И тут ярость гиганта вырвалась наружу, когда Шурпанакха заговорила резко. Окруженный вельможами, царь демонов взглянул на нее, свирепо вопрошая:
— Кто этот Рама, откуда он и где он? Опиши его облик, его мощь и деяния. Какая цель привела его стопы в труднопроходимый лес Дандака? Что за оружие у него, которым он смог повергнуть в битве ночных скитальцев, повергнуть Тришираса и Душану и убить Кхару? Расскажи всё, сестра моя, и поведай, кто искалечил тебя, столь прекрасную собой.
Так обратился к ней царь великанов, и пока в ней кипела неугасимая ярость, великанша поведала наконец об облике, деяниях и силе героя:
— Руки его длинны, а глаза велики; одеждой ему служит шкура черного оленя. Он — сын царя Дашаратхи, прекрасный, как сам Кандарпа. Украшенный множеством золотых браслетов, он держит в руке лук, подобный луку Индры, и мечет поток яростных стрел, разящих и жгучих, словно ядовитые змеи. Я смотрела и смотрела, но так и не увидела, как его могучая рука натягивает тетиву, посылая смертоносные стрелы, в то время как в воздухе гремел его боевой клич. Я смотрела и смотрела, и слишком хорошо видела, как под этим градом падали великаны, подобно тому как падает на землю золотое зерно под ударами дождя Индры. Он сражался, и четырнадцать тысяч грозных, сильных и высоких великанов пали, сраженные острыми стрелами, которые Рама выпускал пешим, в одиночку. Не прошло и трех часов, как Кхара и Душана были мертвы, а он освободил мудрецов и устроил надежное убежище под сенью Дандаки. Победитель пощадил меня по своей милости, иначе я разделила бы участь великанов. Благородный Рама не пожелал осквернить свою руку кровью женщины.
— Славный Лакшмана, по праву ему дорогой, равный ему в дарах и воинской доблести, служит великому брату со всей преданностью своей верной души. Неукротимый победитель, смелый и мудрый, он первый в каждом отважном деле, всегда готовый стоять рядом с ним — словно второе «я» или более умелая рука.
— И у Рамы есть большеглазая супруга; чисты, как луна, ее щеки и чело. Она дороже жизни в глазах Рамы, чье счастье — ее отрада. С прекрасными волосами и дивным ликом, эта дама безупречна с головы до пят. Она сияет, словно светлая богиня леса, царица красоты со статной осанкой. Первая среди всех женщин — Сита с изящной талией. На всей земле мои глаза никогда не видели женского облика столь пленительно прекрасного. Ни богиня, ни нимфа не могут сравниться с ней, ни невеста небесного певца. Тот, кто мог бы назвать эту даму своей, чьи объятия она бы с радостью приняла, жил бы в любви Ситы блаженнее, чем Индра в небесном мире. Она, несравненная лицом и статью, наделенная всяким кротким изяществом, — достойная невеста для тебя, о царь, так же как ты рожден быть ее господином.
— Я, именно я, приведу невесту с триумфом к ее возлюбленному — эту красавицу, что прекраснее прочих, с округлыми членами и высокой грудью. Каждая рана на моем лице — следствие жестокого удара безжалостного Лакшманы. Но ты, о брат, узришь сегодня ее луноликую красоту, и пронзающие стрелы Камы поразят твое влюбленное сердце при этом зрелище. Если в твоей груди возникнет желание завладеть этим прекрасным сокровищем, восстань, пусть твоя нога поспешит в путь, чтобы добыть сей дар. Если, владыка великанов, твой благосклонный взор одобряет план, который я советую, восстань, отбрось всякий страх и сомнение и исполни то, что я говорю. Идем, царь великанов, ищи это сокровище, ибо ты силен, а они слабы.
— Пусть Ситу, чей стан безупречен,
Увезут, и станет она твоею женой.
Твоё воинство, что обитало в Джанастхане,
Вышло на битву.
И от стрел, что метал Рама,
Пали они в гордыне своей.
Душана и Кхара более не дышат,
Поверженные на равнине.
Восстань же, и до исхода дня
Отомсти за павших.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
