Линь Ваньсин по обыкновению запрыгнула на трибуну и села рядом с Ван Фа.
Ученики бросили рюкзаки и под аккомпанемент тёплого вечернего ветра начали простую разминку на поле.
Из-за пробных единых экзаменов в третьем классе старшей школы учеников пришло мало, и на огромном поле людей было совсем немного, словно редких зёрен на току. Не явился даже «активист тренировок» Чэнь Цзянхэ. Их тренер, впрочем, не высказал никакого недоумения по поводу неполного состава игроков.
У Линь Ваньсин постоянно возникало чувство, что хоть Ван Фа и казался вполне общительным и порой даже шутил, в нём всё же часто сквозила холодность, державшая людей за тысячу ли.
Немного подумав, она всё же решила начать с вежливого вопроса:
— Как, привыкли к новому жилью?
— Вполне.
— Тогда у меня вопрос.
— Слушаю.
— Если вы планируете тренировать в другом месте, почему же вы сняли жильё у нас? — Она намекнула на вчерашний визит тренера Лю, который приходил переманивать его в клуб «Юнчуань Хэнда».
— Резонно, — лаконично ответил Ван Фа.
— Что значит «резонно»? — Линь Ваньсин не совсем поняла.
— Вы правы, раз уж я решил снять здесь жильё, значит, намерен обосноваться. Однако…
Последнее «однако» он затянул, и Линь Ваньсин долго ждала продолжения фразы после этого противопоставления, но так и не дождалась.
Она взглядом подала Ван Фа знак продолжать, но юноша смотрел прямо перед собой, словно совершенно забыв, о чём только что говорил.
Линь Ваньсин осеклась, поняв, что юноша и не собирался ничего ей объяснять. Видимо, это тоже было своего рода формой его шутливости.
Было всё ещё жарко. Стоило немного посидеть у края поля, как на коже проступала испарина.
— Мне позвонили. В это воскресенье у нас будет ещё один шанс — дополнительный матч, — она откинулась на спинку сиденья и, подражая Ван Фа, устремила взгляд на подростков на поле.
Эту новость она ученикам ещё не сообщала.
— Поздравляю вас, — сказал он спокойным тоном, по которому было невозможно понять его истинное отношение.
— Не стоит формальностей, мы же не чужие люди, — улыбнулась Линь Ваньсин. — В это воскресенье вы сможете снова прийти и наставлять нас?
— В воскресенье мне нужно уехать.
Говоря это, Ван Фа поправил козырёк кепки. Казалось, происходящее сейчас на поле его не особо интересовало.
Линь Ваньсин опешила. Она не понимала, было ли это отговоркой или правдой.
С самого начала Ван Фа не соглашался становиться тренером их команды. В конце концов, этот наспех собранный коллектив выглядел весьма шатким и вполне мог развалиться сразу после воскресной игры, так что в серьёзном руководстве, пожалуй, и не нуждался.
На этом разговор затих, и она тоже замолчала.
Неподалёку ученики, судя по всему, закончили разминку и, переговариваясь и смеясь, направились к трибунам. Чуть дальше на беговой дорожке показались фигуры Фу Синьшу и Чэнь Цзянхэ. Видимо, они только что закончили экзамен и теперь с рюкзаками за плечами бежали к трибуне.
Когда парни подошли ближе, от них повеяло жаром.
Возможно, из-за того, что на трибуне царило молчание, или из-за того, что она не сразу улыбнулась, Фэн Со, поднявшись к ним, машинально спросил:
— Лаоши, о чём это вы болтаете?
Линь Ваньсин не ответила сразу, подбирая слова, но тут услышала голос сидящего рядом юноши:
— Ваша лаоши сообщила мне, что в воскресенье у вас дополнительный матч.
Ученики тут же взорвались, наперебой выкрикивая:
— Чёрт, серьёзно?
— Неужели и правда есть шанс?
— Почему вы не сказали сразу, как получили звонок?
Линь Ваньсин не могла признаться, что хотела сначала убедиться в свободном времени их «тренера», поэтому просто ответила:
— Я, конечно же, хотела дождаться всех, чтобы объявить официально.
Она посмотрела на юношу. На самом деле она не понимала, зачем он так непринуждённо заговорил об этом, если уже решил не приходить в выходные.
Фу Синьшу и Чэнь Цзянхэ поднялись на трибуну. Услышав громогласные возгласы Фэн Со, Фу Синьшу сразу посерьёзнел:
— Тогда нам нужно готовиться к игре ещё усерднее.
Договорив, он посмотрел на Ван Фа:
— Тренер, мы рассчитываем на вас.
В просьбе Фу Синьшу сквозила неопытность человека, не привыкшего к социальному взаимодействию.
— Для меня это не составит труда. Я как раз говорил вашей лаоши, что в воскресенье мне нужно уехать, так что на матче меня не будет, — совершенно прямолинейно произнёс юноша, когда ученики немного поутихли.
Слыша отказ во второй раз, Линь Ваньсин сохраняла спокойствие, но ученики явно отреагировали острее.
— Почему?
— У вас действительно дела или вы просто не хотите идти?
Их вопросы посыпались градом, в них слышалось недоверие и вспыльчивость, свойственная молодёжи.
Однако их тренер оставался невозмутим и не собирался их утешать.
— Тренер, могу я спросить, в чём причина? — Фу Синьшу слегка нахмурился, но он всегда оставался самым хладнокровным и тем, кто готов идти до конца.
— У меня дела, нужно уехать, — ответил Ван Фа, слегка приподняв голову.
— Уж не тренер ли Лю назначил вам встречу в «Юнчуань Хэнда» на выходные? — Цинь Ао внезапно вскинул брови, его взгляд был проницательным.
— К несчастью для вас, именно так.
Сердце Линь Ваньсин ёкнуло. Хотя она и догадывалась о чём-то подобном, услышать это от юноши в такой естественной манере было совсем другим делом.
— Чёрт, я так и знал, — Цинь Ао махнул рукой. В соответствии с его обычным нравом, он, вероятно, снова должен был уйти, но сейчас его ноги словно приклеились к земле. Спустя мгновение слова одно за другим выдавились сквозь зубы: — А вы не могли бы сказать тренеру Лю, что в воскресенье заняты, и сходить к нему в другой день?
Для такого парня, как Цинь Ао, подобная мольба была редкостью.
Но их тренер остался непоколебим:
— Я не намерен менять свои планы.
— Это потому, что сегодня почти никто не пришёл? Вы решили, что мы не хотим играть всерьёз и нет смысла тратить на нас время? — внезапно предположил Чэнь Цзянхэ.
— Это звучит грубовато… но, опять же, к несчастью для вас, у меня и мысли такой не было. Просто мой план работы на будущее — это мой план работы на будущее, а ваш матч — это ваш матч. Между ними нет никакой прямой связи, — твёрдо ответил Ван Фа.
Линь Ваньсин замерла. Ей показалось, что этот тон звучит как-то подозрительно знакомо.
Каждый может нести ответственность только за самого себя — видимо, в этом и был смысл.
— Это вы его научили? — Внезапно на неё обрушился яростный взгляд Цинь Ао.
Линь Ваньсин очнулась и резко вскинула руки:
— Клевета, это не я!
— Но, тренер, вы же сами вчера говорили, чтобы мы включали голову, когда приходим на тренировку? — раздался обиженный голос Юй Мина.
— Да, именно поэтому я здесь и сижу.
Наконец-то Линь Ваньсин уловила в голосе юноши тень смирения.
Отблески заката смягчили линию его губ и изгиб бровей.
Линь Ваньсин подумала, что у Ван Фа и впрямь, возможно, нет планов тренировать школьную команду.
Но перед толпой семнадцати-восемнадцатилетних, ничего не смыслящих детей у любого сердце дрогнет. Даже у неё самой, кажется, было так же.
— Вы нас чему-нибудь научите, но в воскресенье из-за дел не придёте, верно?
— Да, — подтвердил юноша.
— Тогда мы?.. — Ученики переглянулись, и после этих слов они, кажется, немного приободрились.
— Что сегодня тренируем?
— Я хочу посмотреть, как вы сыграете двусторонний матч, — ответил тренер.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
