С наступлением ночи Янь Ло, держа свечу, миновала один двор за другим. Дойдя до самых глубин дворца Цюнхуа, она увидела, что Ло Вэй пишет при свете лампы.
Слуги разошлись, и Янь Ло, установив свечу на подсвечник, подошла к Ло Вэй.
Она склонила голову, чтобы посмотреть – Ло Вэй копировала прописи и только что закончила первую фразу.
— Чжунни привиделись во сне похороны1, семьдесят и два.
Теперь она больше не копировала «Орхидеевую беседку» и не писала в стиле «фейбай», полностью отказавшись от прежних предпочтений. Она пересмотрела всё своё каллиграфическое мастерство и начала с чистого листа. Без особой нужды она и вовсе не бралась за кисть, а когда писала, стиль её был переменчив и почерк непостоянен — так она извлекла уроки из прошлого.
Янь Ло лишь взглянула на лист и произнесла:
— Ваша слуга приготовила для государыни чашу прохладного творожного десерта. Поешьте, государыня, а потом продолжите писать.
Ло Вэй подняла голову и увидела в бронзовом зеркале свои слегка припухшие алые губы. Ей оставалось лишь беспомощно отложить кисть. Приняв из рук служанки чашу, она кивнула на лист:
— Взгляни, как тебе этот почерк?
Лишь тогда Янь Ло заметила, что копия была сделана не с танских образцов, а с надписи на бумаге с летящими журавлями. Она внимательно присмотрелась и увидела сбоку оттиск печати: «Цзы Бай».
— Это прописи тайши? — изумленно спросила она.
— Это список «Чжунни мэн дянь те», сделанный тайши, — ответила Ло Вэй. — Я раздобыла его у одного человека, чтобы немного изучить. Говорят, почерк — это лицо человека. По строению знаков и их силе, возможно, удастся заглянуть в его помыслы.
Янь Ло долго смотрела на знаки, а затем произнесла:
— Когда вы вернулись вечером, то рассказали совсем немного. Я всё обдумывала это и всё же считаю, что свалить хоу Фэнпина, опираясь лишь на слова одного конюха, будет непросто.
Ло Вэй усмехнулась, но не ответила на её сомнение прямо:
— А Фэй, помнишь ли ты вопрос, который задала мне, когда только пришла во дворец Цюнхуа?
— Помню, — после недолгого раздумья ответила Янь Ло. — Тогда я была в отчаянии и спросила вас, тайши пустил глубокие корни в правительстве и к тому же заодно с императором. Как ни посмотри, наш путь — это тупик.
— Это и впрямь трудно.
— Тогда вы сказали мне, что подрезать больную сливу2 — не значит с силой выпрямлять её ствол. Нужно начинать с малого, одну за другой отсекая разросшиеся боковые ветви. Все эти ветви разные, и способы их обрезки тоже должны различаться. Если перенести это на государственные дела, то среди окружения тайши есть те, кто просто следует за ветром3, те, кто связан с ним выгодой, и те, кто затаил свои корыстные помыслы — все они разные.
— Какую же тактику следует применить сейчас к тем, кто колеблется?
— Ваша слуга полагает, что лучше всего действовать мягкостью.
— А как быть с теми, кто связан взаимной выгодой?
Янь Ло на мгновение замялась и, тщательно подбирая слова, ответила:
— Разорвать узы выгоды крайне сложно. Возможно… здесь нужен удар в самое сердце.
Ло Вэй похвалила её:
— Именно так. Для человека, занимающего столь высокое положение, как Юй Цюши, труднее всего уследить за каждым своим подчиненным. Е Тинъянь выбрал своей целью хоу Фэнпина именно потому, что среди многочисленных приспешников Юй Цюши тот наиболее близок к нему и больше всех связан с ним общими интересами.
— Такого человека он непременно будет спасать изо всех сил. Но это не важно. С того момента, как Линь Чжао на весеннем выезде столкнулся с обвинениями того конюха, результат этой партии стал беспроигрышным, — Ло Вэй допила десерт и отставила блюдце. — Хоу Фэнпина не назовешь умным человеком. Если Сун Лань попадется на крючок и отправит обоих в ведомство Чжуцюэ, то хоу Фэнпин непременно впадет в панику и бросится за помощью к Юй Цюши. И вот тогда наш господин тайши столкнется с весьма тонким вопросом, спасать этого человека или нет? И сколько сил стоит потратить на его спасение?
Янь Ло постепенно начала понимать её замысел:
— Император крайне подозрителен, и никто в столице не знает этого лучше тайши. Ведь на протяжении стольких лет он сам использовал эту черту, чтобы устранять политических врагов. Если тайши опрометчиво вмешается в это дело, он рискнет навлечь на себя подозрения императора. Будучи человеком осторожным, тайши, осознав это, неизбежно окажется в затруднительном положении.
— Как только он начнет колебаться, можно считать, что партия выиграна, — Ло Вэй снова взяла кисть и написала вторую фразу. — Е Тинъянь только что рассказывал мне об этом, и я лишь радуюсь, что он не примкнул к другой стороне. Если бы этот клинок был направлен против меня, то я, право, не знаю, сумела бы с ним совладать.
Она взглянула на оригинал, и её кисть стремительно залетала по бумаге:
— Вернувшись, я задумалась глубже, и всё это кажется мне ещё более занятным. Линь Чжао уже в ловушке. Удастся ли его спасти или нет — неважно. Если он умрет, партию не разрушить, и не исключено, что даже сам хоу Фэнпин окажется замешан. После весеннего выезда Палата старейшин будет подводить итоги года, а там обнаружится немало недостач.
Сердце Янь Ло пропустило удар.
В прошлом году в Цзяннани случились природные бедствия, налогов собрали мало, к тому же в запретном дворце произошел пожар, и восстановление ещё не завершено. Казна сейчас остро нуждается в деньгах. Если Е Тинъянь упомянет об этом перед Сун Ланем, неужели тот сам не додумается до остального?
Ло Вэй не стала продолжать, лишь небрежно заметила:
— В любом случае, хоу Фэнпину придется понести огромные убытки, и сохранит ли он жизнь — зависит лишь от судьбы. Так между Юй Цюши и хоу Фэнпином неизбежно возникнут раздоры. Подумай сама, если уж с хоу Фэнпином так обходятся, что почувствуют остальные? Когда сердца остывают, лед сковывает всё на тысячи ли вокруг, и снова согреть их будет ох как непросто.
Янь Ло растирала тушь и, медленно обдумывая сказанное, покачала головой со вздохом:
— Этот план поистине карает сердца4. У вашей слуги дух захватывает, когда она слышит об этом.
Ло Вэй, склонившись над столом, продолжала писать. Вспомнив о чем-то, она на миг замерла, и с кончика кисти упала густая капля туши:
— Впрочем, в этом мире и впрямь никто не может предусмотреть абсолютно всё. В планах Е Саня всё же возникла непредвиденная переменная. Он хотел воспользоваться покушением на Сун Ланя и выпустить стрелу, чтобы завоевать его доверие, но в итоге плоды его трудов достались другому — нашелся человек, который воспользовался его попутным ветром5.
— Ваша слуга слышала об этом, — отозвалась Янь Ло. — Говорят, это какой-то ученый-сюэши из Цюнтина по фамилии Чан.
— Если он человек тайши и вступил в борьбу с Е Санем, то это поистине прекрасный спектакль. Интересно, как далеко они зайдут, — Ло Вэй зевнула. — Ну да ладно, давай сначала просто понаблюдаем. Даже если возникли помехи, он должен суметь с ними справиться. В противном случае он действительно не оправдает моих ожиданий.
— Если спектакль будет хорош, то мы сможем подбросить дров в огонь.
Сегодня Сун Лань собирался навестить её, но она под предлогом испуга отказалась. Иначе неизвестно, удалось бы ей спокойно выспаться.
Закончив копировать прописи, Ло Вэй подняла лист и, взглянув на него, с пренебрежением бросила:
— Почерк тайши, должно быть, сформировался ещё в юные годы. В нём сквозит та сила духа, которой у самого автора нет ни на грош. Описанного в тексте он совершенно не боится. Видимо, слова о том, что почерк отражает человека, — сущая неправда.
Янь Ло проследила за её взглядом и увидела строки во второй половине свитка:
— Нет рожденного, кто не состарился бы, и нет старого, кто не умер бы.
Тело возвращается в могильный холм,
Дух возвращается к тому, от кого был получен.
Боль и горечь — разве можно о них не помнить постоянно?
Возмездие за добро и зло следует за человеком как тень.
И в этом не бывает ошибок.6
- Чжунни привиделись во сне похороны (仲尼梦奠, zhòngní mèng diàn) — начало текста каллиграфического шедевра Оуян Сюня, в котором Конфуций (Чжунни) предсказывает свою смерть. ↩︎
- Подрезать больную сливу (修剪病梅, xiūjiǎn bìngméi) — метафора, означающая методичное устранение врагов. ↩︎
- Следовать за ветром (见风使舵, jiàn fēng shǐ duò) — букв. «поворачивать руль по ветру», идиома, означающая умение подстраиваться под обстоятельства ради выгоды. ↩︎
- Карать сердца (诛心, zhū xīn) — идиома, означающая разоблачение или нанесение удара по истинным, скрытым помыслам. ↩︎
- Воспользоваться попутным ветром (借东风, jiè dōng fēng) — букв. «заимствовать восточный ветер», идиома, означающая использование благоприятных внешних обстоятельств или чужого успеха для собственной выгоды. ↩︎
- Нет рожденного, кто не состарился бы, и нет старого,.. 未有生而不老，老而不死 (wèi yǒu shēng ér bù lǎo, lǎo ér bù sǐ), 形归丘墓，神还所受 (xíng guī qiū mù, shén huán suǒ shòu), 痛毒辛酸，何可熟念 (tòng dú xīn suān, hé kě shú niàn)? 善恶报应，如影随形 (shàn è bàoyìng, rú yǐng suí xíng). 必不差二 (bì bù chā èr) – Нет рожденного, кто не состарился бы, и нет старого, кто не умер бы. Тело возвращается в могильный холм, – идея круговорота, прах в землю, дух к истоку. Дух возвращается к тому, от кого был получен. Боль и горечь — разве можно о них не помнить постоянно? — означает тщательно обдумывать, вновь и вновь возвращаться мыслью». Возмездие за добро и зло следует за человеком как тень. — классическая формула о неотвратимости воздаяния. И в этом не бывает ошибок. – воздаяние абсолютно точно и беспристрастно. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
