Она доказывала, что в тот день Бэй Е вовсе не собирался её насиловать и что он не был человеком в дождевике; доказывала, что тем вечером Бэй Е выпил.
В этот момент Чжэн И заметил, что красной нити на её запястье больше нет. Зато на шее висела красная нить с ключом, покоившимся прямо у сердца.
Чэнь Нянь сегодня была особенно красива: новая короткая стрижка, тонкая светло-зелёная заколка за ухом, открывающая белизну ушной раковины и щёки, словно изгиб белой луны.
Луна была обращена туда, где находился Бэй Е.
На заседание суда она пришла в школьной юбке, чистая и прекрасная; на кармашке с левой стороны груди были приколоты два свежесорванных цветка-серьги — ярко-пурпурные колокольчики цвели пышным цветом.
А на её ушах, там, где должны были быть проколы, тоже были нарисованы два маленьких цветка.
Она…
Она не была похожа на жертву или свидетеля. Она была похожа на возлюбленную, пришедшую на свидание. Прекрасное лицо, нежные слова любви.
Чжэн И снова осознал, что между ним и ней существует такой образ близости, который посторонним никогда не постичь.
Бэй Е всё это время не смотрел на неё прямо, и она тоже.
Они были словно две параллельные прямые: у каждого свои радости и печали, и другому до них нет дела.
Адвокат Бэй Е изо всех сил защищал его, а сам Бэй Е оставался спокоен и невозмутим.
Разные люди давали показания и обличали его, факт преступления был установлен. Перед лицом всех обвинений и улик юный Бэй Е лишь слегка кивал, признавал вину и раз за разом отвечал:
— Да.
— Это был я.
Чэнь Нянь вернулась на своё место, глядя прямо перед собой, словно на прозрачную пустыню.
В итоге судебное заседание благополучно завершилось.
Судья объявил:
— Всем встать!
Раздался шорох одежды.
Бэй Е стоял, Чэнь Нянь стояла, все стояли.
В зале воцарилась полная тишина:
— …убийство Лай Цин, доказательства неоспоримы, подсудимый во всём признался… отношение к следствию положительное, добровольно давал показания… предоставил полиции улики для раскрытия дела человека в дождевике, деятельно раскаялся… несовершеннолетний…
— Приговорить к семи годам лишения свободы.
Удар молотка.
Заседание закрыто.
Поднялся шум, началось столпотворение. Полицейские собирались увести юношу.
Среди мелькающих теней Чэнь Нянь вдруг посмотрела на Бэй Е, и Бэй Е в то же мгновение посмотрел на Чэнь Нянь.
Только небо знает, как сильно я тебя люблю.
Да, это не скрыть; даже если закрыть рот, глаза всё равно всё скажут.
В тот миг, когда их взгляды встретились, они словно склеились; это было прощание, и в то же время нет. Двое детей, их глаза вцепились друг в друга с такой близостью, которой не достичь ни рукопожатиями, ни объятиями, ни даже поцелуями; это была почти мучительная стойкость.
В суматохе человеческих силуэтов они узнали друг друга; сквозь пелену слёз в их взглядах читалась такая привязанность, такая скорбь и в то же время такая глубокая благодарность.
Она крепко сжала ключ на груди; его уводила полиция, он медленно отступал, его губы едва заметно шевельнулись, беззвучно произнося одно-единственное слово: Нянь.
Бэй устремил взор на Цзинь Синь; Чэнь Нянь неизменна сквозь годы.
Когда-то кто-то под ярким летним солнцем писал веточкой имя, открывая юноше «нынешнее сердце» — Цзинь Синь;
Когда-то кто-то взглядом искушал её прочесть имя, кончиком языка передавая кисло-сладкую конфету;
Когда-то кто-то мчал её по заброшенной промзоне, глядя, как магия зажигает огни в тысячах домов;
Когда-то кто-то бежал под дождём по ступеням открытой сцены, и их молодые руки сплетались в воздухе;
И кто же теперь очнулся от воспоминаний, обнаружив себя у окна медленно идущего поезда;
Кто в вагоне, пропитанном запахом лапши быстрого приготовления и шумом, смотрел в окно на бескрайние поля и огромное жёлтое солнце, думая о Дарвине, о задачах по биологии, о рыбах-клоунах, актиниях и лишайниках;
Думая о том, что…
Симбиоз — это тип взаимоотношений, при котором два организма извлекают пользу из совместного существования; без одного жизнь другого сильно осложняется или даже становится невозможной.
Февраль, густо разрослась трава.
Чэнь Нянь смотрела, как в окне поезда стремительно исчезает крыша дома Бэй Е, и слёзы двумя ручьями, словно косой дождь, катились по её лицу.
В тот день…
Они сидели на высокой крыше, и она спросила:
— Бэй Е, чего ты хочешь больше всего?
— Мне нравится одна девочка, и я хочу, чтобы у неё всё закончилось хорошо.
Только и всего.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
