Тань Лухуа тотчас вспомнила молодого ланцзюня, которого видела на свадебном пиру: он был изящен и статен, а его глаза, казалось, умели говорить, увлекая за собой. Сердце её дрогнуло, и она, поднявшись, произнесла:
— Живо проси. — Но едва слова сорвались с губ, как она почувствовала неловкость и добавила: — Погоди.
Она дважды прошлась по комнате, поманила к себе Цай Фэн и тихо спросила:
— Сходи посмотри, крепко ли спит эр-е?
Вскоре Цай Фэн вернулась с ответом:
— Эр-е уже крепко спит, не желает ли найнай разбудить его?
Тань Лухуа ответила:
— Вчера ночью эр-е вставал, а когда вернулся, долго кашлял, прежде чем уснуть. Сейчас он только-только прилёг отдохнуть, разве можно заставлять его вставать и тратить силы? Ступай, пригласи гостя. Третий господин Дай — близкий друг эр-е по кисти и туши1, встреча с ним не будет неуместной.
Дай Жун, стоя за дверью и спрятав руки в рукава, увидел вышедшую служанку, которая пригласила его войти. Сердце его радостно екнуло, он поспешно вошёл в дом и увидел Тань Лухуа. Волосы её были уложены в гладкий пучок, в который была небрежно вколота ярко-алая пионовидная роза, одета она была в нежно-красную кофту с вышитыми уточками-мандаринками и бледно-красную юбку с узором «восемь драгоценностей», из-под которой виднелись вышитые туфельки цвета озерной сини. Лицо её, едва тронутое пудрой и румянами, напоминало цветок персика. Дай Жун, расплывшись в улыбке, отвесил глубокий поклон и принялся осыпать её приветствиями.
Тань Лухуа тоже улыбалась, сияя, словно весенний ветерок. Дай Жун был облачён в халат-чжичжуэй из тёмно-серого блестящего атласа, подпоясанный тканым золотом поясом, что ещё больше подчёркивало его белую кожу, алые губы и благородную статность. Сердце Тань Лухуа снова пропустило несколько ударов. Она пригласила Дай Жуна сесть и велела служанке подать чай. Когда они уселись друг напротив друга, Дай Жун уставился на неё в упор. Тань Лухуа внутренне содрогнулась, почувствовав, как по телу разливается истома. Слегка откашлявшись, она спросила:
— Почему Дай-гунцзы пожаловал к нам?
Дай Жун с улыбкой ответил:
— В прошлый раз, когда я случайно встретил Сюань-эр-найнай в поместье, вы приглашали меня в гости. Ваш покорный слуга также восхищается талантом Сюань-эр-е, потому и пришёл засвидетельствовать почтение. — С этими словами он положил на стол свёрток, который принёс с собой, и пододвинул его вперёд: — Здесь несколько книг, а также кисти, тушь, бумага и тушечница — лишь скромный знак моего внимания.
Тань Лухуа улыбнулась:
— Дай-гунцзы, к чему такая церемонность? Мой супруг чувствует себя неважно и не может принимать гостей, прошу вас простить его.
Дай Жун многозначительно повёл глазами, подумав про себя: «Какая женщина! Раз так говорит, значит, есть у неё интерес». Разомлев, он с улыбкой произнёс:
— Я давно слышал, что здоровье Сюань-эр-е слабое, жаль такую во всех отношениях прекрасную найнай.
Тань Лухуа вздохнула:
— Что поделать, такова женская доля — мы себе не принадлежим. А вот мужчины вольны влюбляться в каждую встречную.
Дай Жун вполголоса рассмеялся:
— Потому-то я и сокрушаюсь о несправедливости к эр-найнай. С такой внешностью и характером выйти замуж за болезненного доходягу… Видно, в подлунном мире нет совершенства: искусная жена всегда спит с неумелым мужем2. Мужчины часто бывают ветреными, я же человек преданный, но и мне не досталось достойной пары.
Тань Лухуа прыснула со смеха и, искоса взглянув на него, сказала:
— Уж кто бы говорил о преданности! — Она взмахнула шелковым веером. — Что-то я этого не заметила.
Дай Жун вздохнул:
— Моя слава дурного гуляки — лишь сплетни злых языков, они ведь не знают правды. Если бы у якши, что сидит у изголовья моей постели, было хоть вполовину столько же красоты и обаяния, сколько у найнай, то я почитал бы её как бодхисаттву, разве стал бы я тогда заглядываться на других? — При этих словах он уставился на неё пылким взглядом.
Тань Лухуа никогда не видела подобного напора. Глаза Дай Жуна, полные влаги и нежности, в сочетании с его порочным обаянием кружили голову. Говорят, что «плохих парней женщины любят больше», и девять из десяти женщин в этом мире влюбляются в красивых и бессердечных повес. Дай Жун был в этом мастером, и его едва заметная дерзкая усмешка лишала воли. Лицо Тань Лухуа мгновенно вспыхнуло, она замерла, а её сердце бешено заколотилось. Дай Жун, обладая изрядной дерзостью, заметил, что служанки стоят далеко, протянул руку под столом, схватил Тань Лухуа за кисть и прошептал:
— Такая женщина, как эр-найнай — одна на сотню, ваш покорный слуга и утром, и вечером только о вас и думает. — С этими словами он начал ласково поглаживать ладонь Тань Лухуа.
Тань Лухуа страшно перепугалась, едва не вскрикнула и принялась отчаянно вырываться. Дай Жун тут же разжал пальцы. Тань Лухуа поспешно спрятала руку, чувствуя на коже оставшееся тепло. Сгорая от стыда и страха, чувствуя, как всё тело онемело, она в замешательстве встала и произнесла:
— Раз мой супруг нездоров, Дай-гунцзы, прошу вас, уходите.
Дай Жун, однако, вел себя как ни в чём не бывало и с улыбкой ответил:
— Эр-найнай, не гоните меня, ваш покорный слуга с таким трудом к вам выбрался. — Он достал из рукава изящную коробочку и подтолкнул её к Тань Лухуа: — Скромный подарок, не сочтите за неуважение. Посмотрите, найнай, придётся ли он вам по душе?
Тань Лухуа постаралась успокоиться. Ещё мгновение назад она в панике хотела лишь выставить Дай Жуна вон, но, увидев изысканную коробочку, не смогла совладать с любопытством. Она снова села, открыла её и увидела внутри шпильку из чистого золота, усыпанную жемчугом, с узором в виде плывущих облаков. Работа была тонкой и необычной, мелкие жемчужины сияли мягким ровным блеском. Тань Лухуа не могла оторвать взгляда: хотя у неё и были украшения подороже, эта шпилька сразу запала ей в душу.
- дружба кисти и туши (笔墨之交, bǐmòzhījiāo) — идиома, означающая дружбу, основанную на общих литературных интересах или занятиях живописью. ↩︎
- искусная жена всегда спит с неумелым мужем (巧妇偏伴拙夫眠, qiǎofù piān bàn zhuōfū mián) — поговорка о том, что достойным и способным женщинам часто достаются посредственные мужья. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
