Линь Цзиньлоу промолчал, подняв голову к плывущим по небу облакам, и внезапно произнес:
— Сун Ифэй, твоя беда в том, что ты проявляешь мягкость там, где нужно быть твердым, и медлишь там, где нужно уступить. Когда ты принимаешь решение, то не можешь перешагнуть через собственные сомнения. Только когда ты станешь решительным, ты сможешь по-настоящему чего-то добиться.
После этих слов обоим больше нечего было сказать. Раз всё пришло к этому, Сун Кэ попрощался. На обратном пути он встретил Сянлань. Сун Кэ остановился, горло у него перехватило. Он сложил руки в приветственном жесте и спустя долгое время тихо спросил:
— Как ты?
Сянлань негромко ответила:
— У меня всё хорошо. — Помолчав, она добавила: — Путь в Гуйчжоу неблизкий, тебе обязательно нужно беречь себя.
Они стояли в тишине, слышен был только шум ветра. Сун Кэ вдруг заговорил:
— Когда я вступлю в должность в Гуйчжоу, я непременно буду усердным и стану хорошим чиновником.
Сянлань с удивлением посмотрела на него, кивнула и с улыбкой сказала:
— Ты прожил две жизни и прилежно изучал книги мудрецов именно для того, чтобы применить свои знания в управлении миром. Ты обязательно будешь хорошим чиновником.
Сун Кэ покачал головой:
— Нет, это не так. — Он глубоко вздохнул: — Я учился лишь для того, чтобы прославить свой род и возродить семью, ради чинов и почестей, ради славы и выгоды. Поэтому, столкнувшись с превратностями судьбы, я погнался за скорым успехом, искал места повыше и считал себя умным, полагая, что в один прекрасный день всё пойдет как по маслу. Но воля небес распорядилась иначе1, и каждый раз я терпел горькую неудачу. Хоть я и ненавижу Линь Цзиньлоу, я уступаю ему: он рисковал жизнью, защищая страну, а что сделал за эти годы я? Прежде чем подать прошение о переводе в Гуйчжоу, я всё тщательно обдумал. Я больше не ищу славы, я лишь хочу сделать несколько добрых дел для народа. Пусть даже я проведу всю жизнь в глуши на окраине страны, лишь бы я мог смотреть на небо и землю без стыда, не позоря годы прилежной учебы у холодного окна и те страдания, что выпали на мою долю в двух жизнях. Тогда на душе у меня будет спокойно.
Сянлань была глубоко тронута. Придерживая юбку, она отвесила низкий поклон и сказала:
— Только ради этих слов я должна выразить тебе свое почтение.
Сун Кэ горько усмехнулся, не отрывая взгляда от Сянлань:
— Жаль только, что я понял это слишком поздно, иначе тогда я бы не стал с тобой…
Сянлань покачала головой:
— И в моей, и в твоей жизни были взлеты и падения. Порой я и сама не понимаю, почему воля небес столь изменчива и почему Небо так обошлось со мной. Как было бы прекрасно жить без забот! Но не пройдя через испытания и не сбросив с себя мишуру суеты, нельзя научиться смотреть на мир со смирением и мудростью. В жизни не всё случается по нашему желанию. Бывает, что ты не любишь какое-то дело, но вынужден его выполнять; бывает, что любишь человека, но должен расстаться. Встречи и разлуки непостоянны, мир полон потрясений, и когда не в силах ничего изменить — нужно терпеть. Раньше я не любила слово «терпение», но теперь знаю, что стократное терпение становится золотом. Вытерпишь тьму — настанет рассвет, вытерпишь суровую зиму — придет ранняя весна. Те трудности, из-за которых, казалось, невозможно жить дальше, теперь вспоминаются без тени волнения. — Она посмотрела на Сун Кэ и тихо добавила: — Отпусти это.
Сердце Сун Кэ дрогнуло, на глаза навернулись слезы. Он изо всех сил старался сдержаться, и Сянлань перед ним превратилась в расплывчатый силуэт.
Чжэн Цзинсянь, сидевшая в повозке, глубоко вздохнула. Она не была мелочной, но как могла она проявлять великодушие к той, о ком ее муж не в силах был забыть? Чэнь Сянлань была словно заноза в ее сердце, день за днем лишавшая ее покоя, особенно когда она видела, что Сун Кэ относится к ней сдержанно и с холодным почтением, словно к гостье, и в его глазах нет и тени той нежности, с которой он когда-то смотрел на Сянлань. С тех пор как Сун Таньчай вошла во дворец, Сун Кэ стал еще холоднее к жене. Она не выдержала, начала ссориться и скандалить, и со временем они стали друг другу почти чужими. Теперь, когда ее родная семья, прежде дававшая ей опору, пришла в упадок, она всерьез опасалась, что Сун Кэ бросит ее. Как она могла это допустить? Она так глубоко его любила, он был ее единственной опорой и источником тепла. Увидев, как муж смотрит на ту женщину, она больше не смогла сдерживаться. Откинув занавеску, она выскочила наружу, едва не упав с повозки, и закричала:
— Супруг!
В этом крике слышались горечь и скорбь. Сун Кэ вздрогнул, обернулся и увидел, как к нему, спотыкаясь, бежит Чжэн Цзинсянь.
Сянлань улыбнулась, еще раз поклонилась Сун Кэ и сказала:
— Горы высоки, а воды долги — береги себя.
Она грациозно выпрямилась и ушла.
Сун Кэ шагнул вперед, чтобы поддержать Чжэн Цзинсянь. Оглянувшись, он увидел лишь удаляющийся тонкий силуэт Сянлань. Опустив голову, он сказал:
— Возвращайся, пора в путь.
Он еще раз обернулся и увидел, что Сянлань уже подошла к Линь Цзиньлоу.
Вернувшись в повозку и увидев встревоженное лицо Чжэн Цзинсянь, Сун Кэ почувствовал, как в груди всколыхнулось сожаление. Он тяжело вздохнул: верно, ему пора отпустить прошлое. Он накрыл ладонью руку Чжэн Цзинсянь, сжал её и произнес:
— Не забивай себе голову чепухой. Ты моя жена, я тебя не оставлю. Нам с тобой предстоит прожить вместе еще очень долгие годы.
На душе у Чжэн Цзинсянь полегчало, но она не сдержала всхлипа и, припав к плечу Сун Кэ, залилась слезами.
Сянлань стояла позади Линь Цзиньлоу и смотрела, как повозка семьи Сун со скрипом уезжает по тракту. Только тогда слезы, которые она так старательно сдерживала, начали капать одна за другой. Сун Кэ был ее мужем в прошлой жизни, случайным встречным в этой и частым гостем в ее нежных воспоминаниях. Но гость — всего лишь гость, он не может остаться навсегда. Сун Кэ — «провожать гостя»2… После этого расставания, когда по небу плывут облака и светит солнце, а светлая луна озаряет край света, она наконец проводила этого гостя.
- воля небес распорядилась иначе (造化弄人, zàohuà nòngrén) — китайская идиома, описывающая превратности судьбы, играющей человеческими жизнями. ↩︎
- провожать гостя (送客, sòng kè) — выражение, созвучное имени Сун Кэ (宋柯), что обыгрывается автором как знак окончательного расставания. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
