На следующий день ещё до рассвета Чжао Ши встал с постели. Он оделся аккуратно и выглядел изысканно и опрятно, обладая крайне выдающейся внешностью.
Маленькие служанки во дворе пятой юной гунян особняка семьи Мин не могли удержаться и, краснея, бросали на него взгляды. Наследный принц был по-настоящему красив.
Чжао Ши взял с собой личную охрану с саблями на поясе, оставив лишь несколько стражников снаружи особняка семьи Мин.
И дело было не в слежке, он просто беспокоился, что, если вдруг что-то случится, кто-то должен будет защитить её и обеспечить безопасность.
Когда Минчжу проснулась, её голова всё ещё немного была тяжёлой. Этот сон длился довольно долго, и когда она села, поясница заныла так, словно была сломана. Спустившись с кровати, она почувствовала слабость в ногах и лишь спустя некоторое время смогла твёрдо стоять.
Биин вошла, неся в руках свежесшитые одежды. Минчжу взглянула на них:
— Сегодня я всё же надену что-нибудь поскромнее.
Биин немного растерялась:
— Но разве вы не собираетесь выйти вечером в город на праздник?
На Празднике фонарей многие неженатые мужчины и незамужние девушки устраивают тайные свидания. Прекрасные, как цветы и нефрит, девы в этот день наряжаются, и, если встретят на улице того, кто им по сердцу, то могут набраться смелости и заговорить первыми.
Хотя наследный принц уже отправился на гору Чантаи для совершения жертвоприношений, он должен успеть вернуться до наступления темноты, чтобы провести праздник вместе с ней.
Биин сказала:
— Ткань этого платья лёгкая и дышащая, она придаёт облику воздушность и неземное изящество. В нём вы будете выглядеть чудесно, словно маленькая небожительница.
Минчжу улыбнулась:
— Тогда переоденусь вечером.
Биин кивнула в ответ.
Минчжу притворилась, будто спрашивает невзначай:
— Биин, когда уехал наследный принц?
— Он уехал, когда было ещё совсем темно.
— Мгм. — Минчжу расслабилась. Она поднесла к губам чашку с водой и сделала маленький глоток. После недолгого молчания она снова спросила: — Кажется, через пару дней у наследного принца будет день рождения?
Биин радостно вскинула брови. Она не ожидала, что Минчжу-гунян проявит такое внимание и будет помнить о дне рождения наследного принца. Она с улыбкой ответила:
— Да, осталось меньше месяца.
Минчжу, конечно, помнила о дне рождения Чжао Ши. В прошлой жизни она каждый год собственноручно готовила ему подарок. Однако Чжао Ши ежегодно праздновал день рождения в императорском дворце и лишь потом приходил к ней, поэтому многие её подарки так и оставались невостребованными у неё на руках.
Она опустила лицо, притворяясь застенчивой:
— Некоторое время назад я заказала в ювелирной лавке стеклянную шпильку. Не могла бы ты, когда освободишься после полудня, забрать её для меня?
Биин кивнула:
— Хорошо.
Минчжу специально хотела отослать Биин. К тому моменту, когда та вернётся и обнаружит её исчезновение, посылать людей на поиски будет уже поздно.
Биин и представить не могла, что Минчжу всё ещё лелеет мысли о побеге. С её точки зрения, наследный принц относился к Минчжу-гунян уже весьма недурно.
В особняке семьи Мин повсюду развешивали фонари, слуги были заняты делами, а приготовленные фейерверки и петарды планировали запустить сегодня вечером.
В усадьбе царило оживление, всё выглядело празднично.
Младшие братья и сёстры из третьей ветви семьи, любившие поозорничать, с шумом прибежали во двор Минчжу с бумажными змеями, громко крича и мешая тишине.
— Сестра, запусти змея ещё выше!
— Этот двор слишком тесный, я же говорил не приходить сюда, я ненавижу пятую цзецзе.
— Я тоже её ненавижу, а-нян велела мне с ней не разговаривать.
Слова ребёнка не знают запретов.
Змея запустили слишком высоко, подул весенний ветерок, и нить в небе внезапно оборвалась.
Дети запрыгали от досады, не переставая галдеть.
Минчжу вышла на шум.
Дети её не боялись и как ни в чём не бывало принялись командовать:
— Быстро достань нам змея, который застрял на дереве.
Минчжу подумала и ответила:
— Я не умею лазать по деревьям.
Ребёнок фыркнул:
— Ты врёшь.
Дети из третьей ветви не любили Минчжу, и Минчжу тоже не любила их.
Она добавила:
— Позовите кого-нибудь сами, чтобы его сняли.
Выпавший несколько дней назад снег уже полностью растаял под ласковым весенним солнцем, на ветвях деревьев проклюнулись почки, раскачивающиеся на ветру.
Дети были одеты тепло, в маленьких сапожках, все в золоте и серебре. Изнеженные и холёные, они были пухлыми и белыми, словно толстощекие карапузы с новогодних картин. Однако характер их был высокомерным и заносчивым.
— Я хочу, чтобы именно ты его достала, иначе я пожалуюсь а-де, что ты нас обижаешь.
Минчжу лишь равнодушно ответила: «О». Она не была их служанкой и не боялась этих угроз.
— Идите жалуйтесь.
Там их уже искали пожилые служанки, и в мгновение ока юные гунцзы и маленькие гунян исчезли. Это заставило служанок не на шутку разволноваться.
Минжу, услышав шум, пришла вместе со своими служанками. Тон её был крайне недобрым:
— Живо уведите юных гунцзы и гунян отсюда!
— Жу-цзецзе, а как же наш змей! — Ребёнок воспользовался случаем и решил пожаловаться, надеясь, что та проучит Минчжу. — Она не хочет доставать нам змея, да ещё и грубит нам.
Минжу бросила взгляд на стоявших рядом момо, и те поспешно увели детей со двора.
Минчжу почувствовала на себе враждебный взгляд Минжу. После недолгого молчания её старшая сестра, рождённая законной женой, на удивление ничего не сказала, развернулась и ушла.
Теперь Минжу не смела действовать опрометчиво. Она сильно недооценила значимость Минчжу для наследного принца. Сянъян-цзюньчжу лишь пару раз пнула её и заставила эту дрянь стоять на коленях несколько часов, как наследный принц в ярости расторг помолвку.
Это до смерти напугало Минжу. Вернувшись из императорского дворца, она слегла с сильным жаром и только через два дня приёма лекарств ей стало чуть лучше.
Если она всё ещё хотела выйти замуж за наследного принца в качестве цэфэй, она не могла трогать его людей.
Но как только Минжу представляла, что в будущем, когда она действительно войдёт в Восточный дворец и станет цэфэй, она по-прежнему не сможет и пальцем коснуться Минчжу, она не могла подавить в себе гнев.
Мать советовала ей терпеть, даже если нет сил.
Минжу с ненавистью думала: «Почему в тот день во дворце цзюньчжу не прикончила Минчжу на месте? Если бы они обе пострадали в этой борьбе, я смогла бы извлечь выгоду».
Сколько бы обиды ни накопилось в душе, Минжу оставалось только проглотить её.
После ухода Минжу Минчжу повернулась и спросила Биин:
— Разве моя сестра скоро не обручится? Почему же у неё такой недовольный вид?
Биин тоже это казалось странным, она покачала головой, показывая, что не знает.
— Однако в тот день, когда наследный принц принёс вас из дворца на руках, он расторг помолвку с цзюньчжу.
Договорив, Биин подняла глаза, чтобы проследить за выражением лица Минчжу, но та осталась безучастной.
Узнав новость о расторжении помолвки, Минчжу не испытала особых чувств. Она спокойно стояла под лучами солнца, храня молчание.
Биин с любопытством спросила:
— Гунян, вы не рады?
Ведь наследный принц расторг помолвку с цзюньчжу именно ради неё.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
