Цзян Сиюнь еще гуще покраснела и тихо промолвила:
— Это вовсе не такая уж ценная вещь, не стоит и показывать на всеобщее обозрение, чтобы не опозориться.
Цинь-ши с улыбкой сказала:
— Скорее доставай и покажи нам, неужели ты собираешься и дальше прятать ее и укрывать?
Остальные тоже наперебой стали упрашивать ее показать, и Цзян Сиюнь ничего не оставалось, как отправить Жо Цин за вещью. Вскоре Жо Цин принесла сверток из синего атласа. Когда его развернули, внутри оказалась пара наколенников из превосходной кожи с подкладкой цвета индиго. На них был вышит узор «Цзюян цитай»1, означающий бесконечное множество удачных дел и непрерывное процветание; работа была яркой и чрезвычайно искусной.
Цинь-ши, взяв их в руки и осмотрев, расплылась в улыбке и передала Линь Цзиньлоу, приговаривая:
— Такое искусное шитье, что даже профессиональные вышивальщицы остались позади. Видно, что сил было потрачено немало. И выдумка на редкость тонкая. Твой большой бяогэ — генерал на коне, зимой эта вещь ему как раз пригодится.
Цзян Му с улыбкой заметила:
— Си-эр — дитя искреннее. Она твердила, что доставила много хлопот большому бяогэ и должна сделать какую-нибудь рукодельную вещь, чтобы выразить свою признательность. Она мастерила это допоздна, при свете масляной лампы, не жалея сил.
Цинь-ши поманила ее рукой:
— Милое дитя, подойди скорее. — Она взяла Цзян Сиюнь за руку и продолжила: — Впредь не занимайся шитьем при свете лампы, так и глаза испортить недолго. Погода становится все жарче, у меня как раз есть рулон тонкого полотна, оно очень приятно к телу и дарит прохладу. Потом возьмешь его и скроите с сестрами себе наряды.
Цзян Сиюнь, просияв, улыбнулась:
— Благодарю вас, бяоцзюму. Лаофужэнь заботится о нас, уже сшила летние рубахи для четвертой цзецзе и для меня, а теперь еще и вы, бяоцзюму, так добры. Мы, право, не знаем, как и благодарить.
Эта фраза польстила и Цзян Му, и Цинь-ши, обе остались весьма довольны. Цзян Му с улыбкой сказала:
— Это твоя бяоцзюму так печется о вас.
Линь Дунвань, потянув к себе Линь Дунци и Линь Дунсю, со смехом произнесла:
— Посмотрите-ка, едва приехали бяомэй, как о нас уже никто и не вспомнит!
Цзян Сиюнь опустила голову, на ее лице играл застенчивый румянец.
Все рассмеялись. Хотя на лице Цзян Даньюнь и застыла вымученная улыбка, глаза ее уже покраснели. Линь Дунсю, понурив голову, перебирала складки юбки, не проронив ни звука. Тань Лухуа тихонько фыркнула и, повернувшись к Сянлань, зашептала:
— Притворщица, прямо тошно смотреть. Заискивает и строит из себя милашку, терпеть не могу такие уловки. Если она меня разозлит, я непременно разоблачу обман2 этой девчонки!
Сянлань сжала руку Тань Лухуа и тихо сказала:
— Тайтай всё еще здесь, не расстраивай ее.
Тань Лухуа холодно усмехнуслась:
— Чего бояться? Хоть она и свекровь, но рано или поздно вернется в Цзиньлин. А я с эр-е останусь в столице, до нее нам будет — небо высоко, император далеко. Какое мне до нее дело? Скажу тебе без обиняков: у эр-е здоровье слабое, да и с деньгами у нас не особо густо, я и так замуж вышла — словно в обиде осталась. И если бы я еще и в таких пустяках себя ущемляла, то какой тогда вообще был бы смысл в жизни?
Сянлань хотела было продолжить уговоры, как вдруг почувствовала на себе чей-то взгляд. Подняв глаза, она встретилась взглядом с Линь Цзиньлоу. Он держал в руках те самые наколенники и смотрел на нее с едва уловимой усмешкой. Сянлань тут же позабыла всё, что хотела сказать Тань Лухуа. Их взгляды встретились, но Сянлань казалось, что между ними пролегли тысячи гор и рек. В облике Линь Цзиньлоу читалось три доли самодовольства и семь долей удовольствия — было ясно, что подарок Цзян Сиюнь пришелся ему по сердцу. На душе у Сянлань внезапно стало тяжело. На днях Линь Цзиньлоу получил сундук превосходных шкурок и велел ей тоже сшить ему пару наколенников и шапку. Наколенники были уже почти готовы, и она не ожидала, что сегодня Цзян Сиюнь преподнесет свои. Глядя на эту богатую вышивку, она понимала, что ее работа и в сравнение не идет по тонкости исполнения. Выходит, Линь Цзиньлоу больше не понадобится та пара, что шила она?
Что ж, и ладно.
По тому, как Цинь-ши усердно хвалила Цзян Сиюнь, как расспрашивала о ее самочувствии, и как с улыбкой поощряла столь явные шутки Линь Дунвань, было понятно: дело, скорее всего, решенное.
Она посмотрела на Цзян Сиюнь. Цинь-ши прижала девушку к себе, ласково поглаживая, а та сияла от смущения. Сянлань не чувствовала к Цзян Сиюнь ни симпатии, ни неприязни, она просто наблюдала издалека, не в силах скрыть глубоко запрятанную зависть. Таких нежных и хрупких девочек старшие должны лелеять, оберегая в ладонях, оттого они и кажутся столь прелестными и милыми. Однако в самой глубине их существа живет неискоренимое чувство превосходства и уверенность в собственном уме, точь-в-точь как было у нее самой в прошлой жизни. В этой же жизни она росла в пыли и грязи, и какой бы стойкой, молчаливой и осторожной она ни была, в глубине ее сердца всё равно таился неведомый страх.
Краем глаза Цзян Сиюнь заметила, что Линь Цзиньлоу всё еще смотрит в сторону Сянлань. Она невольно опешила, но тут же отвернулась, притворившись, что ничего не видела. Цинь-ши, заметив это, проследила за его взглядом, нахмурилась и кашлянула:
— Лоу-гэ-эр?
Линь Цзиньлоу пришел в себя и посмотрел на Цинь-ши.
Цинь-ши бросила на него строгий взгляд:
— Твоя бяомэй с таким старанием сшила это для тебя, немедленно поблагодари ее!
Линь Цзиньлоу усмехнулся:
— Премного благодарен, пятая бяомэй.
Цинь-ши сказала:
— Разве одного «спасибо» достаточно?
Цзян Сиюнь поспешно вмешалась:
— Бяоцзюму, я сшила это лишь для того, чтобы выразить свою благодарность.
Цинь-ши похлопала Цзян Сиюнь по руке и с улыбкой произнесла:
— Не мешай, он у нас самый богатый, сегодня твоя бяоцзюму вытребует у него для тебя несколько славных вещиц.
- «Цзюян цитай» (九阳启泰, jiǔyáng qǐtài) — традиционный китайский благопожелательный узор, символизирующий наступление весны, расцвет и бесконечную удачу. ↩︎
- «Разоблачить обман» (戳穿西洋镜, chuōchuān xīyángjìng) — идиома, означающая «сорвать маску притворства» или «вывести на чистую воду», буквально — проткнуть бумагу в смотровом ящике «европейских картинок». ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
