ничем не отличался от обычного себя.
Цзян Ю почувствовал недоумение, но всё же удалился.
После того как Цзян Ю вышел, ван прикрыл глаза, словно о чём-то задумавшись. Затем, словно ничего не произошло, он снова сел за стол и продолжил заниматься делами.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
