Когда Сагара таким образом покорился судьбе, вельможи и народ государства охотно и единодушно признали право царевича Аншумана занять престол. Он правил как могучий и безупречный монарх, отец справедливо прославленного Дилипы. Своему сыну и достойному наследнику царь вверил заботы о царстве, а сам на живописных склонах Гималаев предался суровой аскезе. Сияя славой, подобно богу, он вознамерился низвести на землю чистую Гангу. В этом уповании, казавшемся тщетным, он провел тридцать две тысячи лет, оставаясь в роще отшельников, пока небесное блаженство не вознаградило его за совершенные обряды. Тогда Дилипа, благородный и великий, едва узнав о судьбе своих сородичей, сокрушенный горем, пребывая в глубоком смятении,
Долго размышлял он, но не находил исцеления.
— Как мне призвать, — вздыхал скорбящий, — небесный поток, чтобы омыть их прах? Как даровать им покой и спасти их души священной волной?
Долго этой думой полнилось его сердце, искушенное в святом послушании.
Родился у него сын по имени Бхагиратха, славный своей добродетелью превыше всех людей.
Дилипа совершил множество обрядов и правил тридцать тысяч времен года.
Но когда не увидел царь надежды избавить родичей от их беды, владыка людей, изнуренный недугом, покорился закону судьбы и умер;
он оставил царство сыну и обрел небеса, заслуженные его деяниями.
У доброго Бхагиратхи, царственного мудреца, не было прекрасного сына, чтобы скрасить его старость.
Он, великий во славе и чистый помыслами, жаждал сыновей, но оставался бездетным.
Тогда, верный одному желанию и одной мысли, замышляя нисхождение небесного потока, оставив советникам заботы и бремя правления, он удалился в далекую Гокарну и предался долгому подвижничеству.
Обуздав чувства, с воздетыми руками, стоял он, окруженный пятью огнями, пылавшими вокруг него и над ним.
Каждый тягостный месяц отшельник лишь единожды прерывал свой суровый пост.
В зимнюю стужу ложем ему служил ручей, в ливень — лишь тучи укрывали его голову.
Тысячи лет он терпел так, пока не снискал милость Брахмы, и верховный Владыка всего сущего не воззрел милосердно на его страдания.
В окружении сонма богов Прародитель явился к царю, исполнявшему свой суровый обет:
— Благословенный монарх из славного рода, твои ревностные обряды снискали мою благодать. Ты доблестно исполнил свой суровый труд; проси же о даре, о отшельник.
Бхагиратха, сияющий светом славы, герой, наделенный могучей силой, воздел в мольбе руки к Владыке земли и неба и так ответил:
— Если великий Бог удостаивает меня своей милости и мой долгий труд приносит плоды, позволь сыновьям Сагары принять от меня возлияния, которых они так ждут. Пусть Ганга своими священными волнами омоет прах героев, дабы мои родичи могли вознестись к бесконечному небесному блаженству. И молю Тебя, о Боже, даруй мне сына, не дай моему роду угаснуть. Прародитель миров! Пусть эта милость будет дарована роду Икшваку.
Когда царь закончил свою молитву, Прародитель ответил ему кроткими и добрыми словами:
— Высоки, высоки твои помыслы и желания, Бхагиратха, владетель могучей колесницы! Род Икшваку благословен в тебе, и да будет так, как ты просишь. Ганга, чьи волны текут в Сварге, — дочь Владыки снегов. Склони Шиву, чтобы он помог удержать её при нисхождении, ибо земля сама не вынесет этих потоков, низвергнутых из высших сфер; и никто не сдержит её мощи, кроме Него, божества, вооруженного трезубцем.
Сказав это, верховный Господь обратился к небесной реке, а затем с богами и марутами вознесся в небеса превыше тверди.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
