— О. — Цзи Син что-то почувствовала, и у неё больше не нашлось слов. В какой-то момент ей ужасно захотелось поделиться с ним своими выводами после обучения, но, увидев его серьёзное лицо, она послушно замолчала. Та поездка на машине казалась чем-то ненастоящим — этот человек снова переключился в рабочий режим.
Лифт поднимался, и она, задрав голову, считала этажи.
Хань Тин постепенно пришёл в себя, посмотрел на неё и спросил:
— Завтра отдыхаем весь день?
Цзи Син кивнула:
— Да.
— Всё ещё хочешь продолжить осмотр?
— А? — Она не поняла и слегка округлила глаза в знак вопроса.
Хань Тин произнёс:
— Если тебе интересно, могу свозить тебя в Дунъян, посмотрим, как там всё устроено.
Цзи Син удивилась и тут же ответила:
— Конечно, интересно! Очень интересно! — В замок Нойшванштайн ещё будет возможность попасть, но в эту поездку она отправилась за опытом и ответами на вопросы, так что посещение Дунъян было бы как нельзя кстати.
Тем временем они добрались до её этажа, и двери лифта открылись.
— Тогда… — Она, не сводя с него глаз, начала выходить. — Время…
Хань Тин ответил:
— Завтра в семь утра, у входа в отель.
— Хорошо. До свидания, господин Хань! — Через сужающуюся щель закрывающихся дверей она, наклонив голову, помахала ему рукой с улыбкой, словно фигурка кота манэки-нэко.
Он едва заметно улыбнулся, кивнул ей, и двери сомкнулись.
На следующее утро Цзи Син собралась ни свет ни заря и спустилась вниз ждать. Она пришла на пять минут раньше, и вскоре появился Хань Тин — ровно в семь.
Цзи Син про себя отметила, что его чувство времени точно такое же, как у немцев.
Они вместе сели на заднее сиденье. Не успела машина отъехать, как Хань Тин небрежно спросил:
— Ты позавтракала?
— Да, — ответила Цзи Син. — А вы?
Он слегка кивнул и спросил:
— Куда ты изначально планировала поехать?
— В замок Нойшванштайн.
— Там довольно красиво. Не жалеешь? — спросил он ровным голосом. По сравнению со вчерашней холодностью, сейчас он выглядел гораздо спокойнее.
— Ещё успею съездить, — Цзи Син ни капли не расстроилась.
Хань Тин как-то неопределённо усмехнулся и спросил:
— Ну и как тебе экскурсии за последние дни?
— Столько всего узнала! Можно сказать, вернулась с полным багажом, — она мгновенно оживилась, словно только и ждала этого вопроса с самой посадки в машину. — Правда, господин Хань, эта поездка того стоила. Уроков — целая корзина.
Хань Тин давно привык к её манере преувеличивать. Если она говорила на сто процентов, он делил это на три.
— О как?
— Правда, — сказала Цзи Син. — Те три предприятия, о которых вы говорили — «Деман», «Байваэр» и «Эй-Джей Технолоджи» — оставили прекрасное впечатление. Руководители очень скромные, и чувствуется, что они твёрдо стоят на ногах. Теперь я наконец поняла: причины успеха компаний всегда схожи. Это именно то, о чём вы говорили тогда в Шэньчжэне: ловить момент, начинать с малого и подстраиваться под реальный рынок и спрос.
Хань Тин неторопливо произнёс:
— Значит, ты думала, что мои прошлые слова были просто дежурными фразами для публики?
— … — Как этот человек умудряется в одно мгновение находить в её словах лазейки?
Цзи Син лучезарно улыбнулась:
— Вы меня неправильно поняли. Я имела в виду, что, когда видишь всё своими глазами, чувства становятся глубже. К тому же, если бы я не слышала ваше выступление и у меня в голове уже не сложилось бы определённое представление, я бы и сейчас не смогла сделать выводы, верно? Так что это всё благодаря вашему чуткому руководству.
Хань Тин даже лишился дара речи от такой реплики. Он заметил, что девчонка в его присутствии всё больше поднаторела в искусстве лести: угодливые словечки теперь так и слетали у неё с языка.
— О, кстати, господин Хань, вы говорили, что компания «Ханс» когда-то процветала, а теперь пришла в упадок. На самом деле, во время визита их сотрудники, принимавшие нас, были очень вежливы и дисциплинированны. Программа была составлена идеально, в цехах всё оборудование работало исправно. Топ-менеджеры тоже крайне ответственные, видно, что они очень любят свою компанию, но… — здесь она нахмурилась, в её голосе зазвучало искреннее сожаление. — Даже я почувствовала, что дела у них идут под откос, и, скорее всего, рынок их скоро вытеснит. А сотрудники всё ещё держатся и полны надежды, что ситуация изменится. Так жаль.
Общая атмосфера в «Ханс» была очень похожа на «Синчэнь», поэтому она так глубоко это прочувствовала.
Рабочие строго соблюдали дисциплину на своих местах. В зале славы она видела бесчисленное количество кубков, но большинство из них были получены до 2012 года. Так называемый зал славы лишь наглядно демонстрировал траекторию взлёта и падения предприятия.
Она выглядела опечаленной, но Хань Тин оставался спокоен и равнодушен. Он произнёс:
— Жизнеспособность предприятия в конечном счёте зависит от продукта. «Ханс» специализировался на имплантируемых хирургических инструментах, прославился своими сердечными стентами и долгое время находился на пике. Но…
Он замолчал, не желая, по-видимому, больше ничего комментировать.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
