Время снова потянулось медленно. Командир воздушного судна встал, чтобы размяться, и сказал двум вторым пилотам:
— Пойдёмте купим чего-нибудь поесть?
Втроём они вышли, оставив бригаду бортпроводников в конференц-зале.
Снова задержка, всем приходилось ждать, и это не считая времени полёта. В конференц-зале постепенно послышалось негромкое ворчание.
В это время Жуань Сысянь вышла ответить на звонок.
Ещё не закончив разговор, Жуань Сысянь услышала, что беседа в комнате становится всё более оживлённой, будто там обсуждали что-то весёлое.
— О чём вы болтаете? — Жуань Сысянь толкнула дверь. — Вас даже снаружи слышно.
Цзян Цзыюэ свернула список пассажиров в трубку, приставила его к виску и, склонив голову, с улыбкой ответила:
— Они спорят, кто сегодня сможет раздобыть номер телефона президента Фу.
Жуань Сысянь недоумённо хмыкнула:
— И зачем он вам?
— Как это зачем? Конечно же, чтобы закадрить его!
— Не каждый день выпадает лететь с ним одним рейсом, такая редкая возможность! Когда, если не сейчас!
— Полёт длится больше десяти часов, не поверю, что не найдётся шанса выпросить контакты. В крайнем случае, можно сделать как в кино — пролить на него кофе или ещё что-нибудь, ха-ха-ха!
— Кофе — это слишком жёстко. Думаю, стоит дождаться турбулентности и как бы случайно споткнуться, прямо к нему в объятия.
Пролить кофе… споткнуться…
У Жуань Сысянь от этих слов задёргался глаз.
Даже в молодёжных дорамах десятилетней давности до такого уже не опускались.
Впрочем, по их тону было ясно, что они просто шутят.
Жуань Сысянь с улыбкой села, потирая ногтем висок.
— О чём вы только мечтаете?
Сказала и тут же осеклась.
Как это она озвучила свои мысли вслух?
Атмосфера в конференц-зале на мгновение замерла.
Но вскоре всё снова оживилось из-за чьего-то беспечного замечания.
— Мечтать не вредно, к тому же… — этот человек понизил голос, — у брата президента Фу, другого президента Фу, невеста — бортпроводница. Они познакомились прямо в самолёте. Как говорится, нет ничего невозможного.
— Ловлю на слове! Если кто-то из вас станет женой босса, не забудьте повысить меня в должности. Для начала назначьте меня старшим бортпроводником.
— Ой, раз уж ты выручила меня в прошлый раз с подменой, если я стану женой босса, сразу сделаю тебя старшим бортпроводником.
— Тогда заранее благодарю вас! Но вдруг будущей женой босса стану я?
Жуань Сысянь слушала всё это, пребывая в полном замешательстве:
— Да нет же, почему вы так воодушевлены? А если он окажется стариком с животом побольше, чем у беременной? Его вы тоже будете кадрить?
После этих слов все так и покатились со смеху.
Жуань Сысянь окончательно запуталась:
— Что смешного?
— Ой, кажется, наша Жуань-Жуань и правда совсем не слышит того, что творится за её окнами. Иди сюда, я покажу тебе фото.
Цзян Цзыюэ одной рукой обняла Жуань Сысянь за шею, а другой достала телефон и открыла фотографию.
Снимок явно был сделан тайком: Фу Минъюй в безупречном дорогом костюме, на который было накинуто чёрное пальто, стремительно шёл к дверям штаб-квартиры компании.
Широкие плечи, длинные ноги, размашистый шаг. Прямая спина и стройный силуэт идеально сочетались с одеждой. Его аура, казалось, пробивалась сквозь снимок и приковывала взгляд, заставляя людей вокруг него буквально расплываться в неясные пятна.
И это при том, что на фото даже не было видно его лица.
Неудивительно, что стюардессы были так взволнованы — их можно было понять.
Однако, едва взглянув на него, Жуань Сысянь мысленно вычеркнула из головы такие эпитеты, как «доступный» и «добрый».
Исключено. Абсолютно исключено.
Эти два слова не имели к нему ни малейшего отношения.
Девушки внутри вовсю шутили, совершенно не замечая, что за приоткрытой дверью лицо менеджера департамента бортпроводников Ван Лэкана почернело, словно у Гуань-гуна.
Рядом с Ван Лэканом стоял сам герой обсуждения — Фу Минъюй.
В коридоре ярко горел свет, и гулкое эхо редких торопливых шагов разносилось по длинному проходу.
Но даже эти звуки были не так отчётливы, как смех, доносившийся из-за двери.
Этот смех, словно острые ножи, вонзался в уши Ван Лэкана.
Он украдкой взглянул на Фу Минъюя, но тот лишь спокойно листал документы в руках. Его взгляд был невозмутим, будто он и не слышал разговора внутри.
Однако, если бы он действительно ничего не слышал, зачем бы ему было здесь задерживаться?
Голоса в комнате становились всё развязнее. Ван Лэкан чувствовал себя словно тысячи игл вонзились ему в спину, ему до смерти хотелось ворваться внутрь и приструнить подчинённых.
Но Фу Минъюй не подавал виду, и Ван Лэкан не смел пошевелиться первым.
Спустя мгновение Фу Минъюй медленно закрыл папку и вернул её Ван Лэкану.
Ван Лэкан протянул руку, чтобы забрать её, но папка замерла в считанных миллиметрах от его ладони.
— Это и есть результат твоей недавней проверки?
От одной этой фразы Ван Лэкан весь напружинился, не зная, что ответить.
Ситуация была до нелепости ироничной. Два месяца назад на одном из ключевых международных рейсов «Хэнши Эйрлайнс» случилась «красивая история». Бортпроводница, обслуживавшая два салона, случайно пролила кофе на VIP-пассажира.
Пассажир оказался непростым — младший сын крупного акционера сталелитейного предприятия города Цзянчэн.
Но из-за этой оплошности они не только не рассорились, а наоборот — сблизились. Роман завязался быстро и вызвал всеобщую зависть.
С тех пор некоторые бортпроводники начали тайком подражать тому случаю, и количество «инцидентов» во время обслуживания внезапно резко возросло.
Оставим всё прочее, но дело в том, что свидетелем подобной ситуации стал один из миноритарных акционеров «Хэнши Эйрлайнс» и пересказал это Фу Минъюю как анекдот.
Дела сердечные — личный выбор каждого, и внешние силы не могут им препятствовать, однако использовать работу ради достижения личных целей — грубейшее нарушение в сфере обслуживания.
Поэтому на ежемесячном итоговом собрании департамента Фу Минъюй упомянул об этом случае, и Ван Лэкан тут же заверил, что наведёт порядок и искоренит подобное безобразие.
Кто бы мог подумать, что именно в тот момент, когда Ван Лэкан пришёл докладывать о проделанной работе, Фу Минъюй лично столкнётся с этим самым «безобразием».
— Если они не хотят больше заниматься этой работой, то могут уволиться в любое время. «Хэнши Эйрлайнс» никогда никого не удерживает силой.
Фу Минъюй разжал пальцы, и папка наконец опустилась в руки Ван Лэкану.
Хотя в ней было всего несколько листков бумаги, она показалась ему тяжёлой, словно пуд железа.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
