Именно в этот момент, когда Чу Цяо немного отвлеклась, Чжугэ Юэ вдруг наклонился в сторону, пытаясь уклониться от оружия в руке Чу Цяо. Но, в тот же миг, бдительная Чу Цяо, заметила движение Чжугэ Юэ. Почти неосознанно она нанесла удар деревянным колом в руке, движения были плавными, без промедления, словно отрепетированными тысячи раз.
Только послышался звук «пш-ш», и алый цвет мгновенно брызнул фонтаном. Сердце Чу Цяо похолодело, зрачки мгновенно расширились. И в этот самый момент за дверью раздался почтительный голос начальника города Тяня.
— Господин, вы еще не спите?
Чжугэ Юэ и Чу Цяо сидели каждый в своем углу большой кровати. В плече Чжугэ Юэ торчал деревянный кол толщиной в большой палец. В руках такого мастера, как Чу Цяо, он полностью пронзил плечо Чжугэ Юэ. Кровь хлестала, извиваясь, залив половину кровати.
Все произошло в одно мгновение. В момент, когда дерево вошло в тело Чжугэ Юэ, Чу Цяо даже увидела его слегка приоткрытый рот. При такой сильной боли он наверняка застонет. Но, в то же время начальник города Тянь решительно стоял за дверью.
Тянь Жучэн был военным по происхождению, в молодости вместе с отцом участвовал в походной армии Баньян Тана, дошел до внутренних земель Да Ся. Если бы не встретил льва Яньбэя Янь Шичэна, возможно, сейчас Баньян Тан уже заменил бы Да Ся, став хозяином земель Хунчуань. А, отец Тянь Жучэна тоже погиб в той битве, семья Тянь за опоздание с решающим ударом была понижена двором, статус сильно упал, и теперь они могли только мучительно защищать небольшой город. Его отвращение к Яньбэю можно себе представить.
В этот момент, если бы Чжугэ Юэ издал хоть малейший необычный звук, он без колебаний ворвался бы в дверь. И, как только Чу Цяо попадет в его руки, результат не требует размышлений.
В мгновение ока первой мыслью Чу Цяо было потянуться к своей голени. В обычное время там всегда был кинжал. С ее навыками, на таком расстоянии убить уже раненого человека не было проблемой. Одним ударом, перерезав горло, он точно не успеет издать звук. Но, она забыла, что не так давно в коридоре ее кинжал потерялся. И почти одновременно Чжугэ Юэ тоже заметил подсознательное движение Чу Цяо. Его глаза слегка прищурились, ясно поняв одну истину: она хочет убить его!
— Господин? Вы спите? — Тянь Жучэн продолжал осторожно звать.
Именно в этот критический момент Чу Цяо ясно услышала, как Чжугэ Юэ спокойным, безмятежным тоном спросил.
— Это господин Тянь? Что за важное дело привело вас сюда глубокой ночью?
Сердце Чу Цяо мгновенно перевернулось. Она резко подняла голову, глядя на Чжугэ Юэ, всего в крови, и тут же опешила.
— Дело в том, что я слышал, у господина очень важная вещь упала в озеро. Охранники возились пол ночи и не нашли. Я пришел спросить, не нужно ли мне вырыть канал, чтобы отвести воду из озера, так будет удобнее искать.
Чжугэ Юэ глубоко вздохнул, одной рукой крепко зажав хлещущее кровью плечо, и твердо сказал.
— В таком случае, благодарю господина Тяня за доброе намерение.
Начальник города Тянь усмехнулся.
— Возможность помочь господину честь для меня.
— Если больше ничего нет, прошу господина вернуться отдохнуть.
— Тогда я откланиваюсь, господин, приятного сна.
Шаги постепенно удалились, снаружи снова воцарилась тишина.
Чжугэ Юэ долго выдыхал, обессиленно откинувшись на кровать, затем схватился за торчащий снаружи конец дерева, стиснул зубы и со свистом резко выдернул его.
— М-м!
Чжугэ Юэ нахмурился, лицо исказилось, в горле прозвучал болезненный стон, но он все же сильно подавил громкость. Кровь мгновенно хлынула мощным потоком. Чу Цяо опешила, затем резко бросилась вперед и крепко зажала эту ужасную рану. От сильной боли у Чжугэ Юэ потемнело в глазах, он чуть не потерял сознание. Чу Цяо поддержала его за плечо, с тревогой спросив.
— Как ты?
Лицо Чжугэ Юэ было бледным, без кровинки. Через некоторое время он медленно произнёс.
— Еще не умер.
— Не двигайся, я сначала перевяжу тебя.
Чу Цяо встала, быстро побежала в ванную, вскоре вернулась с деревянным ведром, ловко запрыгнула на большую кровать и начала проворно обрабатывать рану Чжугэ Юэ.
Голос Чжугэ Юэ был хриплым.
— Внутри… много деревянных заноз, нужно вытащить.
Чу Цяо опешила, подняла голову, посмотрела на бледное лицо Чжугэ Юэ и медленно спросила.
— Ты выдержишь?
Чжугэ Юэ неопределенно ответил.
— Как знать, если не попробовать?
Чу Цяо нашла в комнате кинжал, на столе было вино, продезинфицировала им и еще над огнём. Она подала полотенце Чжугэ Юэ и сказала.
— Закуси, чтобы не прикусить язык от боли.
Чжугэ Юэ взял, но не использовал, а держал в другой, не раненой руке. Чу Цяо больше не говорила, начала сосредоточенно обрабатывать его рану.
Рана от этого деревянного кола была хуже, чем от кинжала, не только больше, но и неровная, вырвавшая большой кусок плоти, с множеством деревянных заноз внутри. Если не удалить полностью, они начнут гнить в теле. Перед такой раной даже у Чу Цяо рука невольно задрожала.
Чу Цяо подняла голову, глядя на Чжугэ Юэ, и твердо сказала.
— Все-таки, все-таки лучше позвать врача.
Она знала, как только придет врач, она обязательно раскроется, и ее ждет только смерть. Но, возможно, она сможет воспользоваться хаосом во время прихода врача и сбежать, хотя эта вероятность мала.
Чжугэ Юэ выхватил кинжал, лицо мрачное.
— Если ты не можешь, я сам.
Сказав это, он собирался сам вырезать свою плоть.
— Я смогу! Я смогу! — Чу Цяо в панике быстро выхватила кинжал обратно, затем подняла голову и внимательно посмотрела на него.
Чжугэ Юэ прикрыл глаза, с видом, будто дело его не касается. Если бы не лицо, бледное как бумага, Чу Цяо почти усомнилась бы, ранен ли он. Затем она глубоко вдохнула и начала обрабатывать рану Чжугэ Юэ.
Три часа спустя на горизонте уже появилась первая белизна. Вся ткань на теле Чу Цяо промокла от холодного пота. Она нашла свою первоначальную одежду, снятую в этой комнате, там было носимое с собой лекарство от ран. Нанеся лекарство, перевязала рану чистой белой тканью, и наконец все закончилось.
Весь процесс Чжугэ Юэ не издал ни звука, Чу Цяо тоже не осмеливалась посмотреть на него. Теперь же, подняв голову, увидела, что мужчина уже в глубоком сне, лоб покрыт крупными каплями пота, брови сведены в морщину, полотенце в его руке промокло от пота, волосы тоже мокрые, словно вымоченные в воде.
Убрав все, Чу Цяо уложила его на кровать, вымыла полотенце, чтобы вытереть грязь и пот с его тела, затем взяла сухую хлопковую ткань и медленно вытерла его волосы.
Вдалеке крик петуха прорвал утренний туман, снаружи было светло. У двери появились слуги, чтобы позвать. Чу Цяо напряженно сдавленным голосом сказала, что Чжугэ Юэ еще не проснулся, что сразу вызвало тихий смех среди молодых охранников.
Да, так бурно провозившись всю ночь, наверное, проспит целый день. В конце концов, они все равно задерживались в Упэнчэне на два дня, поэтому охранник приказал служанкам из резиденции начальника города Тяня больше не беспокоить молодого господина… э-э… беспокоить отдых молодого господина, просто вовремя приносить еду.
Вернувшись к кровати, она увидела, что Чжугэ Юэ все еще спал. Чу Цяо опустила голову, лицо тоже выглядело уставшим. Она смотрела на этого мужчину, на его резко очерченные брови, коварные глаза, алые губы и тот рот, который всегда извергал холодные слова, и постепенно хмурилась. Ее брови сдвинулись так тесно, словно никогда не разойдутся.
— Мы враги, — пробормотала Чу Цяо, не зная, говорит ли она Чжугэ Юэ или самой себе. — По общественному положению, я — мятежная рабыня, ты — аристократ Империи. По личным причинам, ты убил Линь Си, убил Чжи Сян, убил Сяоци и Сяоба, убил многих детей семьи Цзин, заставил меня и Янь Синя прожить в столице восемь ужасных лет хуже собак. Я тоже убила твоего двоюродного деда, твоих слуг, сбежала из резиденции Чжугэ. Наши противоречия непримиримы, ты убьёшь меня, это естественно, я убью тебя, это законно. Между нами нет чувств, не нужно щадить друг друга. Твоя смерть — моя жизнь, твоя жизнь — моя смерть, это так и есть, так и есть… должно быть…
Как она сама сказала, эти слова должны были быть законными, без логических изъянов, без моральных неуместностей. Раньше у Чу Цяо тоже не было ни малейшего колебания. Но, почему-то в этот момент ее голос становился все тише, постепенно становясь похожим на комариный писк, даже она сама не могла разобрать.
Она смотрела на сдвинутые брови мужчины в бессознательном состоянии, невольно протянула руку и легонько коснулась раны на его плече.
— Как бы то ни было, я должна тебе жизнь, — медленно сказала Чу Цяо. — Чжугэ Юэ, прости.
В комнате была мертвая тишина, за окном поднялось утреннее солнце, свет был теплым, проникая через оконную бумагу, отбрасывая пятнистые тени. Чу Цяо сидела на полу, положив голову рядом с Чжугэ Юэ, усталость нахлынула как прилив, она так и заснула глубоким сном.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
