В стороне возвышался кристальный помост
С ложами, устланными для нежного отдохновения,
Украшенный золотом и драгоценными каменьями,
Достойный райских чертогов.
Над ними был раскинут балдахин,
Бледный, словно свет лунных лучей,
И женские фигуры,
816
искусно сработанные,
Обмахивали лица спящих.
Там, на великолепном ложе, спал
На мягчайших шкурах оленей и овец,
Темный, точно туча, затмевающая день,
Владыка исполинов,
Благоухающий бесценным ароматом сандала
И блистающий золотым убранством.
Сомкнув в дремоте огненные очи,
В сверкающих одеждах царь почивал,
Подобно спящей могучей горе Мандара,
Чьи склоны укрыты цветущими деревьями.
Все ближе и ближе подходил Ванар,
Чтобы узреть властелина демонов,
И увидел гиганта, простертого навзничь,
Утомленного забавами и хмельного от вина.
В то время как, сотрясая всё чудовищное тело,
Его дыхание вырывалось, подобно шипению змей.
Украшенные золотыми и блестящими браслетами,
Его могучие руки лежали простертыми,
Огромные, как возвышающиеся древки, что несут
Знамя Индры высоко в небесах.
Шрамы, оставленные бивнем Айраваты,
Алели на его косматой груди,
А на плечах виднелись
Следы, оставленные ударом молнии.
817
Супруги царя-исполина
Дремали вокруг своего господина
И, сияя сверкающими серьгами,
Были прекрасны ликом, подобно луне.
Там, подле своего мужа, была видна
Мандодари, любимая царица,
Чья юная краса
Озаряла это место мягким сиянием.
Ванар приметил даму, что была прекраснее
Всех прочих царственных жен,
И подумал:
— Эта редчайшая красота гласит,
Что предо мной несравненная госпожа, которую я ищу.
Не знающая равных в грации и великолепии, она,
Несомненно, и есть царица Майтхили.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
