Прошло два дня, а вестей все не было. Фу Тинъюнь охватила глубокая тревога.
Госпожа Лю каждое утро приходила к ней поболтать, а во второй половине дня приносила сладости, купленные господином Лю в храме Гуанжэнь. Она проявляла такую заботу, будто была ей родной тетушкой.
Фу Тинъюнь удивилась такой душевности и решила осторожно спросить госпожу Лю:
— Мне предстоит беспокоить вас еще долго, и ваша излишняя учтивость заставляет меня чувствовать себя чужой.
— Ну что вы, совсем не чужой! — круглолицая госпожа Лю с улыбкой смотрела на Фу Тинъюнь, её глаза светились лаской. — Девятый господин сказал: живите здесь столько, сколько пожелаете, и принимайте решения по своему усмотрению. Если вам тут понравится, через пару лет мы сыщем вам достойного жениха. Пожелаете ли вы принять мужа в дом или выйти замуж с уходом в чужую семью — всё будет по вашей воле. — Она добавила: — В любом случае жизнь нас, двоих стариков, клонится к закату. Кому еще оставлять эти пожитки, как не вам? Не переживайте, без приданого мы вас замуж не отпустим.
Фу Тинъюнь изумилась, потрясенная до глубины души.
Чжао Лин просчитал всё ради неё!
Уткнувшись в подушку на кровати, она не могла сдержать слез, омывавших бирюзовую бамбуковую циновку.
За кого он её принимает?
Жить в его доме, выходить замуж на его кровные деньги? Да еще и брать мужа в дом? Надо же было до такого додуматься!
Он просто боялся, что род Фу отвергнет её и ей некуда будет податься. Но ведь в Сианьской управе полно женских буддийских обителей и даосских храмов Шанцингуань. На крайний случай она могла бы обрезать волосы и посвятить жизнь служению у масляной лампы и древних статуй Будды.
В ее душе снова закипела досада.
Он обо всех заботится так предусмотрительно, почему же совершенно не думает о себе?
Он остался один на постоялом дворе, что с ним сейчас?
От А-Сэня нет ни весточки. Неужели Ян Юйчэн и Цзинь Юаньбао во всем послушались Чжао Лина, распустили соратников и покинули город?
Мысли путались, а душа не находила покоя.
Наконец А-Сэнь вернулся, и вместе с ним пришел Ян Юйчэн.
Фу Тинъюнь не помнила себя от радости.
Значит, этот Ян Юйчэн тоже был человеком верным и преданным!
Переменив платье, она вышла в залу.
В отличие от прежнего образа изысканного молодого господина, сегодня Ян Юйчэн был одет в простое грубое платье — дуаньхэ, а его кожа, смазанная чем-то темным, приобрела медовый оттенок, придавая ему вид простого носильщика с пристани.
В его взгляде, устремленном на Фу Тинъюнь, сквозило скрытое недоверие.
Фу Тинъюнь мысленно нахмурилась.
Сейчас следовало действовать сообща, но если Ян Юйчэн не доверяет ей, разве смогут они объединить усилия?
Ее лицо приняло строгое выражение.
Видя это, А-Сэнь сгорал от тревоги, опасаясь, что они поссорятся и расстанутся ни с чем. Он нервно потянул Ян Юйчэна за рукав и тихо шепнул:
— Брат Юйчэн, госпожа Фу невероятно умна, она обо всем догадалась сама. Она искренне хочет помочь Девятому господину!
Затем с мольбой в глазах он взглянул на Фу Тинъюнь:
— Госпожа Фу, брат Юйчэн говорит, что решения Девятого господина никому не изменить. Он опасается, что ваши опрометчивые действия лишь помешают замыслам господина.
Настоящие слова Ян Юйчэна явно звучали иначе.
Должно быть, он считал её неопытной девицей, закрытой в глубоком покое, ничего не смыслящей в жизни. Думал, будто она, прикрывшись именем Чжао Лина, велела А-Сэню разыскать его, а теперь собирается самоуверенно давать советы по спасению?
И все же он пришел. Из этого следовало, что он не просто предан Чжао Лину, но и глубоко уважает его.
Поразмыслив об этом, Фу Тинъюнь смягчилась в лице, жестом предложила ему сесть на кресло-тайши и попросила А-Сэня подать чай.
А-Сэнь боялся, как бы они не поссорились, поэтому помешкал мгновение, прежде чем выйти.
Ян Юйчэн без лишних церемоний опустился в кресло, сложил руки в приветственном жесте перед Фу Тинъюнь и произнес:
— Госпожа Фу, от А-Сэня я услышал, что у вас есть превосходный план спасения Девятого господина. Я поспешил сюда, надеясь услышать ваши наставления.
В его словах таились колкости, а в показной вежливости сквозило пренебрежение.
Его раздражало вмешательство Фу Тинъюнь. Не будь её, Цзинь Юаньбао не отправили бы с письмом в Хуаинь. А останься Цзинь Юаньбао здесь, у него был бы соратник для обсуждения планов, и шансов спасти Девятого господина было бы куда больше.
«От этой женщины одни беды!» — думал он.
Фу Тинъюнь, напротив, сохраняла полное хладнокровие.
Прежде они едва встречались взглядами, а разговаривали и вовсе впервые. Ян Юйчэн — правая рука Чжао Лина, человек сметливый и опытный. Было бы наивно ожидать, что он с ходу доверится незнакомой женщине.
Сейчас важнее всего было убедить его довериться ей.
Фу Тинъюнь слегка улыбнулась, её взгляд стал еще более мягким:
— Судя по вашему наряду, господин Ян, вы намереваетесь тайно помочь Девятому господину?
Ян Юйчэн ожидал расспросов о состоянии Чжао Лина и не рассчитывал, что она заговорит о постороннем. Слегка опешив, он кивнул:
— Именно так!
Фу Тинъюнь продолжила:
— Не подскажете ли, куда отправился господин Цзинь? Поддерживаете ли вы с ним связь?
На лице Ян Юйчэна промелькнула тень досады.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
